Всадница без головы - Лариса Соболева

Да, на витрине выставлены серьги, браслет, пара кулонов, крест с камнями, брошь в виде букета, заколка и типично мужские предметы — запонки, зажим для галстука. Набор бессистемный. За спиной девушки на полках стояли изящные статуэтки из разных материалов, но Тахир не стал больше рассматривать товар, а показал удостоверение:

— Девушка, нам нужен директор этого прекрасного салона.

— Идите за мной.

Она провела двух парней в административную часть, расположенную за салоном, вошла в кабинет директора, затем пригласила Тахира и Олега. За столом они увидели миловидную женщину лет сорока, очень приятную, с красивым низким голосом. Пригласив их присесть одним движением руки, она холодно представилась Катериной Германовной и не без изумления поинтересовалась, что привело правоохранительные службы в их салон. Тахир заметил напряжение во всей ее фигуре, но полностью открывать карты не стал:

— Мы пришли поговорить о Вольской Зое Павловне…

— Что на этот раз случилось?

Неудачное начало: несколько в штыки восприняла она желание поговорить о хозяйке, с другой стороны, обоим стало понятно, что у Зои Павловны неоднократно возникали проблемы. Тахиру осталось зацепиться за вырвавшуюся фразу директрисы:

— А что случалось до нас?

— Да зачастили к нам проверяющие, чуть ли не каждый месяц навещают — Роспотребнадзор, пожарные, налоговая, полиция с обыском. И торчат не пару дней, такое ощущение, что ищут хоть каплю нарушения, чтобы раздуть из нее волну цунами.

— А вы работаете без нарушений?

— Профессиональная тайна, — бесстрашно отбрила Катерина Германовна, что только подтвердило: достали даму серьезно. — Сомневаетесь — ищите нарушения.

Итак, отношение к хозяйке определено — позитивное, может быть, это поможет вытащить из нее сокрытые сведения, но не факт. Однако следовало поговорить начистоту, Тахир протянул руку к Олегу, тот понял без слов и положил на его ладонь смартфон, одновременно она услышала:

— Вы знаете, что с вашей хозяйкой?

— Думаю, Зоя Павловна уехала…

— Думаете? Она не предупреждала вас, что уедет?

— Так иногда бывает, потом она звонит… А что такое?

— К сожалению, с хозяйкой вашего салона случилась беда, Вольскую Зою Павловну застрелили несколько дней назад ночью в ее доме.

В подтверждение он нашел фото убитой, которые сделал Олег, и положил смартфон на стол перед Катериной Германовной. Безжалостный поступок — показать труп человека, от которого зависело благосостояние, нет его и — стабильность летит к чертям. Однако шокотерапия полезна, метод настраивает строптивый источник информации на мирный лад и делает сговорчивей. Сначала Катерина Германовна, увидев фото, непроизвольно отшатнулась, не сильно, но заметно, одновременно сделала вдох и замерла, глядя на портрет Вольской с дыркой во лбу, о которой она и спросила, показав пальцем:

— Что это?

— След от пули, — пояснил Олег, ему ведь тоже надо принять участие в опросе. — Ей выстрелили в лоб.

— Не может быть… — пролепетала Катерина Германовна, потом отвернулась, пряча слезы, ее пальцы подрагивали.

— Теперь понимаете, что мы не проверяющие, а пришли по другому поводу? — подал голос через паузу Тахир. Она кивнула. — Мы рассчитываем на вас. Начнем вот с чего: что за человек была Зоя Павловна?

Держалась она с трудом, известие о смерти нанесло удар, это видно было по ее огорченному лицу, по глазам, в которых слезы держатся за счет воли, но Катерина Германовна собралась и заговорила:

— Люди у нее работали по многу лет, они ценили Зою, уважали. Ну и она в ответ изо всех сил сохраняла каждую точку вместе с работниками.

— Вы хотите сказать, она была…

— Да, — не дала договорить директор салона. — Вон сколько жлобов в бизнесе, издеваются над теми, кто пашет на них. Расскажу такой эпизод… Заходим мы с Зоей в центр техники, там можно купить все: от компьютеров с холодильниками до миксеров с утюгами. Выбираем подарок на день рождения нашей продавщице, проработавшей лет пятнадцать с ней, и вдруг слышим ругань. Отборную. Хозяин распекал своих работников прямо в торговом зале. Было так отвратительно это слушать, что мы решили купить подарок в другом месте. Зоя, проходя мимо, не удержалась и сказала уроду: «Браво! Ты продемонстрировал крутость, надеюсь, кто-нибудь снял твои истерики и поделится ими в интернете, чтобы горожане знали: тебе нести деньги не стоит, нельзя поощрять хамство». А знаете, через месяц действительно в интернет выкинули несколько видео с хозяином центра — и результат: резко упал покупательский спрос. По всей вероятности, кто-то воспользовался советом Зои. Да, она была идеальным предпринимателем, ответственным и умеющим ценить работников, это особый дар.

— И без недостатков?

— Отчего же? Людей без недостатков не бывает, не ошибусь, если скажу, что у вас их тоже полно. Но раз жаждете, пожалуйста, вот вам недостатки: резкая, нетерпимая, властная. И при всем при том — справедливая. Поэтому ей прощали резкость, между тем границ Зоя никогда не переступала.

— Послушайте, слишком частые проверки — это же чья-то злая инициатива? Может, кляузы писал обиженный на нее хозяин центра и…

— Нет. Троллинг, как сейчас модно говорить, атакует из другой сферы, не предпринимательской. Извините, но об этом я говорить не стану.

— Почему? Разве вы не заинтересованы, чтобы мы нашли виновных в смерти Зои Павловны?

Она снова его перебила, причем тон взяла обличительный, будто на ней судейская мантия:

— Давить на совесть не надо, не поможет. А знаете почему? Потому что вы никогда не привлечете этих людей к ответственности, духу у вас не хватит. Кого-то из ваших купят, а я стану крайней? Нет уж. Одно могу сказать с уверенностью, возможно, вам это поможет: им незачем ее убивать, эти бонзы без пистолета и топора способны любого предпринимателя поставить на колени. А теперь извините, мне надо сообщить о смерти Зои Павловны всем, кто работал с ней.

Так хорошо катилась беседа и вдруг — облом, оба оперативника неожиданно растерялись и вышли из кабинета, словно проиграли решающую битву. Собственно, так и случилось. Молодые люди добрались до машины, сели в нее и сидели, как на похоронах, в скорбном молчании несколько минут.

— Вот противная тетка! — произнес Олег. — Ведь прекрасно знает подноготную Вольской и кто ее прессовал.

— Кто бы сомневался! — отозвался Тимур, не привыкший к поражениям. — Боится. Боится сильных мира сего, это действительно серьезно. А все равно проговорилась в самом начале, что прессинг шел из проверяющих служб. Потом еще и дополнила, что им незачем убивать Вольскую… Черновой теперь нас запилит: надо уметь работать с людьми… О! Легок на помине, — отреагировал он на звонок. — Слушаю, Андрей Максимович.

— Ты можешь сейчас говорить?

— Да. Говорите спокойно, мы с Олежеком в машине.