Дамская вендетта - Марина Серова

Да, Таня, ты практически провалила слежку. Неужели теряешь квалификацию? Где теперь искать любовницу этого лысеющего донжуана? Вот уедет его красавица обратно в Москву, и ищи ее там, как ветра в поле. Гуревич же, как партизан, будет держать язык за зубами, а мне и предъявить ему нечего.

Загорелся зеленый свет, и я поехала дальше, уже не надеясь напасть на след черного «БМВ». Вдруг мне показалось, что где-то впереди замаячила иномарка Катиного отчима, я припустила за ней, а когда догнала, была сильно разочарована — у нее оказался другой номер, а за рулем сидела женщина средних лет. Я была на грани отчаяния и поняла, что мне просто необходимо взять тайм-аут. В создавшейся ситуации было бы неплохо немного отдохнуть, принять душистую ванну, выпить чашку-другую крепкого кофе, а уже потом работать дальше. Я уже свернула в сторону своего основного места жительства, как зазвонил мобильник. Включив громкую связь, я услышала взволнованный голос Катерины:

— Таня, ты можешь срочно приехать ко мне? Я кое-что узнала о Гальке. У меня есть страшные подозрения, если все так на самом деле, то это конец света.

— Катя, ты можешь мне в двух словах без всякой таинственности объяснить, в чем дело? Что такого сногсшибательного ты узнала о Галине?

— Это не телефонный разговор.

— Ладно, минут через десять буду у тебя.

Заинтригованная, я сразу почувствовала, что у меня открылось второе дыхание. Во всяком случае, об отдыхе я уже и не помышляла.

Барулина встретила меня в прихожей.

— Таня, я все ожидала, только не такое! Представляешь, Галина — дочь Влада! — поведала мне Катерина срывающимся от волнения голосом.

— Ты в этом уверена? — спросила я, расстегивая шубку и осмысливая ситуацию.

— Почти. Мне удалось выяснить, что ее отчество — Владиславовна, а родом она из Тарасова. Правда, ее фамилия не Гуревич, а Чижова, но ведь женщины выходят замуж и меняют фамилию. Мне сказали, что Галина была замужем, но разошлась.

— Что ж, твоя версия не лишена здравого смысла. — Я подала Катерине шубку, чтобы она определила ее на вешалку. — Но еще не факт, что она единственно верная.

— Факт, Таня, факт! Они даже чем-то похожи, овалом лица, что ли, а еще у них у обоих есть одна и та же манера подергивать плечами.

— Тебе видней, я Галину не видела, — сказала я, снимая сапожки.

— А Влада видела? Тебе удалось с ним поговорить?

— Да, — ответила я, надевая тапочки.

— И что же?

— Он не отрицал, что знаком с Галей, но и ничего не сказал мне о ней.

Я вдруг вспомнила горькую ухмылку Гуревича, когда из моих уст вылетело, что Галина его любовница. Тогда такая реакция показалась мне странной, а теперь все встало на свои места. Конечно же, она его дочь! А если так, то он имеет законное право не свидетельствовать против своей родной дочери.

— Таня, так о чем вы все-таки с ним разговаривали?

— Я пыталась внушить ему, что человеку его профессии укрывать преступниц неэтично. Если бы мне заранее знать, что они не любовники, а близкие родственники, то наша встреча могла бы быть плодотворнее. У Полины создалось впечатление, что ее сосед обнимался на улице с девушкой легкого поведения, а потом несколько раз устраивал у себя на квартире тайные свидания с ней. Я приняла все это на веру. Скажи, Катя, а ты знала, что у твоего отчима есть дочь от первого брака?

— Нет, мама никогда не говорила мне этого. Возможно, она ничего и не знала о ее существовании. Таня, что же ты будешь делать теперь?

— Пока не знаю, надо все хорошенько обдумать. Полагаю, сам Влад никуда от нас не денется, а вот свою дочурку он может надежно спрятать или обеспечить ей такую юридическую защиту, что не подкопаешься. Пожалуй, я позвоню сейчас кому-нибудь из своих знакомых ментов и попрошу выяснить, нет ли у них данных на Чижову Галину Владиславовну.

— Ты уж заодно попроси и про Влада узнать. Вдруг он аферист какой-нибудь?

— Да, это неплохая мысль, — ответила я и подумала, что не стоит напрягать этими вопросами Кирьянова. Поскольку он занимается официальным расследованием, раскрывать ему свои карты было совсем ни к чему. Мало ли что! Уж лучше озадачить Андрюшу Мельникова. Так я и поступила.

— Привет! Узнал?

— Конечно! Как же можно тебя, Танюша, не узнать! Как твои дела?

— Работаю.

— Я так и понял. Какая помощь нужна?

— Меня интересует все, что есть у вас на Гуревича Владислава Витальевича, — я прикрыла трубку рукой и спросила у Кати год рождения ее отчима.

— Пятьдесят пятый.

— …пятьдесят пятого года рождения. Но особенно меня интересует Чижова Галина Владиславовна, возможно, в девичестве Гуревич.

— Дочь его, что ли?

— Скорее всего. Точный год рождения не скажу, но думаю, что ей лет двадцать пять. — При этих словах Катя кивнула. — Конечно, она может быть сейчас и не зарегистрирована в Тарасове, но вдруг мне повезет, и ты все-таки раскопаешь какую-нибудь информацию о ней.

— Хорошо, а что мне будет за это?

— А что ты хочешь?

— Я человек негордый, мне много не надо. Литр огненной воды меня вполне устроит, чтобы в холодный зимний вечер, после напряженного рабочего дня посидеть с друзьями.

— Андрей, какой разговор! Я тебе два литра водки поставлю, ты только нарой мне что-нибудь об этих людях.

— Договорились, жди звонка.

Закончив разговор с Мельниковым, я посмотрела на Барулину. Она сидела на диване, обхватив голову руками. Я подумала, что сейчас начнется очередная серия ее истерических припадков, и не ошиблась. Катя начала с тяжелых вздохов, а потом стала сокрушаться по поводу того, что ее родная мать пригрела на груди семейку аферистов, для которых нет ничего святого. У меня создалось впечатление, что в данный момент Катя воспринимает меня не как сыщицу, работающую на нее, а как своего единственного зрителя. Откровенно говоря, мне уже порядком надоела ее порочная привычка лицедействовать.

— Мне кажется, что Влад и Галина едины в своем стремлении уничтожить меня и маму. Самое интересное, что мамочка ни за что не поверит во все это и будет защищать своего ненаглядного мужа до последнего. — Барулина бездарно закатила глаза. — Это ужасно, ужасно! Мама потакает каждому его слову, она даже изменила своим привычкам и пристрастиям, стала вставать с первыми петухами и готовить то, что ему нравится, наглаживать ему брюки и рубашки… Отец, помнится, сам брюки гладил и в еде непривередлив был… Мне этот Влад сразу не понравился, есть в нем что-то отталкивающее… Таня, ну вот скажи, что она в нем нашла?

— Катя, я не собираюсь ломать голову над этим вопросом. Меня больше интересует то, где искать Галину и как заставить ее во всем признаться.

— У меня есть идея. Мне кажется, она сегодня же даст деру из Тарасова. Надо ехать на вокзал и караулить ее на перроне перед отходом московских поездов. Девятка уже ушла, значит, остались только два поезда — тринадцатый и семнадцатый.