Призрак с Вороньего холма. Ужин с аристократом - Андрей Анисимов

– Да, что-то я стал часто зевать, – буркнул про себя Олег: – С чем пришли?

Первым заговорил Тема:

– С предложением. Понимаешь, отец, дипломы нам выдали…

– Как выдали? А где же обещанный праздник?

– Праздник будет. Вот как раз об этом мы и хотели поговорить.

– Слушаю…

Вперед выступил Митя:

– Пятнадцатого будут выдавать не дипломы, а красивые листы, закрученные ленточкой. Их сейчас художники с факультета живописи готовят. Произойдет нечто вроде спектакля. Но это не бесплатное удовольствие.

– Что значит не бесплатное? Я все расходы по вашим занятиям давно оплатил.

Митя самоустранился:

– Про деньги пусть Саша объяснит. Он ведь у нас банкир.

Саша не возражал:

– Это не занятия, а костюмированный праздник. Мы четверо получили дипломы магистров. Юлик сразу докторский. Его работу совет оценил как диссертацию.

Голенев вскочил с шезлонга:

– И вы молчали?! И ты, Юлик, молчал!? Да вас надо всех утопить, как неблагодарных щенков! Как вам не стыдно?

– Дядя Олег, мы же знаем, что вам сейчас не до этого. – Попытался оправдаться Постников.

Голенев рассвирепел:

– Мне не до этого!? Я ради вас потратил в этом чертовом Уэльсе больше десяти лет. Я тут с вами превратился в растение. А вы мне такое несете…

– Я хотел объяснить насчет денег, – попробовал сменить тему Саша.

– При чем тут деньги! – Олег уже забыл, что парни пришли советоваться. Он был обижен.

– Праздник потребует немалых расходов, – продолжал объяснять молодой банкир: – Получать бутафорские дипломы мы обязаны в специальном прикиде. Для магистров накидки и шляпы квадратиком, для Юлика докторская мантия с капюшоном и огромный берет. Все это можно взять на прокат, но за сутки придется выложить фунтов по девяносто на каждого. Потом пригласительные билеты для друзей и родни. Их тоже положено выкупать. Плюс угощение для гостей. И ничего веселого не ожидается. Понаедут родственники дипломантов, доктора из других университетов, для них накроят столы на газоне перед главным корпусом, нас загонят в университетскую церковь, вручат бутафорский рулончик с псевдодипломом и пожмут руку. А мероприятие влетит почти в тысячу. Нам жалко твоих денег.

– Как трогательно. Моих денег вам жалко, а меня нет. Скрыть такое! Не ожидал от тебя, Юлик. Маме хоть телеграмму дал?

– Зачем? Она же приедет.

– Хорош гусь. Заведешь своих детей, поймешь. – Бросил Олег и увидел, как юноша краснеет. Они посмотрели друг другу в глаза, и Голенев с трудом удержал взгляд. Они поняли друг друга без слов. Смущение парня – невольный укор Голеневу. Постников по-прежнему влюблен в Иру. Вот от кого он бы мечтал иметь ребенка. А его возлюбленная, если и родит, то совсем от другого мужчины.

Сыновья тоже догадались, чем вызвана эта красноречивая пауза и отвернулись.

Олег заговорил первым:

– Прости, Юлик. Но так получилось, ты знаешь. Я очень хотел сесть с тобой и по-мужски поговорить. Но тут эти события. Надеюсь, мы еще к этому разговору вернемся. – И Голенев обратился ко всем: – Итак, по поводу праздника… Денег жалеть не будем и поступим, как у них положено. Англичане свои традиции берегут, и нам не грех этому поучиться.

Митя шагнул к отцу:

– Мы не только из-за денег. Зачем ждать пять дней? Ты торопишься домой. Мы хотим ехать вместе. Почему ты отказываешься от нашей помощи?

– Потому что я наделал глупостей, и должен за них рассчитаться. Вы тут ни при чем. Это во-первых. А во-вторых, не хочу рисковать вами и Ирочкой. Я уже не один раз терял близкого человека.

– Послушай, отец, мы теперь взрослые и можем сами решать, рисковать нам или нет, – наседал Леня.

– Про свои дела можете…

Тема долго молчал и, наконец, высказался:

– Мы уже решили. Разрешаешь или нет, мы будем рядом.

Голенев продолжал спорить. Ребята не сдавались. Слово взял Саша:

– Отец, мы же понимаем, что у тебя произошло. И готовы уже сейчас дать тебе несколько советов. Во всяком случае, по финансовым вопросам я уже кое-что надумал. По юридическим тебя может проконсультировать Юлик. Иногда правильно составленная бумага стреляет сильнее пушки.

– Хорошо, дождемся праздника, а там поглядим.

– Вижу, у вас военный совет. – Все шестеро мужчин разом оглянулись. Ира стояла в фартучке, по-бабьи уперев руки в бока. При ее хрупкой фигурке поза выглядела комично: – Стол накрыт, идем обедать. Вот вам приказ жены командира… Направо, шагом марш!

– Я даже не заметил, откуда ты, сестричка, взялась! Прямо как фея из ничего реализовалась, – заявил Леня, подхватил Иру и понес к дому.

– Олег, помоги! – Кричала молодая женщина. Но супруг вмешиваться не стал. Он беззвучно смеялся.

За столом горячо обсуждали детали предстоящего торжества. Голенев открыл бутылку вина и предложил выпить за Юлика.

– Среди моих знакомых докторов пока не было. Ты первый. С почином!

– Дядя Олег, это же только у них так называется. У нас я бы получил кандидатскую степень и еще десять лет готовил докторскую. И то, если бы хватило времени и выдержки. Надоело учиться. Работать хочу.

– Еще наработаешься. – Голенев чокнулся со всеми, и в это время зазвонил телефон. Ира сорвалась с места:

– Я возьму.

Парни и Олег проводили ее взглядом.

– За маму волнуется. – Пояснил ее торопливость Голенев: – Ждет звонка от Павла. Он часто Лену навещает. – Но ошибся. Звонили ему.

– Тебя какой-то незнакомый дядька. – Шепнула Ира, передавая мужу телефон.

– Это я, Дениска. – Услышал он голос Мамонова, поднялся и пошел с трубкой в кабинет.

– Да, Денис, слушаю.

– Я ее нашел. Она очень крутая стала. Телохранители из бандюков, и все такое.

– Что ты нашел?

– Хату у метро Смоленская и офис в Хамовниках. Она в депутаты Государственной Думы намылилась. На ее митинги народ тыщями валит. По Москве плакаты с ее мордой. Ходить за ней становится трудно.

– Спасибо, Денис. Не выпускай нашу “приятельницу” из поля зрения. Скоро подмогу пришлю.

– Кого?

– Афганца Сергея с отрядом из Бирюзовска.

– Он со мной уже связался.

– Хорошо, работайте вместе. А через неделю сам приеду.

– Не тяни, Олег. Она штучка еще та. Кажется, партию свою организует. Представляешь, эта блядища в Кремль метит.

– Разберемся. Только ты поосторожнее.

– Ясное дело. Пулю в затылок никому не хочется.

Голенев попрощался и вернулся к столу. Молодежь молча позвякивала ложками. Олег понял – Ира с ребятами чувствует себя неловко.