Хрустальная гробница Богини - Ольга Володарская

Ленчик не ответил. Он вообще не слушал ее. Все его вниманиебыло приковано к новорожденному. Ленчик разглядывал его со смесью отвращения илюбопытства и о чем-то напряженно размышлял. Будто прикидывал, как поступить смалышом. Наконец он принял решение. Взял ребенка за ножки (теперь Аня увидела,что это мальчик), перевернул вниз головой и шлепнул по ягодицам. Тот кашлянул,булькнул горлом и пискляво захныкал.

– Живой, – счастливо выдохнула Аня. – Сынокмой… Живой…

– Можешь не радоваться, – грубо оборвал ееЛенчик. – Он все равно умрет! Недоношенные младенцы без барокамеры невыживают…

– Ну так отвезите его в больницу! – Превозмогаяболь, Аня вскочила и вцепилась в ногу Ленчика. – Спасите моего мальчика.Прошу вас, умоляю…

– У меня печка в машине не работает. Он замерзнет подороге.

– Заверните его во что-нибудь… – Она вцепилась внего, как клещ, сползла с кровати и бухнулась в ноги. – Помогите ему. Выже отец! Вы должны…

Ленчик отпихнул ее со словами:

– Никому я ничего не должен! – Затем зло глянул нахнычущего младенца и процедил: – Но в больницу я его, так и быть, отвезу…

– Спасибо, спасибо вам, – зашептала Аня.

Не слушая ее благодарности, Ленчик вышел, унося с собой еесыночка.

* * *

Ни в какую больницу он, конечно, мальчишку не повез. До неепылить два часа! Ночью. По морозу. С неработающей печкой! Зачем это надо? Всеравно ребенок ни за что не перенес бы дороги. Помер бы на полпути, а Ленчикубеспокойство! Да и бензин жалко тратить…

Легче его в урну выбросить! Все равно не жилец… А на морозебыстрее окочурится. Но сделать это надо не в родном селе. Лучше отвезти всоседнее. А то, когда труп обнаружится, менты понаедут, а еще хуже – газетчики…И начнут по селу рыскать, расследования вести. Нерадивую мамашу выискивать, чторебятенка на погибель бросила! А так – пусть у соседей шерстят, от грехаподальше…

Засунув то ли спящего, то ли потерявшего сознание, то ли ужемертвого мальчишку в сумку, Ленчик сел в машину. После долгих мучений завел. Ивыехал из гаража на проселочную дорогу.

…До соседнего села добрался минут за двадцать. И все этовремя ребенок не подавал признаков жизни. Очевидно, умер. Подъехав к мусорномубачку у какого-то казенного здания, Ленчик открыл окно и, высунувшись из него,бросил в нутро железного бака сумку с мертвым младенцем. Она, достигнув дна,глухо стукнулась. Затем наступила тишина, нарушаемая только глухим урчаниеммотора. Не медля больше ни секунды, Ленчик развернул машину и направил ее кдороге.

* * *

Домой Ленчик вернулся под утро. Его драндулетка, как всегда,заглохла, не доехав до поселка каких-то полкилометра, и ему пришлось еетолкать. Уставший, злой как черт, он вошел в сени. Разулся, разделся, двинулсяв кухню. Там вымыл руки, перекусил, хотел уже спать лечь, но вспомнил опленнице, оставленной им без еды и питья, и, налив в стакан крепкого чая, пошелнавещать роженицу.

Открыв заветную дверь, Ленчик вошел в клетушку. Фонарь он насей раз не забрал, оставил Ане, правильно рассудив, что сейчас ей не досуицида. И точно – стоял он на полу целенький, освещая скудное пространство.Благодаря этому Ленчик сразу смог разглядеть Аню. Она лежала на топчане, прижавсогнутые в коленях ноги чуть ли не к подбородку. На шум шагов она непрореагировала, казалось, она его вовсе не слышала. То ли спала, то ли была безсознания.

