Смерть под кактусом - Лариса Ильина

— Похоже, ты подготовилась…

Мегрэнь не слушала, по очереди извлекая на свет божий мужские трусы, домашние тапочки и электробритву.

— Тайка, ты ведь уже въехала, что это не твой баул, чего ты там шаришься?

— Въехала, въехала… Проверяю, мало ли что, может, там бомба? Ну и свинья все-таки этот Володя. В сумке все вверх дном, словно ногой запихивал.

— Не говори глупостей… Иди лучше, ищи нашего любезного попутчика. Он баулы перепутал, твой с голубизной, а у него серый…

— Что значит: «Иди ищи?» Одна, что ли?

Я зарычала:

— Я могу по дороге уснуть и упасть.

Но Тайка не сдавалась:

— Светик, папка ведь там…

— Ладно, — махнула я рукой, — сейчас, косметичку достану…

Закатив глазки, Мегрэнь фыркнула. Я подтащила сумку к кровати и расстегнула «молнию», бормоча под нос:

— Ну ты, Тайка, и ворона! Собственный баул перепутать… — и, заткнувшись на полуслове, ойкнула. — Слушай, а в мою сумку кто-то лазил… Все перевернуто, мама родная…

Тайка озабоченно вскинулась:

— Деньги и документы где?

— С собой, в поясной сумке. — Она облегченно выдохнула.

— Думаешь, воры?

Мегрэнь пожала плечами:

— Кто его знает, может, и воры. Надо внизу на рецепции сказать. А то такие деньги дерут…

Прихватив с собой Володин баул, мы спустились вниз и нажаловались пухленькой брюнетке Соне. Она долго ужасалась, охала и ахала, уверяя нас, что в их заведении произойти подобного просто не может.

— Что пропало? — истерично сцепив пухлые, щедро увешанные перстнями пальчики, страстно спросила администраторша. Услышав, что ничего, моментально успокоилась. — Ну вот, я же вам говорила!

Согласившись с логичностью ее доводов, мы вышли на улицу.

— Ну ее к чертям собачьим, — сказала Тайка, — у меня от нее голова зазвенела…

Поиски водителя машины, привозящей в ресторан продукты, заняли у нас не меньше часа. Неуловимый водитель Коля, по свидетельствам очевидцев, был здесь всего пару минут назад, после чего исчезал, словно взялся играть с нами в прятки.

— Не водитель, а Фигаро какой-то, — злилась Мегрэнь, с чувством пиная сосновую шишку, — никакой дисциплины…

В результате всей этой беготни мы поневоле оказались возле пляжа. Двери «Посейдона» были приветливо распахнуты, не теряя времени, мы устремились внутрь.

Очутившись в интимном полумраке настенных светильников, мы наконец сообразили, где же проводят свое свободное время владельцы шикарных лимузинов. Интерьер злачного места ненавязчиво напоминал о тщете безумной городской жизни, бессмысленности вечных человеческих исканий и об огромных деньгах, позволяющих спокойно справляться со всеми этими проблемами разом.

Первый этаж занимала бильярдная. Стройные ряды бильярдных столов привольно раскинулись по правую сторону, в центре ласково журчал фонтан с черным мраморным Посейдоном. В воде, слабо шевеля плавниками, лениво двигались огромные пестрые кои. Слева от фонтана тянулась стойка длинного бара. Не успели мы появиться в дверях, как за стойкой возник бармен, изящный, словно английский лорд.

— Здравствуйте! — гаркнула пребывающая в скверном расположении духа подруга, подлетая к изящному бармену. — Вы, случайно, не знаете, где нам найти водителя машины, которая привозит для вас продукты?

Тайкины вопли нарушили полусонную идиллию бильярдной, и веки бармена недовольно дрогнули.

— Привозит продукты для меня? — уточнил он, манерно растягивая слова, то ли корча из себя аристократа, то ли пытаясь определить, кто мы: законные отдыхающие или так, погулять вышли?

— Для вашего бара, — басом сказала. Мегрэнь.

Это почему-то подействовало на бармена самым благоприятным образом, он выдал Тайке улыбку и уточнил:

— Его позвать?

— Позвать, — кивнула подруга, и бармен исчез.

Мы уселись за столик, с интересом оглядывая присутствующих. Их было человек двадцать. Понаблюдав немного за ленивыми движениями игроков, Мегрэнь сморщила нос:

— Какие-то они вялые… Смотреть неинтересно.

Я усмехнулась и покачала головой:

— Нет, моя дорогая, ты просто ничего не понимаешь. Здесь идет большая игра. При таких ставках не принято скакать козлом и дубасить окружающих кием. Это только в американском кино бывает. Бильярд — интеллектуальная игра, это тебе не дочки-матери…

Мегрэнь отмахнулась, показывая, что такая скукотища не интересует ее ни за какие деньги.

Пока мы обсуждали проблемы бильярда, возле столика появился невысокий ладный крепыш в синем джинсовом костюме.

— Вы меня искали?

— А вы шофер? Коля?

Парень кивнул, Тайка обрадовалась и стала выяснять, как нам разыскать его двоюродного братца.

— Вовку-то? Так это вы сумки перепутали? А он вас ищет…

Мы с Тайкой переглянулись. Вернется ли сюда Володя, если нас не найдет? Помочь нам определиться с ответом Коля не смог.

— Сделаем так, — решительно сказала я, — разделимся — ты пойдешь к корпусу и, если встретишь Володю, вернешься сюда…

Тайка мрачно блеснула глазами, собравшись возразить, но глубоко вздохнула, подхватила баул и встала. Понятное дело, кого, как не хозяйку, должна волновать судьба ее вещей.

— Жду тебя с нетерпением! — уверила я, помахав вслед подружке ручкой.

Коля скрылся в подсобку, а я посидела немного, издалека наблюдая за процессом игры. Потом встала и подошла поближе — у некоторых из присутствующих игроков явно было чему поучиться.

— Интересуетесь?

Скосив глаза в сторону, я обнаружила рядом с собой пузатого толстяка в сером костюме и белой рубашке с галстуком. Мужчина был подшофе, но еще не перешел ту стадию, когда самоконтроль в поведении автоматически отключается. Весело улыбаясь, он старательно вытирал платком пот со лба. Его толстые пальцы, украшенные двумя массивными печатками с камнями, здорово походили на копченые сосиски. Проследив мой взгляд, он бесцеремонно поинтересовался:

— Нравится?

Мне не нравилось ничего: ни сам толстяк, ни его пальцы, ни печатки, но сказать об этом в лоб незнакомому человеку я постеснялась.

— Весьма мило… — мимоходом кивнув, я повернулась к собеседнику спиной, демонстрируя, что увлечена игрой.

Но отцепиться от толстяка оказалось непросто. Устав от его болтовни, я потихоньку двинулась вдоль столов, и толстяк настойчиво двинулся следом.

— Может, сыграем? — предложил вдруг он, глупо хихикнув. — Разгоним кровь?

— Извините, я не умею, — ответила я и, конечно, соврала. Играть я умела, только вот играть с этим болваном не собиралась.