Дыхание зла - Виктор Глебов

– Я тоже поеду, – объявил Власов. – И так засиделся. Все равно нам ничего не расскажут, – добавил он, взглянув на Самсонова.

– Тайны следствия, – отозвался полицейский.

– Удачи! – буркнул Власов и отправился одеваться.

Через некоторое время Малинин и другие члены клуба, сидевшие в игровой и обсуждавшие последние события, тоже ушли. Францева покрутилась вокруг Самсонова еще около четверти часа, превознося медиумные способности Левакиной и вообще всячески стараясь обратить внимание старшего лейтенанта на ценность, если не сказать, бесценность сеанса для расследования. Убедившись, что полицейский в должной мере осознает ее вклад, она тоже убралась. Остались только Кроликова и Донников, который со скорбной миной отправился в свой кабинет.

Дождавшись, когда клуб опустеет, Самсонов вошел в комнату, где проводился сеанс. Здесь все оставалось по-прежнему – он попросил Кроликову ничего не трогать, хотя она и порывалась убраться.

Пахло воском от давно потухших свечей, потом, парфюмом и дезодорантами. С этой смесью не справились даже открытые окна.

Самсонов обошел стол. Блюдце лежало в центре алфавитного круга донышком вверх – так, как его оставила Левакина. Полицейский присел и заглянул под стол. На первый взгляд ничего подозрительного с нижней стороны крышки не было, на ножках – тоже. Ни магнитов, ни устройств дистанционного управления. Конечно, если они там и были, их могли снять – пока полицейский ходил в подвал, например.

Но Самсонов не поленился забраться под стол и осмотреть все тщательно, подсвечивая себе мобильным телефоном. Он даже ощупал дерево, рассчитывая обнаружить следы скотча или клея, – безрезультатно.

После этого Самсонов взялся за блюдце. Он повертел его в руках, взвесил на ладони и нахмурился. Для тонкого фарфора оно показалось ему тяжеловатым. Старший лейтенант вышел из комнаты и включил настольную лампу на ресепшене.

– Что вы собираетесь делать? – поинтересовалась Кроликова. – Хотите перекусить? – добавила она, заметив у него в руке блюдце.

– Нет, спасибо, – Самсонов развернул лампу и стал разглядывать блюдце на свет. С одной стороны ободок показался ему темнее, чем остальная поверхность – словно в фарфоре было что-то инородное.

Кроликова наблюдала за ним с большим интересом, было заметно, что ее так и подмывает спросить, чем это старший лейтенант занят, но она держалась. Когда Самсонов, коротко размахнувшись, шарахнул блюдцем об пол, она подпрыгнула и громко взвизгнула.

– Господи, что вы делаете! – закричала Кроликова, перегнувшись через стойку (что стоило ей немалого труда) и наблюдая за тем, как полицейский ползает среди осколков.

Самсонов тем временем нашел то, что искал – маленький черный магнит в виде плоского кругляшка.

– Кто принес блюдце для сеанса? – спросил он, выпрямляясь.

– Как всегда, Даша. А что это у вас?

– Магнит.

– Магнит? – брови Кроликовой приподнялись.

– Он был в блюдце, которым пользовались на сеансе.

– Хотите сказать… – Офис-менеджера, кажется, ужаснула мысль, что спиритический сеанс мог быть жульничеством. – Что…

– Похоже на то.

Самсонов вспомнил, что платье у Левакиной было с длинными свободными рукавами.

– Думаю, на запястье у вашего медиума был спрятан мощный магнит, – сказал он. – Ну или под ладонью. Он крепился на проволоке к запястью и притягивал вот этот, маленький. Таким образом блюдце двигалось по желанию Левакиной. Возможно, система более сложная, но принцип, мне кажется, именно таков.

– А как же… – Кроликова выглядела растерянной, – остальные сеансы?

– Ну, Левакина явно не вчера придумала эту хитрость, так что я уверен, и они были мошенничеством.

– Мошенничеством?

– Ну, фокусом. – Самсонов ласково потрепал Кроликову по объемному плечу. – Не расстраивайтесь.

Он оставил офис-менеджера и вышел на улицу, чтобы позвонить Левакиной: полицейский не хотел, чтобы Кроликова слышала их разговор.

Из трубки доносились протяжные гудки, девушка не отвечала. Самсонов сбросил вызов и набрал номер заново. Безрезультатно.

Самсонов вернулся в клуб и подошел к Кроликовой.

– Можно уточнить телефон Левакиной?

– Да, пожалуйста.

Полицейский сверил цифры, они оказались верны.

– Не отвечает? – спросила Кроликова. – Наверное, не слышит звонок.

– Возможно.

Самсонов набрал номер Антонова, который взялся подвезти девушку. Тот ответил почти сразу.

– Алло, это старший лейтенант Самсонов. Левакина с вами?

– Даша? Нет, она уже дома.

– Давно?

– Минут десять как.

– Ладно, спасибо. – Самсонов отключился и снова обратился к Кроликовой. – У вас домашние телефоны есть?

– Конечно. Пожалуйста.

Полицейский набрал семь цифр и стал ждать ответа. Через шесть гудков Левакина взяла трубку.

– Алло?

Самсонов направился к выходу из клуба.

– Вас беспокоит полицейский, который присутствовал на сегодняшнем сеансе.

– А-а. Слушаю.

– Мне нужно с вами серьезно поговорить, – проговорил Самсонов, уже стоя на крыльце.

– О чем?

– О показаниях духа.

Прежде чем ответить, Левакина выдержала короткую паузу.

– Я не знаю ничего, кроме того, что было на сеансе. Вы и сами все видели.

– Думаю, что я действительно видел все. Даже то, что осталось скрыто для остальных.

– Вы о чем? – голос у девушки стал настороженный.

– У меня в руке маленький такой круглый магнитик. Он был в блюдце. Оно разбилось, и среди осколков…

– Что вы хотите? – перебила Левакина. – О чем конкретно будет разговор?

– О подвале, разумеется.

– А-а… что о нем говорить?

– Если показания давал не дух, то кто? Логично предположить, что тот, кто двигал блюдце.

– То есть я?

– Именно. Вам не стоило оставлять блюдце в клубе, – добавил Самсонов. – Наверное, так разволновались, что забыли о нем?

В трубке послышался тяжелый вздох.

– Хорошо, приезжайте.

– Давайте адрес.

Самсонов достал блокнот и записал номер дома и квартиры. В трубке послышался какой-то звук, похожий на пение канарейки.

– Все, до встречи! – быстро сказала Левакина. – Мне звонят в дверь, надо открыть.

– Подождите! – крикнул Самсонов, но в ответ уже неслись гудки.

Полицейский тут же перезвонил, но девушка не ответила.