Али-Баба и сорок разбойниц - Дарья Донцова

Преподавательница и студентка подружились. Алена сталапомогать подруге, она принялась следить за Романом. Первые два дня тот невызывал никаких подозрений, маршрут его передвижений всегда был один: дом —институт — библиотека — дом. Но в пятницу вечером, около восьми, он неожиданноприехал на Белорусский вокзал, взял билет до станции Одинцово, сел там наавтобус, вышел возле небольшого трехэтажного дома и исчез в подъезде. Аленаустроилась в подъезде дома напротив и стала его ждать. Вскоре ей стало ясно:Роман остался ночевать, значит, логово любовницы найдено.

Следующие ее действия были простыми. В подъезде имелосьвсего шесть квартир. В пяти проживали пенсионеры, бывшие военные. Шестуюхозяева сдавали студентке, девушке по имени Катя Короткова. Вооружившисьблокнотом, Алена понаблюдала за домиком в субботу и воскресенье, но любовникисловно умерли, они не показывались на улице, не бегали за хлебом, не выходилигулять.

Около одиннадцати вечера в воскресенье Алена, решив, чтоРоман и его дама легли спать, хотела уже ехать в Москву. Но тут дверь подъездараспахнулась, и появились любовники, вместе. Они явно никого не стеснялись,держались за руки. У Алены, когда она рассмотрела лицо женщины, прижимавшейся кРоману, чуть не выпал из рук бинокль. Рядом с молодым доктором наук шла ИринаМедведева.

Рассказав Ольге о том, кто является ее соперницей, Аленапопросила:

— Ты только не бросайся на Ирину с кулаками.

— Я умею держать себя в руках, — процедила Ольга.

Но на следующий день «немка», явившись на занятия в группуАлены, вызвала Ирину к доске и устроила той «сражение на Курской дуге»,закончившееся окончательным и бесповоротным разгромом студентки Медведевой.Алена только вздрагивала, слушая, как Ольга скрипучим голосом тянет:

— Неверно, Медведева, тут датив, а не аккузатив. Как жевы, проучившись столько лет, ничего не освоили?

После занятий Алена улучила момент и шепнула Оле:

— Ну зачем?

— Что случилось? — прикинулась дурочкойпреподавательница. — Ты об Ирине? Но она даже на двойку материал не знает!

Целую неделю Ольга изводила Медведеву и довела на одномсеминаре Иру до слез. Но как-то вечером преподавательница явилась домой вмрачном настроении. Алена бросилась ее расспрашивать, и «немка» заплакала.Оказывается, к ней подошел Роман, очень больно, изо всех сил, ущипнул жену заплечо и процедил:

— Если не отвяжешься от Иры, пеняй на себя. Кстати, яподал заявление на развод.

— Это она написала письмо, — рыдала Ольга, —она!

— Ты ошибаешься, — увещевала ее Алена, —Ирина не подлый человек!

— А отбивать чужого мужа, по-твоему, благородно?

Алена вздохнула:

— Наверное, они полюбили друг друга. Но, вспомни, у Ирысовсем другой почерк!

Оля зарыдала еще пуще. Она была абсолютно уверена, что авторподлой проделки — Медведева. Очевидно, ее муж закрутил роман с Ириной.Наверное, он и раньше вступал в связь со студентками, только жене об этом небыло известно. Когда же Оля прижала ловеласа к стене своим вопросом пробиблиотеку, тот испугался: развод не входил в планы Казановы. Ольга в качествепокорной, любящей жены устраивала Романа на все сто. Вот он и порвал слюбовницей, справедливо полагая, что женщин на его век хватит, не одна, такдругая. Ирина решила не сдаваться и подсунула любимому фальшивку, призваннуюочернить Ольгу. Затея удалась, перед Ольгой маячит развод, а Ирину ждетсвадьба.

Но Ольга ошиблась, в ее паспорте так и не появился штамп оразрыве семейных уз. Роман через несколько дней после описанных событий попалпод электричку возле станции Одинцово. Почему он оказался на пути, почему неслышал громкого гудка поезда, осталось за кадром. Впрочем, в крови покойногонашли довольно большое количество алкоголя, он был в шапке, закрывающей уши, иследователь прикрыл дело, мотивируя свои действия тем, что это был несчастныйслучай. Выпил, дескать, мужик немного, реакция притупилась, да еще ушанка, вотон и не услышал электричку.

Анна Павловна пережила сына всего на несколько часов, умерлаот сердечного приступа. Оля осталась единоличной хозяйкой квартиры. Онапереехала назад. Перед переездом Оля обняла Алену и с чувством произнесла:

— Спасибо за все! Начну жизнь сначала.

— У тебя все впереди! — с жаром воскликнула Алена,от души жалевшая Ольгу. — Только отвяжись от Ирины, хватит ее гробить, этоуже странно выглядеть начинает, студенты перешептываются, им интересно, чего выне поделили.

Оля, державшая в руке сумку с вещами, неожиданно ответила:

— Твоя правда, я больше не стану к ней цепляться,сделаю лучше.

— Как?

— Просто убью ее, — обронила Ольга и ушла.

Вот тут-то Алена испугалась по-настоящему. Когда человеккричит, рыдает и вопит: «Убью, убью, убью!» — это просто истерика.

А если он равнодушно, походя, заявляет: «Убью», — этоговорит о серьезности его намерений.

Алена провертелась в кровати всю ночь, ей было тревожно, надуше скребли даже не кошки, а львы. На следующий день у них в группе отменилинемецкий, а в учебной части студентам объяснили, что Ольга Марковна в связи сосмертью любимого мужа и дорогой свекрови взяла отпуск.

Больше Алена с Ольгой не встречались. «Немка» уволилась, онани разу не позвонила девушке, которая протянула ей руку помощи, просто исчезлаиз ее жизни, попользовалась и бросила. Алена не предпринимала никаких попытокналадить контакт с коварной подругой, она обиделась на Ольгу. Значит, когда ейбыло плохо, то Алена годилась ей в наперсницы, а стоило ситуации разрешиться,хоть и столь трагичным образом, как милая подруженька мигом отвернулась всторону. Пусть живет, как может.

А потом исчезла Ирина. И вот с тех пор Алену терзаютсомнения: а не причастна ли к таинственной пропаже Медведевой Ольга Марковна?

— Почему же вы не рассказали об этой истории вмилиции? — удивился я.

— А нас никто ни о чем не спрашивал, — тихопояснила Алена, размазывая чайной ложечкой остатки пены капуччино, — никтоиз милиции не приходил, просто Алла Федоровна из учебной части объявила: «ИраМедведева пропала. Сколько раз вам, девочки, говорить: ведите себя осторожно, вгороде полно маньяков!»

— Дайте мне телефон Ольги, — попросил я.

Алена насупилась.

— Я его не знаю.

— Да? В самом деле?

— Нет, точно. Вот адрес могу сказать.

Я кивнул:

— Диктуйте!