Месть Ночного Никто - Наталья Барабаш

Секунда – и Ночной Никто перемахнул через балкон первого этажа, тут же взвился на второй: дома были похожи на грязные, разоренные соты.

Уцелевший мопед к тому времени подкатил прямо ко входу в отель, куда Ночной Никто планировал затащить Шанкрита, и бойцы рванули внутрь.

Да, это не были обычные местные налетчики. Как они вычислили, куда именно он привезет их босса, сейчас лучше не думать.

Ночной Никто ногой разбил окно, метнулся в чужую спальню, под визг какой-то голой девицы выбил хлипкую дверь и бросился вверх по лестнице. Судя по кучному шлепанью внизу, будто от ливня в сезон дождей, к нападающим подъехало подкрепление.

Все было плохо. Ночной Никто выбирался из самых разных переделок. Но пока он тут бегает, Шанкрита могут найти. Нельзя уходить далеко от этой улочки!

Едва Ночной Никто выскочил на крышу, рядом засвистели пули. Преследователи стреляли из люка, даже не сильно целясь, были уверены: деться ему некуда. И ошиблись.

Ночной Никто добежал до края крыши и вдруг, почти не глядя, сиганул вниз. Те, в люке, оторопели на секунду, выскочили из укрытия, подбежали к краю. Но их мгновенной заминки было достаточно, чтобы Ночной Никто стал невидим.

Он никогда не полагался на случай. И прежде чем снять здесь комнату, изучил весь квартал, исследуя шумные торговые улицы. Секрет прыжка с высоты был прост: под домом с этой стороны шумел китайский базар с шатрами и один из холщовых тентов был особенно упруг. Ночной Никто упал на тент тугим мячом, ткань подбросила его вверх, и он тут же приземлился рядом с палаткой прямо в центр ночной толпы. Кто-то охнул, вскрикнул торговец, но общая сумятица поглотила шум.

Самый смелый из преследователей решил повторить трюк. Он сиганул с верхотуры на палаточную крышу. Ткань шумно разошлась, и смельчак шлепнулся прямо на огромные сковородки, в которых жарились креветки. Для группы обомлевших туристов-немцев он стал воплощением грешника в аду.

Ночной Никто скользил, рассекая толпу, смешиваясь со зрителями у корзинки со змеями, застывая у макашниц – тележек с едой. Не мог уходить далеко. Он обходил ларек с фруктами, как вдруг прямо перед ним выскочили трое крепких тайцев с металлическими штырями в руках. Стрелять в плотной толпе не решались даже такие отморозки: на убийство туристов у криминала наложено вето.

Парни шли кучно, прохожие шарахались в стороны. Ночной Никто схватил с ближайшего лотка тяжелый ананас и, почти не целясь, пульнул его в голову одного из преследователей. Парень зашатался, поплыл. Из ритма выпал.

Зато второй рванул вперед и замахнулся железным штырем. Ночной Никто быстро шагнул ему навстречу: когда тебя бьют палкой, надо не увеличить, а сократить дистанцию. Перехватил руку, врезал противнику локтем в глаз. Третьего вырубил ударом колена в пах. И шмыгнул в ближайшую подворотню. Попетлял, выскочил на той улице, куда полчаса назад привез Шанкрита. Молнией заскочил в дверь, за которой оставил пленника.

…Шанкрита не было.

На секунду Ночной Никто закрыл глаза, чтобы пережить поражение. Столько потрачено сил. Своих и чужих. И в сетях опять пустота. Он сам сделал ошибку – и даже не знает какую. Противный сквозняк в сердце подсказывал: здесь врага искать бесполезно.

Захотелось умереть – от позора, стыда и гнева на собственную беспомощность. Прадед-испанец всегда просыпался в нем не вовремя.

И тут он понял. Его главная ошибка – неправильная цель. Месть. Она не может вести вперед. Путаница генов сбила его компас и заставила переменить полюса. Чтобы ты достиг результата, твоя цель должна быть позитивной.

Найти Шанкрита, чтобы вернуть Изумрудного Будду. Это достойное дело. А месть – просто сладкий десерт.

«Я забуду, кем был раньше. Я забуду свое горе, которое застилает разум. Я забуду все, кроме одного – вернуть то, что было украдено».

Ночной Никто открыл глаза. Сделал три глубоких вдоха. И начал жизнь сначала.

* * *

…На следующее утро изуродованное тело наркобарона нашли на городской свалке, посыпанное белым порошком. Шанкрит так долго держал в страхе пол-Бангкока, что люди, узнав об этой новости, радостно вывалили на улицы. Ни горожане, ни народные мстители так и не узнали, что на самом деле отмечали смерть мелкого торговца зельем для клиентов борделя: они с Шанкритом были очень похожи…

А еще через два месяца исчезли и сами народные мстители – так же внезапно, как появились. 10 декабря премьер-министр страны Шинаватра вышел на главную площадь столицы и сообщил многотысячной толпе, что наркомафия в Таиланде побеждена полностью и окончательно. И сразу все стихло. Бесследно исчезли зеленые пикапы с ночных улиц – будто и не ездили никогда. Торговля наркотиками свернулась на время. Чтобы вскоре вернуться – проголодавшиеся пауки очень быстро восстанавливают паутину. Ночные Никто растворились как эрзац-кофе. Без остатка.

И только один человек не сложил оружия. Он по крупицам собирал сведения о том, куда мог исчезнуть Шанкрит. Сведения были неутешительные. Шанкрит надолго уехал из страны. И изменил не только имя. Он сменил внешность. Таиланд для этого – лучшее место на земле. Привести к Шанкриту могли только деньги. Алчные дельцы всегда возвращаются к источникам дохода. Оставалось ждать, когда жадность перевесит осторожность. Ночной Никто расставил сети и замер.

…И вот Шанкрит вернулся.

Кем он теперь стал? Молодым симпатичным тайцем без морщин? Европейцем? Монахом? А может, женщиной?

Ночной Никто усмехнулся. Через несколько минут он наконец получит ответ на свой вопрос.

Телефон затрепыхался на столе, как пойманная рыба. Нет, не через несколько минут. Прямо сейчас.