Скелет из пробирки - Дарья Донцова

– На, – выскочила из толпы толстуха, – сделай одолжение,угощайся. Тут такие пираньи! Мигом все сожрут, ни крошечки не оставят, а что невлезло в желудок, в пакет сховают и домой оттащат! Уж извини, на свой вкусположила.

Я мигом проглотила два крохотулечных пирожка и уставилась нанечто непонятное. Вроде комочек риса, внутри, похоже, рыба…

– А это что?

– Суши. Не ела разве?

– Только слышала. Толстуха всплеснула руками:

– Откуда ты взялась?

– Из издательства «Марко», – я решила представиться, – АринаВиолова, писательница.

– Нюся, – сообщила тетка, – вот и познакомились.

– Я впервые на таком мероприятии.

– Оно и видно, – засмеялась Нюся, – твоя наивность берет зажелудок. Похоже, тебе тусовки не по душе, чего явилась-то?

Я пыталась подцепить вилкой скользкий комок из риса.

– Пиар! Велели мне появляться на сборищах для повышенияпродажности книг.

Секунду Нюся смотрела на меня, потом принялась всхлипыватьот смеха.

– Арина, ты всегда говоришь правду?

– А нельзя?

– Только не здесь! На вопрос, почему приперлась на тусовку,отвечай: «Сама не знаю, надоело все до жути». Я наконец засунула в рот угощение.

– Ну как? – поинтересовалась Нюся. – Вкусно? Вязкое нечто струдом пролезло в пищевод.

– Жуткая дрянь! Клейкая, противная, и, похоже, вместоначинки – сырая, несвежая рыба! Нюся сложилась пополам.

– Ариша! От тебя скончаться можно!

– А что? Тебе это нравится?

Весело блестя слишком ярко накрашенными глазами, Нюсяответила:

– По мне, так тоже отвратительно. Но ты должна восхищенновоскликнуть: «Ах, суши, обожаю, тащусь».

– Почему? – недоумевала я. – Отчего не признаться честно, чтосалатик «Оливье», пирожки и шашлык намного вкусней японских угощений. Впрочем,может, их просто не умеют готовить в России?

– И это верно, – вздохнула Нюся, – но на самом деле, чтояпонцу здорово, то русскому смерть. Но говорить об этом на тусовке нельзя, вмигсочтут отсталой. Знаешь, что меня вчера напугало до колик?

– Ну? – поинтересовалась я, пробуя следующее яство: нечто,больше всего похожее на переваренные, сладкие макароны.

– У Алки Трубниковой.., слышала про такую?

– Нет.

– Ладно, не важно. Она недавно побывала на каком-то богомзабытом острове и весь вечер разорялась о том, как хороши засахаренныекузнечики и саранча в шоколаде. Прикинь, что станут подавать на сейшингах<Сейшинг – в данном случае: сборище (искаж, англ.).>, если Алке удастсяввести новую моду.

Я передернулась. Нюся снова засмеялась.

– Вот-вот, и меня переколбасило! Ладно, возьму над тобойшефство, ты мне понравилась.

Я улыбнулась. Жутко одетая толстуха оказалась очень милой.

– Спасибо, ты тоже ничего.

– Давай дружить, – захихикала Нюся, – где твой совочек? Так,так, значитца, стоит задача торговли мордой…

– Нюсенька, – раздалось за спиной. Моя собеседницаразвернулась и стала целоваться с лысым недомерком, облаченным в фиолетовыешорты из парчи.

– Люсик! Шикарно смотришься!

– Ах, Нюсенька, как ты похудела.

– Ты мне льстишь, Люсик!

– Нет, дружочек, талия – супер.

Я перевела взгляд на то место, где у обычных женщин самоеузкое место тела. Огромный бюст Нюси плавно перетекал в желеобразный живот.Если сейчас, по словам этого дядечки с немыслимым именем Люсик, она похудела,то что же было раньше? Страшно представить.

– Кто это с тобой? – полюбопытствовал Люсик. Нюсяприщурилась.

– Как, ты не знаешь? Вся страна колотится в восторге от еекнижек! Знакомься. Моя лучшая подруга, писательница Арина Виолова.

– О-о-о, – Люсик закатил глазки, – как же! Читал ваши романы.Но сейчас вас не узнал, по телику вы выглядите чуть иначе.

Я принялась глупо улыбаться.

– У вас есть собака? – неожиданно поинтересовался Люсик.

– Да, Дюшка, девушка неизвестной породы.

– Тогда я вам понадоблюсь, – оскалился Люсик и убежал.

– Меня никогда не показывали по телевизору, – пробормоталая, – этот мужчина не мог видеть писательницу Виолову…

– А он и не видел, – ухмыльнулась Нюся, – вот что, дай мненомер твоего мобильного.

– Да, конечно, восемь, девять ноль три…

– Немедленно меняй номер, – нахмурилась Нюся.

– Почему?

Новая подружка прислонилась к стене.

– Он у тебя кривой, надо иметь прямой.

– Но это дорого!

– Если хочешь светиться в прессе, нужно потратиться!

– Арина! Вот ты где! – воскликнул Федор. – Ну обыскалсяпрямо! Ах, Нюсенька! Вы – само очарование! Нимфа среди козлов! Дозвольте кцарской ручке приложиться!

– Ты слишком неумело врешь, – кокетливо надула губки Нюся, –впрочем, как все вы, пиарщики. Значит, так! Арина теперь под моим патронажем, итебе это не будет стоить ни копейки. Подруг я раскручиваю бесплатно. Ну,покеда, дорогая, жди звонка.

Она клюнула меня в щеку и, подцепив под локоть тощего,долговязого парня, растворилась в гомонящей толпе.

– Как тебе это удалось? – обалдело поинтересовался Федор.

– Что ты имеешь в виду?

– Как ты ухитрилась подружиться с самой Асей Юдиной?Немыслимое дело!

– Так это она?!

– А ты не знала? – вытаращился Федор. Я хотела былоответить: «Нет, конечно», но тут откуда-то налетела целая толпа людей сфотоаппаратами и затараторила:

– Арина, улыбнитесь, дорогуша, сюда гляньте, повернитесь кнам.

– Не разевай рот, – шипел Федор, – просто растяни губы,стань чуть боком, одну ногу выстави вперед, руку упри в бок. Наконец журналистыубежали.