Допустимый ущерб - Чингиз Абдуллаев

Седьмого июня восемьдесят первого года шестнадцать израильских самолетов, восемь бомбардировщиков, столько же истребителей, взлетели с военной базы Эцион. Каждый бомбардировщик имел по две управляемые бомбы МК84 весом почти в тонну.

Самолетам удалось обогнуть с юга зону действия иорданской противоракетной обороны. Через территорию Саудовской Аравии они вторглись в пределы Ирака, оставаясь незамеченными для радаров противника. Операция «Опера» завершилась весьма успешно.

Ядерный реактор был стерт с лица земли. Ирак больше не пытался запустить новую программу создания подобного оружия.

Стоит упомянуть и о выдающихся операциях израильских спецслужб, проведенных с участием высокопоставленных агентов.

Зятю первого президента Египта Гамаля Абдель Насера, мужу его дочери Моны Ашраму Марвану было всего двадцать четыре года, когда он посетил израильское посольство в Лондоне и сам предложил свои услуги израильской разведке. Разумеется, руководители МОССАДа не могли упустить столь ценного агента, который входил в окружение не только Насера, но и Анвара Садата, ставшего потом руководителем Египта.

За свои услуги Марван получал очень большие деньги. Так продолжалось несколько лет.

В ночь на шестое июня семьдесят третьего года он встретился в Лондоне с руководителем МОССАДа Цви Замиром. Марван сообщил ему о том, что Египет и Сирия одновременно нападут на Израиль уже через сутки.

Однако война Судного дня, как ее потом назвали, началась не в шесть вечера, как говорил Ашрам Марван, а в два часа дня. Некоторые израильские аналитики считают, что зять Насера был двойным агентом и нарочно сообщил неправильное время. Но день он назвал точно. Двойному агенту никто не разрешил бы сделать ничего подобного.

Очевидно, возможные приготовления к войне не остались без внимания советской и американской разведок. Кто-то успел сообщить об этом своим арабским друзьям, которые и приняли решение начать выступление на четыре часа раньше. За эту информацию Ашрам Марван получил миллион долларов. Войска обеих стран, намного превосходившие израильские вооруженные силы, были разгромлены за несколько дней.

Марван достаточно долго работал на израильские спецслужбы. Он поставлял очень полезную информацию, заодно продавал оружие в различные страны, выступал посредником на переговорах.

Его компаньонами стали сыновья всесильного ливийского диктатора Муаммара Каддафи. В какой-то момент у них начались финансовые разногласия. В арабских странах уже догадывались об истинной роли Марвана. Тогда было принято решение о его физическом устранении. В июне две тысячи седьмого года Ашрафа Марвана нашли мертвым возле его дома.

Официальная версия его смерти — внезапный сердечный приступ — выглядела достаточно странно. Шестидесятидвухлетний бизнесмен был вполне здоров.

Его вдова Мона Насер не сомневалась в том, что это месть израильской разведки. Но расследование, проведенное английской полицией, не подтвердило факт убийства. Лишь через несколько лет из показаний бывшего президента Египта Хосни Мубарака стало известно, что Ашрафа Марвана ликвидировали агенты Каддафи за финансовые разборки с его сыновьями.

За время своей деятельности в качестве осведомителя израильских спецслужб Ашраф Марван передал им достаточно много ценной информации.

Но самым известным агентом израильской разведки с момента создания еврейского государства справедливо считается Эли Коэн. Он родился еще в двадцать четвертом году в Египте, куда его родители эмигрировали из сирийского города Алеппо.

В бедной еврейской семье было восемь детей. Отец, торговавший галстуками и всякой мелочью, с трудом содержал такую ораву. Несмотря на отсутствие средств, он пытался дать всем детям хорошее образование.

Маленький Эли учился одновременно во французском лицее и религиозной еврейской школе «Медрешет Рамбам». Коэн с детства владел английским, французским, арабским и ивритом, затем выучил еще и испанский язык. Когда создавалось израильское государство, он был одним из тех студентов, которые горячо поддерживали идею создания новой страны. За это молодой человек был исключен из университета, носившего имя короля Фаруха Первого.

Сразу после создания Израиля вся его семья переехала туда, но сам Коэн остался в Египте. Он обосновал это решение желанием восстановиться в университете и окончить его.

Можно предположить, что уже тогда Коэн был завербован израильской разведкой. Через полтора года в Египте были арестованы несколько агентов Тель-Авива, в том числе его друзья Сэми Эзер и Моше Марзук.

Но Коэну удалось доказать, что он ничего не знал о шпионской деятельности своих товарищей. Египетским властям не удалось ничего найти против него, и обвинения с Коэна были сняты. Летом пятьдесят пятого он тайно посещал Израиль.

В пятьдесят шестом его все-таки депортировали из Египта в Израиль. Официальные источники утверждают, что следующие несколько лет он работал обычным бухгалтером в сети универмагов «Машбир ле-Цархах» и не имел никакого отношения к разведке, что представляется не совсем точным. Очевидно, его законсервировали после провала в Египте в начале пятидесятых.

В пятьдесят девятом году он женился на Наде Маджальд, репатриантке, прибывшей из Ирака.

В начале шестьдесят первого года, после прохождения соответствующей подготовки, его посылают в Буэнос-Айрес. Он отправляется туда под новым именем — Камал Амин Тават.

В столице Аргентины находились несколько видных деятелей сирийской оппозиции, представителей социалистической партии БААС, в том числе и главный редактор испано-арабского еженедельника Амин аль-Хафез. Он был армянином по отцу, а его мать происходила из очень знатного алавитского рода. Но самое главное, что он тоже был из Алеппо, откуда в свое время уехала семья Эли Коэна.

В это время Сирию сотрясали постоянные перевороты. В шестьдесят втором году президент этой страны Назим аль-Кудси был просто отстранен от власти и арестован на несколько дней вместе с премьер-министром. Затем мятежники сами угодили за решетку. Высшие должностные лица Сирии возвратились на свои места.

Камал Амин Тават завязал близкие отношения с Амином аль-Хафезом, которого должны скоро отозвать в Дамаск и назначить на высокую должность. Мать Амина и ее родственники даже предполагали, что он может стать министром обороны.

Вскоре аль-Хафез действительно уехал в Дамаск, а Эли Коэн возвратился в Израиль, но ненадолго. Вскоре ему приказали перебраться в столицу Сирии.

К этому времени его друг Амин аль-Хафез уже стал одним из ведущих деятелей партии БААС. Богатый, щедрый и гостеприимный Камал Амин Тават снял роскошную квартиру в центре города, где собирались высшие чины армии и государства. Среди его друзей практически все руководство Сирии.

В марте шестьдесят третьего произошел очередной военный переворот. Руководителем Сирии стал личный друг Коэна Амин аль-Хафез. Теперь израильский агент — не просто близкий друг президента страны, который может в любое время посещать его дворец.