Грех - Кирилл Казанцев

«Вот и куратор его ментовский нарисовался. Инструктирует липового Михаила Константиновича, как вести себя надобно при появлении жаждущих заполучить труды по пчеловодству, хе-хе, – ухмыльнулся Андрей. – Впрочем, ожидаемо. А значит, пора отсюда валить, пока еще не поздно. Жаль, конечно, что столько времени убил, но зато теперь весь расклад знаю».

Ларин уже выползал из зарослей малины, как в кармане кожанки некстати ожил мобильный. Он торопливо достал телефон, глянул на дисплей. Но то оказался не входящий вызов, а SMS-сообщение. Причем пришло оно от хорошо знакомого ему адресата.

«Присоединяйся. Третьим будешь. Хватит уже в малиннике копошиться. Ты же не медведь какой-нибудь», – прочитал он и сразу же просек «фишку».

– Это ж надо, как пацана развели, – с досады цокнул языком Ларин, выбрался из своего укрытия и с нотками иронии в голосе громко выкрикнул: – Иду-иду, дорогой вы мой Михаил Константинович!

– Быстрее, Андрей. А то заждался я тебя, – раздался в ответ возглас.

В скором времени Ларин уже сидел в увитой виноградной лозой беседке и исподлобья поглядывал на седовласого мужчину в ватнике – своего бывшего наставника по судебной криминалистике Зимова Валерия Павловича. Кто б мог подумать, что спустя столько лет он встретится с ним вновь. Причем при таких вот странных обстоятельствах. И инициатором этой встречи станет не кто иной, как сам Дугин. Чудеса, да и только.

– Удивлен? – спросил у Андрея Павел Игнатьевич, разливая по чашечкам свежезаваренный чаек.

Вопрос был явно риторическим. А потому вместо утвердительного ответа Ларин задал встречный вопрос:

– Может, объясните, что происходит?

Дугин скосил глаза на Зимова – дескать, тебе слово. Хозяин дачи понимающе кивнул.

– Мы с Павлом Игнатьевичем еще со школы знакомы. За одной партой сидели. Потом вместе в Академию поступили. Затем служба в органах. Все было: и взлеты, и падения. Но так уж сложилось, что он на повышение в Министерство внутренних дел пошел, а я в преподаватели криминалистики подался. Спокойной жизни мне тогда захотелось, – начал издалека Валерий Павлович. – Одно время мы поддерживали контакт, а впоследствии потерялись, каждый в свою работу с головой ушел. Думал, уже и не увидимся никогда. Но три года назад случайно пересеклись на улице, еле друг друга узнали, столько же воды с тех пор утекло. Слово за слово… так я и узнал о существовании тайной организации по борьбе с коррупцией. Идея мне по душе пришлась. Вот и оказался я в ее рядах. Пользы от меня, конечно, немного. Я же на пенсию недавно вышел, руководящих постов не занимаю…

– Ну, не скромничай, – встрял Дугин. – Благодаря тебе мы не одно дело распутали, кучу негодяев за решетку упекли. Да и теперь ты на славу потрудился.

Зимов подул на горячий чай и сделал пару осторожных глотков, чтобы не обжечь губы. После чего довольно причмокнул.

– Это все Нежин. Если бы не он, то я к этому делу никакого отношения не имел бы, – развел он руками.

Наконец кое-что стало проясняться. И все равно многое для Андрея оставалось тайной за семью печатями.

– Получается, что этот Нежин тоже на нашу организацию работает? Так, что ли, Павел Игнатьевич? – явно поспешил с выводами Ларин. – Тогда почему на пасеке он мне помешать хотел?

– Не гони лошадей, сейчас все поймешь, – спокойно отреагировал Дугин и обратился к своему давнишнему товарищу: – Просвети-ка его.

– Не только на пасеке, но и когда тебя с твоей напарницей чуть на конспиративной квартире не взяли, – признался Валерий Павлович. – Ты уж извини, что я тогда его своими подсказками на тебя навел. Но сам понимаешь – нужно было в доверие к нему втереться, показать, что я могу быть ему полезен. К тому же мы с Павлом Игнатьевичем прекрасно знали, что вам с Лорой не составит труда через тот шкаф с двойной стенкой уйти. Правда, все потом пошло не по плану, я имею в виду ту погоню на машинах. Но, слава Богу, обошлось, все живы остались. А вот с пасекой прокол получился. Во-первых, Нежин сам, без моих наводок, на отшельника Серафима вышел. А во-вторых, кто ж знал, что ты туда попрешься. Так что никакой он не агент. Просто ко мне, как к своему бывшему наставнику, за помощью обратился, когда ему убийства священнослужителей поручили расследовать. Вот я его и консультирую, направляю по мере возможностей в нужное нам русло, вытаскиваю из него нужную информацию. – Выговорившись, Зимов достал из пачки сигарету, чиркнул спичкой и задымил.

Не переносящий табачного дыма Андрей покривил носом и вымолвил:

– Как все туманно и запутанно. Черт ногу сломит.

– Согласен. Но в нашем ремесле без этого никак, – пожал плечами Дугин, и его лицо тут же сделалось серьезным. – Ну а теперь, когда ты в курсе всех закулисных игр, вернемся к нашим баранам. А если быть точным, к тем ксерокопиям бухгалтерских документов, которые тебе удалось добыть. Так вот, наши специалисты возились с ними, возились, но так толком ничего и не выяснили. Мрак полнейший. Но судя по тем суммам денег, что в них фигурируют, Филарет очень прибыльным бизнесом заправляет. К тому же настолько прибыльным, что полученные от него дивиденды практически сравнимы с теми, что наркоторговцы имеют, – сообщил неутешительную новость Павел Игнатьевич. – Теперь что касается того странного плана, который ты «двухуровневой парковкой» обозвал. Вот с ним разобрались довольно четко. Это план того самого завода, где свечи делают.

– Но я там только один уровень видел, – напомнил Ларин.

– Все правильно. Даже в официальной проектной документации и в планах БТИ, по которым завод монастырю передавали, числится один и тот же единственный уровень. Но дело в том, что в советские времена, когда строился завод, под цехом было сооружено отличное бомбоубежище. Вот это нам и удалось выяснить. А уж какое там производство разместили оборотни в рясах – это еще вопрос. Однако есть во всем этом интересный момент. Один из моих специалистов, помешанный на спелеологии и диггерстве, заявил, что на плане неподалеку изображено не что иное, как рисунок подземелья, которые часто встречаются в средневековых монастырях. Да и у историков-археологов мои специалисты проконсультировались. Есть неподтвержденные данные, что под этим монастырем в Средневековье были пещеры. Ну, типа как в Киевской или Черниговской лавре. Подземный монастырь, короче, существовал. Пока это только предположение. Но если развить мысль… бомбоубежище, подземный монастырь…

– Да, Свято-Покровский монастырь – это же не новостройка, – озарило Ларина, – под землей там черт знает что может быть, – произнес он и тут же поправился: – Извините, только одному Богу известно, что там быть может.

– В данном случае, скорее всего, черту. В общем, поработай в этом направлении. Авось что-то и накопаешь, – дал установку Дугин. – А в целом и по существу на данный момент против архимандрита у нас, увы, ничего конкретного нет.

– Надо бы фуру подкараулить, когда они свой товар вывозить станут, и по дороге проверить.

– Может, ты и прав, – согласился Павел Игнатьевич. – Только кто этим займется?