Случайная встреча с киллером - Наталья Кушнерёва

– Бонза? – ахнул Григорьев и побледнел. Вот уж не думала, что молва о моем отце дошла и до Романа. Насколько мне известно отец бросил свои дела пятнадцать лет назад, а о нем помнят по сей день. Конечно сейчас нам это было только на руку.

– Спрашивайте, – спокойно сказал Роман, но его глаза нервно метались.

– Скажи-ка, ты кого-нибудь подозреваешь? – твердо спросил папа и расслаблено опустил руки в карманы брюк. Если бы я не знала, что мой отец связывает убийство Бубанова с убийством адвоката, то подумала бы, что он задает все эти вопросы из простого любопытства.

– Никого, – покачал головой Григорьев. – Сами знаете какая у отца была работа. Столько человек. Может он не смог кому-то помочь и ему решили отомстить.

– Зачем тогда сжигать дом?

– Не знаю, – печально пожимал плечами Роман. Мой отец хотел еще что-то спросить, но к Григорьеву быстрым шагом подошла эффектная блондинка на таких высоченных каблуках, что в какой-то момент мне показалось, что ее ноги непременно сломаются. Но она уверенно стояла на двадцатисантиметровых шпильках и по-свойски опустила руку на плечо Романа.

– Иди в машину, – недовольно бросил он красотке и она быстро удалилась, заставив меня еще раз удивиться ее ловкости.

– Извините, мне нужно ехать, – терпеливо говорил Григорьев.

– Если вы что-то узнаете, позвоните, пожалуйста, – сказала я и протянула ему номер телефона. Он неохотно взял его из моих рук, но под нашим с отцом настойчивым взглядом, не решился его сразу же выбросить.

– Ну что, довольна? – спросил у меня папа как только мы отъехали от дома Григорьева.

– Честно говоря не очень, – буркнула я, а отец лишь хмыкнул в ответ.

Целый день я провела в доме Бубанова в одиночестве. Отец уехал, сославшись на важные дела, а Алексей был на работе и уже порядком задерживался. Ближе к восьми вечера я решила съездить к нему, узнать не выяснил ли он что-нибудь новое, а заодно и поужинать. Готовить я была совершенно не настроена. Я надела вечернее платье, в котором ужинала с Михаилом, вызвала такси и отправилась в «Дежавю». Алексей был совершенно не удивлен моему появлению, но и особой радости в нем не наблюдалось. Я нагло вошла в кабинет, не потрудившись постучать. Алексей гордо восседал в большом кожаном кресле и, подперев голову одной рукой, смотрел в одну точку.

– Привет, – воскликнула я, врываясь в кабинет. Бубанов мрачно взглянул на меня и закатил глаза.

– Как давно я не слышал этого слова, – пробормотал он. – Как ты думаешь, что я тебе отвечу?

– Ты думаешь о завтрашнем дне? – жалостливо пискнула я. Бубанов кивнул.

– Ты думаешь завтра что-то может произойти?

– Не знаю. Очень бы не хотелось чтобы кто-то омрачил и без того черный день.

Леша поднялся, открыл небольшой сейф и достал бутылку виски. Выпил, обходясь без бокала, и вновь уставился на меня.

– А ты чего приперлась? Да еще такая нарядная.

– Хотела поужинать. Не в джинсах же идти. Один раз меня уже не пустили. Вот, стараюсь соответствовать.

– Ты не против, если я закажу ужин в кабинет? Не хочется людей видеть. Каждый норовит соболезнования принести.

– Конечно, не против, – заверила я и опустилась в его кресло. Леша печально усмехнулся и я сочла это хорошим знаком. Я через это уже прошла и знаю точно, что в такой ситуации человека нужно подбодрить, а не лезть к нему со словами скорби.

Через десять минут стол в кабинете был уставлен многочисленными блюдами, я не спеша ела, а Алексей так и продолжал стоять с бутылкой в руках.

– Леш, поехал на дискотеку, – предложила я, надеясь, что Алексей поймет меня правильно.

– Чокнулась, что ли? Думаешь мне сейчас до дискотек? – возмутился Леша и приложился к бутылке.

– Ты знаешь, – тихо начала я, чувствуя как мои глаза наполняются слезами, – когда мне позвонили и сообщили, что моя мама не вернется с работы домой, так как у нее случился сердечный приступ и она умерла прямо за рабочим столом, я жить не хотела. Я совершенно не помню, как прошли похороны, помню только людей, которые сновали вокруг и высказывали как им жаль, что я могу обращаться к ним за помощью… Я согласно кивала и ждала, когда же все это закончится. Не потому, что я хотела побыстрее расстаться с мамой, а потому что хотела остаться одна. Хотела чтобы в моем доме не было ни одного человека, который размазывал бы сопли и говорил как ему жаль. И когда это произошло, я имею ввиду, когда я осталась наконец одна, мне стало так одиноко, так жаль себя… Я не могла понять почему все это произошло со мной. Что я сделала не так, что сейчас одиночество мне в наказание. А потом в моем доме появился человек, который изо всех сил делал вид, что все хорошо, что ничего не произошло. Он позвал меня в кафе и заставил танцевать. И знаешь, я танцевала! Я танцевала и думала, что одиночество меня никогда не погубит. Ведь только я сама смогу найти в себе силы, чтобы справится с этим. Самое главное – небольшой толчок со стороны и ты уже мыслишь совершенно по-другому. Я знаю, что обязательно найду убийцу своей матери и сделаю все, чтобы он был наказан, но во всем остальном только я сама решаю какой мне быть: сидеть дома в печали и утверждать самой себе, что я одинока и несчастна, либо поехать туда, где есть люди и постараться отвлечься от своих мыслей.

К концу моего повествования слезы лились из моих глаз обильным потоком, а я совершенно этого не чувствовала. Первый раз в своей жизни я рассказала кому-то о том, что творится у меня на душе. Я была уверена в том, что моя душа никому неинтересна и старалась улыбаться в компании своих друзей, лишь бы избежать слов о том, что мне надо успокоиться и о том, что когда-нибудь обязательно все наладиться. Сейчас я чувствовала такую легкость, будто с моей души ушел огромный груз. Я подняла глаза и в первое мгновение мне показалось, что я сошла с ума. Алексей смотрел на меня совершенно ошарашено и из его глаз текли слезы.

– Ну вот, – засмеялась я, – приехала тебя поддержать, а добилась совершенно другого эффекта.

– Поехали, – твердо сказал Леша и поднялся.

– Куда? – заикалась я.

– Танцевать! Вставай, – он схватил меня за руку и потянул к выходу. Усадил в свою машину и рванул с места. Через десять минут мы были в клубе «Тропик». Алексей пил уже четвертую порцию виски, а я, выпив три стакана бренди, полезла на барную стойку. Мне повезло, что в этом клубе посетителям многое разрешалось, потому что в тот момент я совершенно не думала о том, что делаю. Алексей залез следом за мной и почти час мы веселились под быстрый современный ритм. Мои ноги заметно устали и я нагло уселась на барную стойку, не обращая внимания на удивленные взгляды людей. Многие последовали нашему примеру и уже через полчаса к барной стойке было совершенно невозможно подойти. Народ плясал напропалую, а бармены любезно предоставляли всем танцующим бесплатные коктейли. Мы с Алексеем обулись и вышли на улицу.

– Ты как? – с улыбкой поинтересовалась я у напарника. Леша молча подкурил сигарету, затянулся, медленно выдохнул дым и так резко прижался ко мне губами, что я не успела ни о чем подумать. Мне казалось, что прошла целая вечность до того как Алексей наконец от меня оторвался.