Ленчик поставил стакан с чаем на столик и собрался уйти, нотут заметил под Аниным телом большое темное пятно. В беловатом свете фонаря ономаслянисто блестело и напоминало разлитую краску. Выругавшись, Ленчик склонилсянад Аней, перевернул ее на спину, с усилием раздвигая ей ноги, и с омерзениемуставился на ляжки, по которым на простыню сбегали струи крови…

– Дрянная девчонка, – прошептал он зло. – Тыизгваздала все белье! За это ты будешь наказана…

Аня никак не прореагировала на эту угрозу (обычно, услышавтакое, она начинала дрожать, как заяц), тупо посмотрев Леничку в лицо, онавновь повернулась на бок, сжала ноги, согнулась и замерла. Несколько минут онрастерянно смотрел на ее сгорбленную спину и на растекающееся под ягодицамипятно, сознавая, что девушка может умереть на его глазах от потери крови, ноникак не мог решить, как действовать. В больницу, само собой, ее везти нельзя!Но и дать ей сдохнуть он тоже не мог. Во-первых, ее труп потом перетаскивать изакапывать придется, а во-вторых, после ее смерти надо будет другую девчонкуискать. А это хлопотно! Высмотри такую, подкарауль, замани. А потом приручи,выдрессируй. Сколько времени и нервов! А сколько лишних переживаний по поводу,засек его кто-нибудь на дороге или нет… Ленчик помнил, как он трясся первыймесяц, ожидая, что за ним придут. Но пронесло! Теперь уже никто Аню в поселкене ищет. Решили, что ее какой-нибудь залетный бандит украл, чтобы в бордельпродать. И никто не заподозрил, что она тут. Прямо у всех под носом. Короче,здорово у Ленчика с Аней все вышло, поэтому жалко было ее терять…

А раз так, надо попробовать ее вылечить. Медикаментов в егодоме достаточно, есть кое-какие инструменты, уколы, но главное – медицинскиесправочники, оставшиеся с институтских времен. Приняв это решение, Ленчикбросился к двери, вспоминая по пути, в какой пыльный ящик он свои книгизасунул.

* * *

Аня разлепила веки и тут же смежила их, ибо увидела передсобой ненавистную рожу Ленчика.

– Очнулась! – радостно воскликнул он. –Значит, будешь жить! – Ленчик взял Аню за плечи и попытался приподнять, нодевушка, подобно тряпичной кукле, повалилась обратно на топчан. – Ладно,лежи пока. Я понимаю, ты обессилела. Да и крови потеряла чуть не полведра…

Аня хотела перевернуться, но боль в животе заставила еезамереть. Полежав какое-то время без движения, она медленно-медленно перетеклана бок. Боль не вернулась, но Аня чувствовала во всем теле какую-то ломоту. Какпри очень высокой температуре. Однако жара у нее не было…

– Двое суток без сознания провалялась, –возобновил разговор Ленчик. – Я уж думал, концы отдашь!

Он деловито вскрыл коробку с какими-то медикаментами,вытащил ампулу, отломил от нее верхушку и наполнил ее содержимым шприц. Затеммазнул по Аниной реке влажным тампоном, приблизил к ней иглу…

Аня дернулась, отстраняя руку. В ее глазах появилась паника.

– Ты че творишь, дура? – сурово сжал губыЛенчик. – Лежи смирно. Я тебе глюкозу колю, а не яд… – Он больносхватил ее руку, с силой прижал к топчану и воткнул иглу в вену. – Я ее стого света вернул, а она еще дергается! – Глюкоза перекочевала из шприца вАнину вену. – Нет бы спасибо сказала… Тварь неблагодарная!

– Я просто уколов боюсь, – прошептала Аня, умолчаво том, что смерть посчитала бы благом. А уколов она на самом деле боялась!

Ленчик полоснул по ее лицу взглядом, но ничего не сказал, астал собирать со стола медикаменты. Дождавшись, когда он закончит, Аняспросила: