Черная луна Мессалины - Мария Спасская

– Решай сама. Поступай, как хочешь.

Окинув меня пристальным взглядом, точно задаваясь вопросом, зачем он возится со мной, Костя развернулся на каблуках и устремился в сторону кабинета. А я, все еще находясь под впечатлением от его пренебрежительного взгляда, пробежала по коридору и, толкнув дверь служебного входа, выскочила в зал, чтобы посмотреть, все ли в порядке. Огляделась по сторонам, да так и застыла от изумления. Элька сидела за ближним к подиуму столиком напротив Дениса и потягивала дорогое шампанское. Глаза ее были прикованы к эротично двигающей бедрами Зое, а Элькин однокурсник, в свою очередь, не спускал восхищенных глаз с моей дочери.

Я поспешно шагнула за дверь и скрылась в служебном коридоре, не зная, что и подумать. Это так-то она встречает праздник в компании друзей? Устремившись в свой кабинет, я, преисполненная решимости, взялась за телефонную трубку. Открыла записную книжку и нашла домашний номер Дениса. Дождалась, когда на том конце провода послышалось барственное «алле» главы семейства, и сухо проговорила:

– Владимир Андреевич? Это мама Эли Левиной. С наступающим вас.

– Вас так же, Леночка. – Голос в трубке звучал обволакивающе, но я не дала себя обаять и сбить с толку.

– Владимир Андреевич, вы знаете, где сейчас ваш сын и моя дочь?

– Простите великодушно, – виновато зажурчал собеседник. – Это я посоветовал Дениске отвести Элю в клуб «Эротика». Увидели рекламу по телевизору. Хорошая реклама. Красивая. И место достойное. Да и выступление Секси Бум обещает быть интересным. Вы же не думаете, Леночка, что наши дети, встречаясь, запираются в Денькиной комнате и читают сказки Андерсена? Они давно уже вместе спят. Как это ни грубо прозвучит, несколько раз я заставал вашу Элю в постели Дэна.

– Вы так спокойно об этом говорите, – буквально задохнулась я от возмущения.

– А что тут такого? – Было слышно, как заулыбался Макаров-старший. – Мой сын любит вашу дочь и хочет на ней жениться. Пока что о свадьбе думать рановато. Ребятам нужно закончить институт. Однако ничто им не мешает попробовать жить вместе. Мы только что купили Денису кооперативную квартиру на «Щукинской», вчера завезли мебель и технику. Поселившись там, дети узнают друг друга получше.

– Ну, если так, то я ничего не имею против, – обескураженно протянула я.

– Вот и славно, – откликнулся мой собеседник. И игриво добавил: – Я смотрю, вы и сами, Леночка, не прочь заглянуть в «Эротику»? Да ладно, не смущайтесь. Я рад, что наши вкусы совпадают.

– Всего хорошего. Еще раз с праздником, и извините за беспокойство, – смутившись, выдохнула я, вешая трубку.

Заперев комнату на ключ, я вышла в коридор, радуясь за дочь. Да это же отлично! С таким мужем Элька не пропадет. Она за Денисом как за каменной стеной. Хотя еще неизвестно, кому повезло больше – моей дочери или ее жениху. Замечательный характер в совокупности с красотой и добрым сердцем – согласитесь, это большая редкость. К тому же моя девочка начисто лишена эгоизма. Никогда не забуду один характеризующий Эльку эпизод.

Как-то в пятом классе ребята планировали поехать на весенние каникулы на автобусную экскурсию в Суздаль. С желающих за месяц до мероприятия собрали деньги, и все разговоры моей девочки были исключительно о предстоящей поездке. Ехал весь класс, только Миша Саламатин не смог собрать нужную сумму. Его родители пили, и мальчишка крайне редко участвовал в классных мероприятиях, сопровождавшихся финансовыми вложениями. В последний учебный день рядом со школой стоял большой автобус, и женщина-экскурсовод вместе с классным руководителем помогала рассесться в салоне маленьким путешественникам. Пропуская товарищей, Элька обернулась ко мне, чтобы помахать рукой и забраться в салон, как вдруг увидела глаза Миши Саламатина. Мальчик смотрел на одноклассников с безысходностью и тоской, и моя девочка тут же выбралась из толпы радостно галдящих мальчишек и девчонок и направилась к одиноко стоящему однокласснику.

– Миш, я передумала ехать, – весело проговорила она. – Что-то живот болит. Хочешь поехать вместо меня?

В первый момент меня захлестнула волна негодования. Как это так? Мы деньги сдали, Элька так ждала этой поездки, а поедет за нее какой-то Саламатин? Но когда я увидела потрясенное лицо Миши, до конца не верящего в свое счастье, прикусила язык. Готовая сорваться с губ гневная тирада так и застыла в горле. Миша быстро кивнул и растерянно проговорил:

– Да, конечно, я поеду… А как же деньги, Эль? Я не смогу тебе отдать…

– Какие деньги, Мишка? Ведь место все равно пропадает.

– А мама и папа? Они будут волноваться.

– Ты езжай, не беспокойся. Мы скажем твоим родителям, что ты уехал на экскурсию.

Те каникулы мы провели с Элькой в походах по музеям и кинотеатрам, и дочь ни разу не вспомнила о своем широком жесте. И вот теперь моя золотая девочка выросла и создает свою семью. С ума сойти, как летит время! Кстати, о времени. Я взглянула на часы и прибавила шагу. До Нового года оставались считаные минуты, и на сцену уже, должно быть, вышла Мессалина. Пропустить ее номер было бы обидно, и я выглянула из-за кулис, стараясь не особенно светиться, чтобы не попасться Эльке на глаза.

Грохотала «Кармина Бурана», и зал, до отказа заполненный людьми, в напряжении замер под завораживающие звуки оркестра и диковинную игру света. Световой круг выхватывал Мессалину из темноты, эффектно подсвеченной огнями декораций. К тому моменту актриса успела спуститься со сцены и находилась уже в зале. В ее рыжеволосой прическе, состоящей из хитро закрученных кос и локонов, я увидела лунный гребень и тут же успокоилась. Все в порядке, музейная ценность никуда не делась.

А между тем одетая в прозрачную тунику цвета лазури порнодива, призывно улыбаясь, тянула за галстук из-за столика одного из гостей, сидящего в компании приятелей. Мужчина с самодовольной улыбкой последовал за Секси Бум. Аккорды «Бураны» набирали мощь, заставляя леденеть кровь в жилах. В глубине сцены, замерев в героических позах, застыли Серж и Алекс, одетые в костюмы легионеров. Глаза их были устремлены вдаль, подбородки мужественно выпячены. Импресарио американки пригласил наших стриптизеров для антуража, решив украсить интерьер, и потому роль парней сводилась к минимуму – «римские воины» должны были всего лишь красиво стоять среди колонн.

Взойдя по ступеням на подиум, Мессалина резко толкнула добровольца из зала в грудь. Тот опрокинулся на низкое ложе и попытался было подняться, но стриптизерша проворно скинула лазоревую тунику, явив залу стройное бронзовое от загара тело с тонкой золотой полоской на бедрах, оседлала партнера и отработанными движениями начала снимать с него одежду. Расстегнула его белоснежную рубашку, сдернула галстук, добралась до ремня и, покончив с ним, перешла к ширинке. Украшенные спиральными накладками груди Мессалины ритмично покачивались, отливающие медью волосы растрепались и ниспадали на лицо. Публика напряженно следила за тем, как прекрасная римлянка, точно явившаяся из прошлого, на их глазах овладевала их современником.