Неделя из семи пятниц - Дарья Калинина

С первой же строчки стало ясно, что письмо писал мужчина, который когда-то был мужем или любовником Анны Родионовны и сохранил к ней толику прежних чувств. Во всяком случае, мужчина явно старался произвести впечатление на Анну Родионовну. Мужчина писал Аннушке об открытом им богатом месторождении. Насколько оно богато, этого мужчина еще точно не знал. Следовало произвести пробы, чтобы выяснить, годится ли месторождение для промышленной эксплуатации.

— Ну и что? — спросила Инна, когда Юля дочитала письмо. — Это для нас с тобой было бы удивительно, если бы мы открыли новое месторождение. А эти геологи всю свою жизнь только этим и занимаются.

— Тут этот мужик еще пишет, что посылает ей самый большой и красивый алмаз, который был им найден на новом месторождении, — сказала Юлька.

Услышав про алмаз, Инна оживилась и попыталась вытряхнуть камешек из конверта. Потерпев неудачу, Инна заглянула внутрь и теперь уже визуально убедилась, что ничего в нем нет.

— А где же алмаз? — приуныла она.

— Какое тебе-то дело, где алмаз? — удивилась Юля. — Алмаз прислали не тебе, а Анне Родионовне.

— Но ей-то он больше не нужен, — резонно заметила Инна. — Она же умерла. И с собой на тот свет ничего взять не сможет. А мы бы могли сравнить его с нашим. Вдруг они из одного месторождения.

Об этом Юлька не подумала. Зато она посмотрела на шкатулку и сказала:

— Возможно, алмаз в этой коробочке.

Инна снова оживилась и предприняла новые попытки открыть шкатулку.

— Бесполезно, — наконец отступила она. — Словно из железа сделана. Может быть, попытаться распилить? Я схожу за пилой?

Юля молча покрутила пальцем у виска.

— Ну, тогда за стамеской, — не отступала Инна.

— Лучше за ножом, — сказала Юля.

И подруги отправились на кухню в поисках подходящего ножа. Там они наткнулись на все еще плачущую Лиду. Увидев подруг, повариха обрадовалась.

— Есть будете? — спросила она у них. — А то я наготовила, а есть никто не хочет. Да и понятно, до того ли им. А вам ведь старуха не была родной. Вы можете и поесть.

К своему стыду, очутившись на кухне, подруги вдруг ощутили зверский голод. Они ничего не ели с самого утра, а сейчас было уже семь часов вечера. Лида быстро положила им по пирогу, налила по тарелке наваристой ухи и, пока подруги ели, приступила к обстоятельному обсуждению жизни покойной. Тема не самая веселая, но подруги с интересом слушали.

— Что и говорить, старуха в молодости давала жару, — облокотившись на стол локтями и уставившись куда-то, наверное, в далекое прошлое, когда Анна Родионовна была еще молодой, рассказывала Лида. — Мужей законных у нее было двое. А уж сколько любовников, и не сосчитать. И что самое удивительное, они все ее просто обожали.

— Все так говорят, — с набитым ртом пробурчала Инна.

— Нет, это правда, — горячо возразила Лида. — Они ее действительно обожали. Я своими глазами видела, как к ней приезжал какой-то старик, чуть ли не из самой Москвы. И тут, в Мирном, у Анны Родионовны до последней минуты был любовник. Он к нам почти каждый день являлся. Вчера вот его только что-то не видно было.

— А вы его знаете? — спросила Юля.

— Конечно, далеко ходить не надо. Это наш сосед, — сказала Лида. — Лев Карпыч. Тоже в Анну Родионовну был без памяти влюблен. Даже руку и сердце в прошлом году предлагал.

— А она?

— Отказала, — помотала головой Лида. — Сослалась на возраст и отказала. Дескать, смешно в таком возрасте новую жизнь начинать. Только сдается мне, что она вовсе не из-за этого Льву Карпычу отказала.

— А из-за чего? — спросила Инна.

— Не из-за чего, а из-за кого, — многозначительно произнесла Лида. — Кажется мне, что все из-за того старика, который к ней из Москвы в позапрошлом году прилетал. Анна Родионовна как его увидела, так прямо расцвела вся. Порхала по дому словно птичка. А когда он уехал, то два дня из своей комнаты не показывалась. И не ела почти ничего. Переживала.

— А того старика как звали?

— Вот этого я не знаю, — ответила Лида.

— Как это не знаете? — удивилась Инна. — Он что, не представился?

— Представился как-то. Только не его это имя было, — покачала головой повариха. — Меня не проведешь. Если человека окликаешь, а он не реагирует, то, значит, он либо глуховат, либо это не его имя. Так вот тот мужчина не был глухим. А значит, он назвался чужим именем.

— Может быть, он задумался, — предположила Инна, — и не услышал вас?

Лида пожала плечами:

— Если бы это один или два раза случилось, я бы поняла. А так почти каждый раз он сначала думал, а потом только спохватывался, что это его окликают.

И Лида снова начала всхлипывать.

— Бедная Анна Родионовна. Такая крепкая еще старуха была, а скончалась. Ей бы еще жить и жить. У нее закалки еще лет на двадцать должно было хватить. Но ничего не поделаешь, сердце подвело. Я слышала, как врач это говорила.

— А кроме Льва Карпыча, у Анны Родионовны друзей не было? — спросила Юля.

— Из стариков был еще один, — сказала Лида. — Да если честно сказать, так и не один. Кто в дом ни приходил, обязательно оказывалось, что когда-то влюблен в Анну Родионовну был.

— Что, такая красавица была?

— Знаете, бывает, что женщина и не красавица, но если уж пошло такое поветрие, что все в нее влюбляются, то мужики уже и не смотрят, красавица она там или не очень. Раз все другие влюбляются, значит, и им нужно. Я ведь не говорю, что из их чувств что-то серьезное потом обязательно вырастало. Чаще все словами и ограничивалось. Да вы сами на поминках, если до того времени погостите, услышите, как старички будут в память Анне Родионовне песни петь.

Девушки доели уху, и Лида поставила перед ними котлеты с огуречным салатом вместо гарнира. Каждая котлета была размером с ладонь взрослого человека. А на тарелке их лежало по две штуки.

— Ешьте, ешьте, — подбодрила девушек повариха. — Я сейчас вам еще чего-нибудь расскажу. Под разговор пища не в пример легче проскакивает. Или невкусно? — добавила она с тревогой.

— Вкусно! — хором ответили подруги.

Было и правда вкусно. Готовить Лида была мастерица. Да и языком почесать — тоже. Из ее болтовни подруги выяснили, что она отлично осведомлена, почему умерла Анна Родионовна.

— Это все из-за этого алкоголика — Варвариного брата, — шипела повариха, низко наклонившись к подругам. — Анна Родионовна его страх как не любила. Да и мне он тоже совсем не нравится. Пьяница, бабник и бездельник. Уже второй месяц у нас живет. Хоть бы гвоздь раз прибил. Нет, ничего целыми днями не делает. Только на диване лежит да иногда с Виталием Олеговичем по делам ездит.

— Ну и при чем тут брат вашей хозяйки? — спросила Инна. — Как он мог Анну Родионовну до смерти довести?