Шкурный интерес - Марина Серова

Я пожала плечами:

– Может, на той же Кубинке?

– Нет, там мы вызовем подозрения. Лучшее место для случайных и одновременно полезных знакомств – центр города. К тому же там зарабатывает деньги игрой на гитаре один музыкант. Он обычно в курсе всего, что творится в городе. Я с ним знаком. Можно обратиться к этому парню. Не желаете прогуляться, Евгения Максимовна?

– Почему нет? Только как мы к этим блатным в доверие входить будем?

– А если нам, например, «крыша» понадобилась? Открыли мы, скажем, магазинчик у Сенного рынка, а азербайджанцы, которые там всем заправляют, с нас дерут безбожно, по беспределу. А тарасовская братва помогать отказывается, у них по этому поводу особые соображения. Вот мы и хотим с бакинским лоты познакомиться, чтобы он с ними разобрался. Главное, на этого Муршуда выйти, а там мы поговорим с ним откровенно и по-человечески.

– А это мысль!

– Ну так что, отправляемся на прогулку?

Таксист нас довез до так называемой площади Фонтанов. Неважно, что большая часть фонтанов давным-давно вышла из строя. На газонах росло множество пальм. Тут разгуливали толпы подвыпившей молодежи со всех концов города, словом, царил вечный праздник жизни.

Мы прошли метров двести, когда до меня донеслось визгливое мужское пение под аккомпанемент гитары и губной гармоники: «Плачет девушка в автомате!..»

– Вот об этом музыканте я вам и говорил, – сообщил Дмитрий Анатольевич.

Степанов подвел меня к толпе, окружившей невидимого исполнителя. Мы начали протискиваться к центру.

Через минуту мне открылось удивительное зрелище: русский мужчина с длинными волосами, в ковбойской одежде – в широкополой шляпе, потертых джинсах и сапожках со шпорами – завывал под гитару. На подставке он укрепил на уровне своих губ гармошку и микрофон. Все это было подключено к усилителю с колонками и светомузыкой. На пюпитре рядом лежали листы, исписанные, как я потом догадалась, текстами песен с аккордами.

– Все его знают как Женьку, – объяснил Степанов. – Звезда города Баку. Он начинал играть на гитаре с потрескавшейся декой. Ему повезло. До этого подобную экологическую нишу в Баку, в отличие от Тарасова, никто не занимал. Вокруг него всегда собиралась куча народа. Женька разжился. Приобрел сначала губную гармошку, потом усилитель с колонками, потом – светомузыку. Если раньше он жил на мелочь, подкинутую благодарными слушателями, то теперь зарабатывает по четким тарифам, принимая заказы, за которыми следует выстоять очередь. Говорят, теперь он имеет около пятисот долларов в день. Кстати, играет он часто на одном аккорде. Переставлять пальцы ему лень. Здесь всегда полно самого разного народа. Всегда можно на кого-нибудь выйти даже без помощи Женьки. А уж если он посодействует…

– Ничего себе! – изумилась я, наблюдая ловко разыгранное представление.

В этот момент Женька закричал:

– А сейчас песенка для Ольги из Москвы! Песенка называется «Потому что есть Алешка у тебя»!

– Он устроил настоящее шоу, – заметила я.

– Грандиозное шоу, я бы сказал, – поправил Дмитрий Анатольевич.

Мы начали протискиваться сквозь толпу. Люди приходили и уходили. Мы слушали весьма бездарно исполняемые пошлые песенки. Подошла очередь заказа пьяных дембелей.

– Для демобилизовавшихся сегодня отважных ребят исполняется песня «Ковыляй потихонечку»! – вопил гитарист в ковбойской одежде.

Дембели принялись плясать в центре круга.

– Сейчас станцуем и пойдем шлюх снимать, отвечаю! – закричал один из них. – За всех плачу я!

К парням присоединились две девушки. Раздались восторженные вопли.

– А ты что, Кямиль, не танцуешь? – обратился дембель, готовый платить за всех, к молодому человеку в военной форме, стоявшему рядом с нами.

В ответ Кямиль только покачал головой. Дружки о нем сразу забыли, вернувшись к веселью. Когда песня окончилась, Дмитрий Анатольевич подошел к гитаристу.

– Привет, Женька, – сказал он.

– А, это вы! – парень посмотрел на меня. – Песню для девушки заказать хотите? Вне очереди – тройной тариф!

– Да нет. – Степанов склонился у музыканта над ухом и прошептал: – Я тебе десятикратный тариф уплатить готов, если ты подскажешь, как нам на одного криминального авторитета выйти.

– С такими серьезными людьми незнаком, а вот с человечком, который с блатными дружен, свести могу прямо сейчас. Только, чур, деньги вперед.

– Сколько тебе?

– Ширван.

Степанов протянул музыканту деньги.

– Видишь того дембеля? – спросил Женька, указывая на молодого человека, чье имя нам уже было известно. – Это Кямиль. Скажете, что вы от меня. Должен помочь. Если какие «косяки», я не отвечаю. Я с ним сам не очень хорошо знаком. Знаю только, что он с бандитами вращался до армии. Сами думайте. Все. Мне пора работать. – Женька отвернулся и, обращаясь к клиенту в джинсовой куртке, стоящему на подходе, спросил: – Что изволите заказать, сэр?

Мы направились к Кямилю.

– Мы от Женьки, – сообщил Дмитрий Анатольевич. – Помощь требуется.

– А я за вами давно наблюдаю, – молвил Кямиль.

– Да-а? – я не скрыла удивления.

Кямиль кивнул:

– Вы ведете себя… как-то странно. Глазами кругом шарите. Давайте отойдем в сторонку.

Мы с Дмитрием Анатольевичем согласились. Втроем мы покинули веселое столпотворение и отошли к огромной пальме, рядом с которой никто нас подслушать не мог.

– Может, вам наркотики нужны? – тихо спросил парень. – Если что, могу с людьми познакомить. Дружку помогу подзаработать. И мне авось чего перепадет.

– Нет, наркотики нам не требуются, – ответил Дмитрий Анатольевич. – Нас интересует кое-что другое. Возможно, вы как раз тот человек, который нам нужен, только разговаривать об этом лучше в более уютной обстановке.

– Ладно, поговорим в более располагающем к беседе местечке, – согласился Кямиль.

– Могу вас угостить вином в ресторане, – отозвался Степанов.

– Не пью. Пойдемте лучше на бульвар. На лавочке посидим, побеседуем. Там сейчас людей мало, спокойно и хорошо.

– Действительно, идемте туда, – кивнул Дмитрий Анатольевич.

До бульвара мы добрались минут за пятнадцать и выбрали лавочку с видом на море. В воздухе пахло мазутом. Шелестели на ветру пальмы. Небо украшали яркие звезды. Кямиль закурил.

– А мне письмецо перед самым дембелем пришло, – поделился он. – Невеста моя за соседа замуж вышла. А ребята еще такие песни заказывают, словно нарочно душу травят. Нет, они хорошие, как-никак полтора года вместе отслужили. Только грустно мне что-то… Так в чем ваши проблемы, ребятки?

– Наказать нам надо нехороших людей, – начал Степанов. – Разборочку маленькую устроить. А вот бандитов местных совсем не знаю.