Клуб мертвых поэтов - Марина Серова

Ответ на это вопрос я получила очень скоро. Я успела только выпить бутылку минеральной воды, как зазвонил мой телефон. Я взглянула на определитель номера – мне звонил Никита Котов. Я поспешно ответила на звонок.

– Евгения? – Голос Котова был взволнованным и задыхающимся. – Случилось что-то ужасное. Нас всех вызывают в полицейский участок!

– Зачем? – хриплым со сна голосом спросила я. Голова соображала плохо, а сейчас, как никогда, мне необходимо мыслить ясно.

– Алисе удалось слегка разговорить нашего толстяка, – продолжал Никита, – и тот упомянул слово «опознание». Как вы думаете, что это значит?

– Никита, успокойтесь! – поспешно проговорила я. – И успокойте друзей. Вам ничего не грозит. Если кому и придется отвечать, то только мне. Все, ждите, я скоро приеду. В полицию поедем вместе.

Я прижала телефон к груди и задумалась. Затем я сделала то, что нужно было сделать уже давно, но я все почему-то откладывала. Я не помчалась на помощь Никите Котову и остальным романтикам. Вместо этого я набрала номер, по которому звоню очень редко.

– Привет, – сказала я. – Мне нужна твоя помощь.

– О, Женя! Сколько лет, сколько зим! – Эту фразу мой собеседник с видимым удовольствием произнес по-русски. – Ты так редко звонишь. Когда мы виделись в последний раз? Года два назад? Я уже начал забывать, как ты выглядишь.

– Еще раз услышу упреки – повешу трубку, – пригрозила я. – Ты меня знаешь. Не хочешь помогать – найду кого-нибудь другого. Но, кажется, это ты в прошлый раз распинался на тему, как тебе приятно быть мне полезным хотя бы иногда…

– Сдаюсь! – засмеялся собеседник. – Ты, как всегда, права, Женя! Помнишь песню времен нашей юности? «Ты умна, а я идиот, и неважно, кто из нас раздает. Даже если мне повезет и в моей руке будет туз, в твоей будет джокер…»

– Не помню, – отмахнулась я. – Так что, поможешь?

– Говори, – деловито произнес собе– седник.

– Мне нужен адвокат. Причем не простой, а такой хитромудрый законник на грани, понял? У меня тут неприятности…

– Тут – это где? – уточнил собеседник.

– Я в Венеции, в отеле «Миранда». Тот еще клоповник. Номер восьмой. У меня неприятности, вдобавок на моих руках оказалась куча великовозрастных балбесов, которых тоже нужно защитить.

– Что за неприятности? Евгения, ты опять? Не можешь жить спокойно, да?

– Могу. Но не в этот раз. По телефону не скажу ничего важного, сам понимаешь. Но расклад такой. Я немного превысила уровень допустимого, и один терпила прижмурился. Мне светит местная крытка. Так что без законника не выбраться.

Уголовный жаргон в моей родной стране, кажется, понимают все. Даже самые рафинированные эстеты точно знают, кто такой «терпила». Вот и мой собеседник прекрасно понял, что я хотела сказать.

Собеседник мой был давним знакомым. Собственно, это был тот самый художник, что устроил мне вид на жительство в Германии. Нас связывало одно давнее дело и короткие близкие отношения. Потом он уехал в Европу. Я привыкла расставаться без сожалений, а мой друг – человек совсем другого склада. Видимо, не в силах выкинуть из головы мой светлый образ, художник превратил меня в героиню комиксов – этакую воительницу в нагруднике пятого размера и с мечом в руке. Комиксы пользовались стабильным успехом, так что своим нынешним благосостоянием, а также домиком в окрестностях Дюссельдорфа художник был обязан мне.

– Слушай, у тебя полно друзей по всему миру, – продолжала я. – С некоторыми даже я побоялась бы связываться! Помнишь, прошлым летом ты был на Сицилии? Еще хвастался, как тебя принимали в доме местного дона? Может быть, он поможет?

– Женя, я понял и постараюсь решить твою проблему. Жди моего звонка, я свяжусь с одним типом, на всякий случай запомни – его зовут Луиджи Падроне, он адвокат, очень ловкий.

Я попрощалась с художником и уставилась за окно. Внизу на канале кипела жизнь: у дверей кафе Елены с маленького катера выгружали какие-то мешки и коробки – наверное, привезли продукты.

Ох, до чего же противный вкус во рту! И зачем я только согласилась поужинать с этим противным Марчелло. Я оделась, подкрасилась, привела себя в порядок. Предпочитаю встречать неприятности во всеоружии – когда знаю, что отлично выгляжу. Время шло, а мой художник все не объявлялся. Может быть, не смог найти этого Луиджи? Тогда пусть поищет кого-то другого. У него полно всяких криминальных знакомых по всему миру. Никак не могу понять, почему к нему так снисходительно относятся всяческие отморозки – от членов коза ностра до ореховской братвы. Видимо, у моего друга талант – привлекать людские сердца…

Что ж, больше тянуть время было нельзя. Я прихватила документы, натянула куртку и ботинки и отправилась в палаццо «Дельфино». Романтики были в сборе и явно ждали только меня. Алиса нервно теребила перчатку и капризно протянула:

– Сколько можно вас ждать, Евгения! Вы это нарочно, да? Чтобы разозлить нашего доброго комиссара?

– Где вас носит? – прошипел Никита Котов.

– Я пыталась найти адвоката, – тихо ответила я.

– Что, уже до этого дошло? – напрягся юноша. – Неужели в Италии мало адвокатов?

– Нам нужен необычный, – начиная злиться, уже громче ответила я. – Такой, кто не станет задавать лишних вопросов – например, зачем мы полезли на крышу палаццо деи Камерленги!

В полицейском участке нас уже ждали. Комиссар Орфанелли при виде Алисы расплылся в улыбке и усадил девушку в кресло. Остальные расселись на неудобных стульях. Комиссар сразу перешел к делу:

– Вам знаком Виктор Гробовский?

Пожилой полицейский обвел проницательным взглядом наши лица. Не знаю, какой реакции он ожидал: на лицах романтиков отразилась целая гамма чувств – от полного недоумения до явного облегчения. Судя по всему, никто этого типа не знал.

– А вы, синьора Охотникова? – Полицейский чин удостоил меня персонального внимания.

– Синьорина, – машинально поправила я. – Я не замужем. Нет, мне это имя ни о чем не говорит. А кто это?

Взгляд комиссара сделался холодным, а голос резким.

– Это тот самый человек, которого этой ночью выловили со дна Гранд-канала.

– Ой, какой ужас! – Алиса прижала руку в перчатке ко рту. – У вас в Венеции, наверное, часто бывают несчастные случаи на воде…

– Достаточно часто, – кивнул комиссар. – Но к вам они не имеют отношения. А это дело напрямую касается каждого из вас. Дело в том, что труп господина Гробовского найден у фундамента палаццо деи Камерленги. Именно у того здания, с крыши которого позапрошлой ночью вас сняла полиция. Мы подозреваем, что это именно тот человек, который напал на этого юношу, – комиссар кивнул на бледного Китса, – и убил другого.

– Значит, он утонул? – ахнула Алиса. – Мы думали, он прыгнул в канал и скрылся.

– Ему было бы трудно выплыть, имея на руках такие украшения.