Слезинка в янтаре - Анна Данилова

— Что же у вас ее никто не забрал? Те же ученые? — Оля прикинулась наивной дурочкой. Надо сказать, у нее это неплохо получалось.

— Или думаете, о ней никто ничего не знает? — подлила я масла в огонь.

— Мой дом — моя крепость. Пусть только попробуют сунуться! И я же не дурак какой, заплатил кому надо. Да и кто поверит-то? Все знают, что Анисимович пьяница.

Я впилась глазами в девушку на узком ложе. Топорщившиеся кружева на груди не позволяли понять, дышит она или нет.

— Она дышит?

— В том-то и дело, что дышит. Тихо так, но дышит. Потому и лежит как живая. Думаю, в ее жилах течет эта чесночная вода. Вот сердце и бьется, не дает ей загнить.

Оля рухнула прямо на пол, мы не успели ее подхватить. Не выдержала таких разговоров, а может, увидела, что покойница задышала.

Кожа ее была белой, неестественно белой, а под глазами темнели какие-то дугообразные пятна.

— Вы не продадите мне ее? — Я помогла Оле подняться и усесться на табурет. — Заплачу большие деньги.

Блеф не моя стихия. Сейчас я бы сама не смогла объяснить собственное поведение. Но ведь я произнесла это, как если бы у меня в действительности были тысячи евро.

— Э, нет! — Он хитро прищурился, и глаза-щелки окончательно спрятались в отечных от похмелья веках. — Думаете, вы первые, кто хочет ее купить? Деньги, сколько бы их ни было, я все равно сразу пропью и помру. А мне это нужно?

Анисимович взял с нас за просмотр две тысячи рублей и натурально вытолкал из избы.

— Вы только никому не сказывайте. — Он кивнул в сторону запертых ставен, за которыми спала полуживая-полумертвая принцесса. — Не знаю, сколько она продержится, пока не испортится, но уж пусть люди посмотрят на нее, пока можно.

Он был прав. Что толку рассказывать о ней, если в деревне и так наверняка знают о ее существовании. Раз старика до сих пор не арестовали за глумление над покойницей или сокрытие важной археологической находки, значит, так оно и должно быть. Не нам вмешиваться в здешние порядки.

Мы вернулись в гостиницу. Предстояло все осмыслить и разработать план дальнейших действий. Конечно, будь у нас больше денег, можно было бы задержаться здесь до тех пор, пока еще кто-нибудь из предприимчивых местных жителей не удивит нас очередной находкой. Но мне хватило того, что удалось увидеть за пару дней.

— Предлагаю купить билет в Москву на завтра. Утренний поезд в девять часов. Если наберем денег, возьмем купе. Попросим Киру заказать такси на шесть утра, выпьем кофе и поедем. Ты как, согласна?

— Я могу попросить маму, она купит нам билеты, — осторожно предложила Оля — наверное, не была уверена, что я соглашусь.

— Честно говоря, было бы отлично. Вернусь, выйду на работу и через месяц-другой все верну.

— Да ты не спеши, все будет нормально. Я бы на твоем месте, умей я писать, сразу принялась бы за роман. Глядишь, больше денег бы заработала, чем в твоем кафе.

Она действительно верила в меня, она одна, и это придавало мне сил.

— Да, и мы же не можем отправляться в дорогу без лишнего рубля в кармане, ведь так?

— Так-то так. Хорошо, звони маме, пускай покупает. Сейчас я сброшу тебе свои паспортные данные, а ты передашь ей.

Мысль о том, что уже завтра в девять мы будем сидеть в купе, успокаивала. Надо ли говорить, что, с тех пор как мы сюда приехали, меня ни на минуту не покидало беспокойство. Сначала я переживала, что отправилась на край земли искать сестру, а ее в этой таежной деревне не оказалось. Потом испугалась этой вслух высказанной мечты о книге. Я понятия не имею, как это делается, самое большее, на что я способна, — написать коротенькое эссе на эту тему. А уж когда я своими глазами увидела мертвых девушек, стало ясно, что отступать некуда, теперь точно придется писать эту книгу, чего бы мне это ни стоило.

Конечно, меня не переставала мучить загадка, каким образом с этими принцессами связана моя сестра. Почему именно ее фото выплывает в поисковике каждый раз, когда задаешь запрос «Тисульская принцесса»?

Разве могла я предположить, что ответ на этот вопрос я получу совсем уже скоро?

Чтобы не смущать меня и спокойно поговорить с мамой, Оля вышла из номера. Господи, подумала я в ту минуту, какое же это счастье иметь маму! Вот только одного я не могла понять: как мать отпустила Олю со мной? Почему не испугалась ни расстояния, ни очевидной бесцельности этой затеи? Будь в нашей поездке хоть какой-то смысл, тогда я бы поняла. А так? Поиски сестры малознакомой особы, которую Оля считает своей подругой? Н-да, мутноватый мотивчик.

Она вернулась сияющая. Значит, все получилось.

— Какая у тебя продвинутая мама — в интернете разбирается, может билеты купить.

— Ей хозяева помогают. Там, в доме, где она работает.

Сияние не ослабевало. Глядя на меня, Оля продолжала улыбаться, а глаза словно хотели что-то сказать.

— Что, что случилось?

— Времени у нас много, завтра же уезжаем. Иван позвонил — ждет меня внизу, в машине.

— Так. И куда ты с ним собралась? — Кажется, в моем тоне появились материнские нотки. — Оля!

— Да просто покатаемся по окрестностям. Он обещал показать интересные места!

— А ты не боишься? Ты же его совсем не знаешь.

— Ты извини меня, Валя, но это моя жизнь. Пропадать, так с музыкой!

Что же теперь будет? Я чувствовала свою ответственность за нее. Она здесь из-за меня, если с ней что-нибудь случится, виновата буду только я. С другой стороны, она вполне взрослая девочка, имеет право сама распоряжаться собственной жизнью. Интрижка, приключение — да почему нет? Пусть развлечется.

Она все еще стояла передо мной, счастливая, сияющая, и была такой напружиненной, такой готовой сорваться с места и телепортироваться к своему любовнику, что я невольно улыбнулась.

— Ладно, иди, но будь осторожна.

— Ты прямо как моя мама! — Она рванула ко мне, чмокнула куда-то в нос и исчезла.

Я спустилась следом за ней в холл. На ресепшен никого не было, и немудрено, ведь Кира занималась в гостинице абсолютно всем. Оставалось только диву даваться, когда она все успевает.

Сквозь стеклянную стену, открывающую панораму внутреннего двора, я увидела черный джип. Он медленно тронулся и покатил прочь от гостиницы, увозя куда-то в лес мою подругу.

С тяжелым сердцем я повернула было назад, к лестнице, как вдруг входная дверь распахнулась, и на пороге появился высокий молодой мужчина в джинсах и белой рубашке. Загорелый, красивый, явно нездешний.

Как по команде за стойкой возникла Кира. Увидела гостя, улыбнулась.

— Привет! — Он поприветствовал ее рукой.

— Здорово, коли не шутишь! — помахала она в ответ. — Твой номер еще не успел по тебе соскучиться.