Внимание: неверный муж! - Галина Владимировна Романова

Терпеливо дождавшись, пока ирод выдохнется, она подмела пол в прихожей, ссыпала зеркальную крошку в ведро, вернула на место циновку и надела ботинки от греха подальше. Руководящих указаний по поводу дальнейших действий пока не поступало, и Ася смиренно уселась на диван в гостиной, зорко наблюдая за братом.

Почему он не скажет ей, что знаком с той девушкой? Может быть, не сказав сразу, теперь не знает, как подступиться? Или здесь еще какая-нибудь причина?

– Едем, – хмуро скомандовал наконец Ванька. – Едем в больничку. Виталя сейчас как раз сменится, можно будет поговорить с ним в неофициальной обстановке.

– А как же Ленька, Вань? – Ася подняла на брата несчастные глаза и многообещающе шмыгнула носом. – Я волнуюсь… Я же…

– Только не реви, поняла? – прикрикнул он на нее. – Будем думать про твоего Леньку. Если он путался с этой девицей… и если это не он совершил покушение и поджог…

– Нет. У него алиби! Я же говорила тебе. Он в одиннадцать был уже дома. Сашка к нему заходила, – мгновенно встала на защиту мужа Ася.

– Сашка… Сашка… Ох уж эта твоя Сашка! – боднул Ванька лобастой головой воздух. – Ей соврать – не дорого взять!

– Знаешь что?! – взорвалась Ася, в бешенстве не попадая в рукава куртки и оттого злясь еще сильнее.

– Что?

– Ты готов весь мир обвинить в том, что… – Она вовремя прикусила язык, заметив, как мгновенно потемнели иродовы глаза.

– В том, что? Давай, валяй, договаривай.

– В том, что тебе не повезло с ней. И что вообще не везет с бабами, вот! – Высказавшись, Ася вдруг совершенно несерьезно показала Ваньке язык. Ну прямо как в их общем детстве. – Потому ты и до сих пор один, а мог бы уже и детей на своей бычачьей шее таскать!

– Не бычачьей, а бычьей, – машинально поправил Ванька, беззлобно отвесив сестренке подзатыльник. – А ты, Аська, как была чучелом, так чучелом и осталась. Идем уже…

Соня караулила территорию двора с бдительностью гестаповского служаки. Вооружившись метлой и лопатой, она встретила Асю с Ванькой у самой подъездной двери – той, что давным-давно держалась на одной петле, хмуро и с пониманием кивнула ей. И проводила их подозрительным взглядом до самой Асиной машины. И не спускала глаз, пока они не скрылись из виду.

– Ишь ты… – Ванька тяжело заворочался на сиденье, оглядываясь на дворничиху. – Блюдет!

– А то! – Ася лихо подрезала старенький «Москвич». – Если б не она, я до сих пор пребывала бы в неведении о Ленькином похищении.

– Ты и так ничего не знаешь! – фыркнул Ванька почти оскорбительно.

Так оскорбительно, что у Аси тут же зачесался язык. Как она сдержалась – непонятно.

Она знает! Кое-что она все же знает! И в сумочке у нее покоится великолепная улика, на которой, Ася искренне надеялась, сохранились отпечатки пальцев человека, напавшего на ее мужа вчерашним днем. Если она узнает имя этого человека, как-то свяжет его с покушением на девушку, то будет знать и все остальное. Только бы вот еще…

– Вань, а ты не сумел запомнить номера той машины, что торчала у дома пострадавшей?

– «Восьмерки», что ли? – лениво отозвался Ванька, бездумно таращась в окно.

– Ну!

– Девять, семь, шесть, по-моему. Но последняя цифра могла быть и восьмеркой. Темно было, точно не разглядел. Шесть и восемь – они похожи, знаешь. Буквы тоже не видел. Да я и не думал в тот момент, что это важно. Номер запомнил, сам не знаю как. Но регион наш, это точно. А почему ты спрашиваешь? Думаешь, что та самая «восьмерка» подъезжала к вам сегодня?

– Мало ли… – дернула плечом Ася, свернув на улицу, ведущую к больнице, где трудился Виталик.

– Вряд ли, Ась. Не надейся, что все так просто. Думаю, дело дерьмо! И не соваться бы тебе в него, да только… уже, кажется, сунулась. Придурка опять же твоего кто-то уволок… Слушай, а может, ну его, Леньку-то твоего? Может, похитили и ладно? Глядишь, мозги ему вправят, а то у него с ними, по-моему, совсем того… – И ирод совершенно подлым образом расхохотался, задрав подбородок кверху.

Ася оставила последнюю Ванькину реплику без внимания. Ну, сцепится она опять с ним, и что выйдет? Нельзя… Им сейчас нужно держаться по одну сторону баррикады. Тем более что она осталась совсем одна.

Ленька, Ленька… Что ж стряслось-то такое? Что?! Кто увез тебя сегодняшним утром? Почему ты не стал звать на помощь, позволив затащить себя в машину на глазах минимум у десяти свидетелей? Что двигало тобой в тот момент: страх за жизнь или страх перед разоблачением? Почему ты был так категоричен вчера, когда она завела разговор о милиции? Почему?!

Ася въехала в больничные ворота. Подрулила к черному ходу, и тут же взгляд ее уткнулся в знакомый номер Ванькиного джипа.

– Твоя «бибика» на месте, – пробормотала она машинально, осторожно объезжая джип и паркуясь левее. – Стало быть, и Виталик здесь.

Ванька, не ответив, начал выбираться из ее «жигуленка», чертыхаясь через слово. И машина-то ее тесная, и бензином в ней воняет, и давно поменяла бы, кабы гордостью чрезмерной не страдала… Это он опять про мачеху.

Ася снова не приняла его подачи. Молча заперла машину, взяла братца под руку и пошла к запасному больничному выходу.

Травматология располагалась на первом этаже. Темный узкий коридор, облицованный выщербленной плиткой, привел их прямо к застекленным дверям отделения. Пахло йодом, кислой капустой и еще какой-то больничной дрянью, от которой Асю всегда начинало мутить.

Ванька дернул дверь на себя и протиснулся в образовавшуюся щель почти по пояс.

– Виталия Серафимовича можно будет увидеть? – обрушил он на молоденькую медсестру громогласный вопрос.

– Виталия Серафимовича? – Девушка отчего-то зарделась и опустила глаза.

Ее смущение в равной степени можно было отнести как к Виталию, так и к Ваньке. Ирод мог быть обаятельным, когда хотел. Вот сейчас он призывно улыбался медсестре и кивал так интенсивно, что, казалось, голова его соскочит с дюжих плеч и покатится к маленьким стопам девушки, обутым в мягкие тапочки.

Ася презрительно скривилась и язвительно прошипела:

– Так и будешь скалиться или мы все же здесь по делу?

Ванька кашлянул, оглянулся на нее и, подмигнув, обронил:

– Я же в интересах дела, чучело! Чего ты сразу! – и тут же снова обратил ласковый взор на медсестру, улыбнувшись ей еще призывнее. – Так можно с ним переговорить или обязательно звонить ему на мобильный?

Девушка сорвалась с места и помчалась вдаль по широкому коридору. Хлопнула какая-то дверь в глубине отделения, и тут же все стихло.

– Не дай бог тут когда-нибудь оказаться, – прошептала Ася и для верности поплевала через левое плечо. – Противно так… Воняет…

– Время завтрака, Аська. Пахнет больничной жрачкой.