Охотничий инстинкт - Светлана Алешина

— Так, хорошо. А этот? — Лариса показала на другую фотографию, с которой глядел, прищурившись, невысокий щупленький тип.

— Ну, это вообще очень просто. — Асташевский даже улыбнулся. — Влад Заборский, мой, можно сказать, конкурент в плане поставок лекарств. В отличие от меня может поставлять в город и что-нибудь покруче.

— Покруче — это, надо понимать, наркотики?

— Да. — Асташевский отодвинул от себя фотографии и воззрился своими уже пьяными глазами на Ларису. — Короче, это ма-фи-я, — проговорил он.

— Спасибо, — невозмутимо ответила Лариса и убрала фотографии в карман своего домашнего платья.

— Тебе тоже спасибо, — не остался в долгу Асташевский, отправив себе в рот очередной кусок. — Очень вкусно. Как всегда, что-то оригинальное. Мне даже кажется, что у тебя дома получается лучше, чем в ресторане.

— Естественно, — согласилась Лариса. — Там же поточное производство, что ни говори. А здесь — штучная работа.

— Точно, — подтвердил Асташевский и, вытерев губы салфеткой, по своей давней привычке приложился ими к ручке Ларисы. — Мне пора идти. А тебе, по-видимому, нужно заниматься всем этим. — Он кивнул на фотографии. — Только все-таки советую подключить к делу официальные органы. Потому что это ма-фи-я!

Последнее слово он снова произнес по слогам, стараясь подчеркнуть тем самым его значимость.

Когда Асташевский покинул квартиру, Лариса поднялась на кухню, скептически посмотрела на безмятежно храпящего Евгения, закурила и пошла к себе в комнату.

«Ну и что, если мафия?» — подумала она. Она тоже не лыком шита. Она, можно сказать, тоже мафия, только кулинарная.

Лариса улыбнулась сама себе. Она внезапно решила посмотреть на себя в зеркало, чтобы оценить, как выглядит. Но ее отвлек телефон. Звонил Неделин.

— Наш лысый друг вышел из подъезда и сел в большую машину, фургон.

— «Газель», что ли?

— Да, что-то типа этого. За рулем сидит крайне неприятный тип, мы его раньше не видели. Я сейчас еду за ними. Держат курс в Волжский район, возможно, даже будут недалеко от вашего дома.

— Связывайся со мной так часто, насколько сможешь! — буквально прокричала в трубку Лариса. — Я иду в гараж и завожу свою машину.

Она даже не стала переодеваться и прямо в домашнем платье сбежала вниз. Гараж, который примыкал к холлу на первом этаже, был закрыт. Лариса чертыхнулась и бросилась к вешалке, где в кармане куртки у нее лежал ключ.

Некоторое спокойствие пришло к ней только тогда, когда взревел двигатель ее «Вольво», и серебристый красавец с шумом стартовал из гаража на улицу. Она успела доехать до ближайшего угла, как раздался звонок сотового. Чуть притормозив, Лариса активизировала связь.

— Алло, я сейчас на углу Московской и Горького. Едем в район экономического института, — сказал Неделин.

— Отлично. Я, по-видимому, догоню вас около Соколовой, — ответила Лариса. — Если будут изменения маршрута, сразу же звони.

Она вырулила на ближайшую улицу, ведущую к экономическому институту, чудом избежав аварии. Но смысла обращать внимание на это не было. Через несколько минут Лариса уже была на месте. Оказалось, что она даже опередила тех, кто, по идее, должен был очутиться здесь раньше нее. «Газель», а за ней и «девятка» Неделина появились у института на полминуты позже.

Лариса, остановившись у тротуара, пропустила вперед обе машины, потом включила поворотник и пристроилась сразу же за «девяткой».

Дальнейший путь этого своеобразного кортежа занял минут пять. «Газель» в конечном итоге остановилась на площадке перед автостоянкой. Неделин и Лариса припарковали свои машины напротив, пристроившись к довольно большому количеству автомобилей, которые были припаркованы тут раньше.

Неделин вышел из своей машины и пересел к Ларисе.

— Как ты думаешь, что это может быть? — спросил он.

— Сейчас посмотрим, — уклончиво ответила она, наблюдая в зеркало за происходящим на площадке.

А к «Газели» тем временем подошел плотный мужчина, одетый в кожаную куртку и спортивные штаны. Лицо его было суровым и напряженным. Лариса тут же узнала в подошедшем Парамона, того самого, с кем Филиппов встречался день назад и кто, по сведениям Асташевского, являлся торговцем наркотиками.

В этот момент из «Газели» с трудом вылез Филиппов. Переваливаясь с боку на бок, он подошел к Парамону и поздоровался с ним за руку.

Они перебросились между собой несколькими фразами. Потом посмотрели по сторонам и закурили. И Лариса приняла решение. Она схватила сотовый и набрала номер капитана Карташова.

— Алло, — послышался в трубке знакомый голос.

— Вас беспокоит Котова Лариса Викторовна, вы должны меня помнить, мы с вами в последнее время очень часто встречались.

— Как же, как же, — съехидничал Карташов.

— Слушайте меня внимательно. Из трех участников встречи в отеле «Континент» остался в живых всего один человек, некто Филиппов. Возможно, сейчас произойдет смерть уже последнего фигуранта событий. А может быть, и что-то другое.

— А если короче?

— Если короче, то вам необходимо быть с оперативной группой на улице Соколовой около автостоянки «Гермес-авто». Сейчас здесь Филиппов встречается с неким Парамоном. Я думаю, он вам известен как бандит из Заводского района. Думаю также, вы в курсе, что он занимается торговлей наркотиками. Филиппов приехал на встречу на «Газели». Делайте выводы сами…

— А вы-то как там оказались? — после паузы спросил Карташов.

— А я всегда оказываюсь в нужном месте в нужное время, — с апломбом заметила Лариса. — Я нахожусь напротив автостоянки в серебристом «Вольво».

— Ну хорошо… — со вздохом сказал Карташов. — Мы будем через пятнадцать минут.

— Лучше бы раньше, — сказала Лариса, но Карташов уже отключил связь.

Наступила пора напряженного ожидания. Филиппов и Парамон тем временем скрылись в салоне стоявшей неподалеку «БМВ»-»семерки» с тонированными стеклами. Водитель «Газели» хмуро сидел за рулем и курил. Обстановка вокруг была абсолютно спокойной, ничто не предвещало серьезной разборки, стрельбы, поножовщины и прочих тому подобных брутальных сцен.

Так продолжалось минут десять. Лариса с Володей постоянно следили за временем и нервничали. Неделина одолевали мысли об Алине, но он не решался в этот момент поделиться ими с Ларисой. Вообще чувства, которые он испытал в последние дни, вполне могли ввергнуть человека в мощнейшую депрессию. Действительно, горечь потери любимого человека усугублялась еще и тем, что он после ее смерти узнал нечто совершенно невероятное. Это было грязным делом — проститутка, пусть и дорогая. Неделин метался в океане противоречивых чувств. Он ведь дарил свою любовь Алине абсолютно бескорыстно, не скрывая при этом от нее ничего. Он был открыт и честен. Она — нет. Но она умерла, а он жив. И с этим он никак не мог смириться.