Сезон свинцовых дождей - Владимир Колычев

Обед Эльдару тоже не понравился. Слишком все вкусно. Сокамерники в общение с ним не вступали, но и пайку не забирали. Как бы боком не вышла ему их забота.

Он все ждал, что его вытащат на допрос или на беседу к младшему куму Захаркину. Должен же он был узнать, как «сладко» живется Эльдару. Но ничего. Ни допросов, ни встреч. И соседей по камере никуда не таскали.

А вечером Эльдара ждал самый настоящий сюрприз. Большая посылка с воли. Сало, буженина, галетное печенье, яблоки, апельсины, конфеты, варенье в пакетах, «Мальборо» россыпью. И записка от Натки. «Люблю, жду, прости за все...» Вот это номер! Он ее помоями облил, а она ему «дачку» организовала... Но не исключено, что это всего лишь откупной с ее стороны. Знает, сучка, что своими показаниями против нее Эльдар может отправить ее за решетку, вот и засуетилась... А может, и не стоит ее топить?.. Нет, пусть тонет. Не надо было его ментам сдавать...

От раздумий его отвлек дядя Слава.

– Тут такое дело, племяш, – задушевно начал он. – Мы тебе помогли, и ты, будь добр, нам теперь помоги...

– А что делать-то? – забеспокоился Эльдар.

– Да ничего особенного. Скоро к нам пассажира одного командируют, надо встретить...

– Как встретить, хлебом-солью?!

– Нет, не хлебом. Сначала в ливерную колбасу его сделать, а потом солью посыпать...

Похоже, «пресс-хата» работала без простоев. Вчера Эльдара в эту мясорубку бросили – он-то прорвался, но это фактор везения. Сегодня «прессовальщики» готовятся принять еще одну жертву. И если Эльдар им поможет, он сам станет сукой. А это ничуть не лучше, чем быть опущенным. Братва от него отвернется, если узнает. И тогда Казак приговорит его к смерти официально, по согласию пацанов... А если его осудят и отправят на этап, то там ему и дня не прожить после того, как откроется страшная правда. В принципе, его могут оставить и здесь, в этой камере. Не самый плохой, конечно, вариант. Но все равно было бы лучше, если бы дядя Слава не впутывал его в свои грязные дела.

– Ну так чо, племяш? Долги отдавать будем?

– Будем, – угнетенно кивнул Эльдар.

Увы, деваться ему некуда. Если он не поддержит «прессовальщиков», они точно опустят его.

«Пассажир» заехал в хату в девятом часу вечера. Это был крепкого сложения мужик лет тридцати. Бритая голова, треугольное лицо – широкий лоб и узкий подбородок, маленькие глубоко посаженные глазки, с крупным основанием нос. Мощная шея, по-борцовски покатые плечи, сильные руки. И дураку было ясно, что с таким кадром справиться будет нелегко. Видимо, дядя Слава знал, кто к ним пожалует, поэтому и заручился поддержкой Эльдара.

– Я за вора! – тихо, но так, что вздрогнул воздух, сказал «пассажир». – Погоняло Сибирский.

Так говорят законные воры, когда заходят в камеру и вообще... Но, насколько знал Эльдар, в настоящее время законников в Новожильске не было. Но, может, их на свободе не наблюдалось. А в заточении – вот, пожалуйста, есть. Если он, конечно, не самозванец. И если, конечно, «прессовальщики» не лишат его полномочий.

– А нам хоть за вора, хоть за Люську-флейтистку! – угрожающе ухмыльнулся дядя Слава.

Он и его дружки дугой обступили гостя. Эльдар тоже был на ногах, но держался позади строя... Ох, как не хотелось наезжать на законного вора. Но выбора-то у него нет...

В ответ на оскорбление Сибирский ничего не сказал. Но быстро сложил губы трубочкой и в мощном порыве выдохнул из себя воздух. Тут же дядя Слава схватился за глаз и с воем опустился на колени.

– А-а! Су-ука! Гла-аз!..

Эльдар увидел кровь, просочившуюся между пальцев. Похоже, дядя Слава остался без глаза.

– Ур-рою, гад! – набросился на гостя Жора.

Но вор присел на широко разведенных в стороны ногах и прямым ударом руки врезал ему по яйцам. Удар был настолько мощным, что эхом передался Эльдару – он невольно схватился руками за свою промежность, как будто сам пропустил удар. Жорик должен был выть, как прокаженный, и волчком крутиться на полу. Но нет, удар оказался настолько сокрушительным, что пацан сразу же потерял сознание.

Два оставшихся «прессовальщика» набросились на вора с двух сторон и одновременно. Один махал могучими руками, как мельницами. Другой молотил ногами, как жерновами. Вор попал в серьезный переплет. Но твердо стоял на ногах и отбивался. Но вряд ли бы он смог устоять, если бы в дело вмешался Эльдар.

А он вмешался. Ударил «прессовальщика» Боба сзади, сомкнутыми в замок руками. Удар сильный и на редкость точный – ссученный без чувств рухнул под ноги вору. С Бурятом Сибирский расправился сам. Прижал его к стене, заблокировал руки и лбом протаранил ему голову. Мало того, что повредил ему облицовку, так еще затылком приложил к стене. На пол «прессовальщик» падал без признаков жизни.

Вор заметил, что Эльдар выручил его. Но это не помешало ему наехать на него. Одной рукой он схватил его за шкирку, а вторую, сжатую в кулак, поднял на уровень головы. Кулак у него мощный, если приложится, то уже точно не поздоровится...

Но вор не спешил его бить.

– Ты кто такой? – озверело спросил он.

– Я Эльдар... Я сам такой же терпила...

Вор брезгливо оттолкнул его от себя.

– Я не терпила, понял?

– Да вижу... Меня менты сюда бросили, вчера. А это мой родственник, – показал Эльдар на притихшего дядю Славу. – Повезло мне...

– Сука твой родственник. И ты мог сукой стать... Ладно, я еще пробью на счет тебя. Если сам лохмач, тогда тебя самого пробьют...

Сибирский подошел к двери и несколько раз ударил по металлической обшивке.

– Э-эй, рексы, фас, падаль выносите! – в нервном веселье потребовал он.

Появились надзиратели. Эльдар думал, что вора самого вынесут из камеры. Но нет, вертухаи сначала забрали окровавленного дядю Славу. Затем Жору, который так и не пришел в себя. Боба и Бурята оставили в камере. Но вор устроил им развеселую жизнь. Расспросил Бурята, кто такой Эльдар и как он оказался в их компании.

Бурят хоть и был говном по жизни, но дал по Эльдару правильный расклад. Да, кум его под раздачу бросил, и если бы не родственник дядя Слава, Эльдара бы опустили. Но правда от расправы Бурята не спасла. Сибирский избил его до потери пульса и сунул под кровать. После отоварил под завязку Боба и заставил его совершить акт мужеложства с чуркой. Мерзкая картина – Эльдар отворачивал взгляд. Сибирский заметил это, подошел к нему, взял его за подбородок и заставил смотреть.

– Это тюрьма, парень! Знай, что здесь делают с козлами! Знай и учись. На чужой заднице учись!.. А может, ты пидор, а?

– Не-е!

– Тогда живи!.. Пока живи!..

Вор потихоньку успокаивался. Разогнал «лохмачей» по разным углам – спать им приказал на полу. От Эльдара он потребовал ужина. А тот был рад угодить новому хозяину. Заварил чефир, нарезал тонкими ломтиками сало, буженину. Яблоки, апельсины, конфеты. Угостил сигаретой.