Восемь обезьян - Наталья Александрова

— Вот видите, как нехорошо? — прервала Надежда его сбивчивый монолог. — Вы ввели свою супругу в заблуждение… ну, или позволили ей заблудиться… заблуждаться, в результате чего наш человек серьезно пострадал.

— Но что я мог сделать? Ведь это была идея вашего руководства — поручить мое дело молодой женщине. Если бы не это, ничего бы не случилось…

— Если бы не это, мы не смогли бы получить желаемые результаты! А так — именно благодаря тому, что по вашему делу работала молодая женщина, мы смогли все выяснить и вывести на чистую воду вашего заместителя. Поскольку наш сотрудник смог… смогла использовать свое женское обаяние. Ведь наш человек успел доложить вам о результатах, прежде чем… прежде чем случился тот неприятный инцидент? Она вам все доложила?

— Доложил… то есть доложила…

— Кстати, я принесла вам ее отчет по делу и фотографии. — Надежда Николаевна положила на стол Сугробова Аленину папочку. — Наш представитель не успел передать это вам по независящим от него… от нее обстоятельствам.

Сугробов придвинул ее к себе и кивнул:

— Спасибо, конечно…

— Что значит — конечно? — Надежда подняла брови.

Точнее, попыталась их поднять. Алена наложила столько краски, что сделать это у Надежды не получилось, но Сугробов ничего не заметил. Он отводил глаза, ерзал на стуле и, судя по всему, с нетерпением ждал, когда Надежда уйдет.

— Вас что, не интересует конечный результат? — спросила она вроде бы спокойно, но Сугробов отчего-то вздрогнул и опасливо втянул голову в плечи.

Все ясно: затюкан мужик женой до предела. Но сочувствовать ему Надежда и не думала. В конце концов, не улицу метет, приличной фирмой руководит, должен хоть какой-то характер иметь. Каждый человек должен уметь постоять за себя.

— Если бы меня не интересовал результат, я бы не обратился в вашу фирму! — опомнился Сугробов. — Значит, я доволен работой вашего сотрудника, оставшиеся деньги переведу буквально завтра, теперь сам буду решать, что делать дальше со всем этим… — он положил ладонь на папку. — У вас все? — и выразительно посмотрел на дверь, давая понять, что разговор окончен.

Но Надежда и не думала уходить. Она уселась поудобнее и смотрела невозмутимо.

— Значит, я доложу начальству, что вопрос мы уладили. Но я хотела бы кое-что добавить от себя. Так сказать, советы и рекомендации. Как могло случиться, что ваш доверенный сотрудник так долго работал на конкурентов?

— Из-за моей доверчивости… — вздохнул Сугробов. — Вот в голову не могло прийти, что его эта стерва так охмурит! Ведь не мальчик уже. Седина в бороду…

— Не только из-за доверчивости! Еще — из-за вашего, извиняюсь, легкомыслия и технической отсталости.

— Это вы о чем?

— Вот, к примеру, вы проверяете свой офис на наличие ТРС?

— Чего? — переспросил Валентин Сергеевич.

Надежда подняла глаза к потолку и вздохнула, как бы пораженная его наивностью:

— ТРС — это технические разведывательные средства. По-простому — всякие жучки и тайно установленные камеры, при помощи которых конкуренты и противники могут выведывать ваши секреты. В визуальной и звуковой форме.

— Ах, это! — Сугробов кивнул. — Ну, время от времени проверяем. Как же без этого.

— Время от времени! — передразнила его Надежда. — Это нужно делать регулярно. Как зубы чистить!

— Но их просто никто не мог установить! В мой офис не приходили посторонние люди! Никакие электрики или кабельщики… я знаю, как это бывает.

— А вы думаете, Валентин Сергеевич, это обязательно должны быть посторонние люди?

— Ну да, им ведь нужно установить эти самые ТРС…

— Ох, Валентин Сергеевич, вы не представляете, как далеко шагнул прогресс в нашей области! Наука движется вперед буквально семимильными шагами. Вот, например, один наш клиент заказал на прошлый Новый год сувенирную фигурку — керамического петуха, поскольку у нас сейчас год Петуха по восточному календарю. Так что вы думаете? — Надежда сделала эффектную паузу, следя за выражением лица Сугробова.

— Что? — переспросил Валентин Сергеевич, явно заинтересовавшись ее словами.

— А то, что в этого петушка его конкуренты вмонтировали очень мощное ТРС! И прослушивали все его переговоры — как служебные, так и личные!

— Петуха… — проговорил Сугробов и забарабанил пальцами по столу. — Я не покупал петуха.

— Ну, петух — это только один возможный пример. Возможно, это была лошадь или собака…

— Или обезьяна.

— Что? — переспросила Надежда. — Вы купили обезьяну? — Она оглядела кабинет.

— Да, но я купил ее не для себя, разумеется… я купил ее для своей тещи… — По губам Сугробова скользнула хитрая улыбка. — Вы не представляете, как она на нее похожа! В этой мастерской такие умельцы — они ее еще немножко доработали, подправили, так что теперь — просто одно лицо! Хотел поставить у себя в кабинете, чтобы любоваться, но жена сказала, что теща очень обрадуется подарку.

— А теща живет с вами?

— С нами… — Валентин Сергеевич тяжело вздохнул, и в этом вздохе Надежда прочитала весь груз страданий, которые ему приходится терпеть от совместного проживания с тещей. Мало жены, ревнивой истерички, так еще и теща…

— И эта обезьянка — она все еще находится у вас? В вашей квартире? Вы ее не выбросили?

— Нет. Как ни странно, теще она очень понравилась, и она держит ее на видном месте, в гостиной. Наверное, почувствовала родство душ. Это вообще очень странно, потому что обычно ее раздражает все, что исходит от меня.

— Но вы, надеюсь, не обсуждаете дома свои дела?

— Случается… — тяжело вздохнул Сугробов. — Знаете, иногда я действительно говорю о делах по домашнему телефону или приглашаю к себе важных клиентов…

— Плохо! Очень плохо!

— Ладно, теперь я обязательно выкину эту обезьяну. Хотя теща, конечно, будет против…

— Постойте… — Надежда изобразила глубокую задумчивость, потом лицо ее посветлело, как будто она нашла решение важного и трудного вопроса. — Не выбрасывайте ее!

— Как же? Ведь вы считаете, что при помощи этой обезьяны конкуренты прослушивают мои разговоры!

— Вот послушайте, как мы поступим. Для начала принесите эту обезьянку мне. Я передам ее в наш технический отдел, специалисты, не разрушая фигурку, постараются выяснить все, что можно, об установленном в ней ТРС. Кто изготовитель, кто продавец, возможно, удастся даже узнать покупателя. Это первый этап. А потом вы снова возьмете ее домой и поставите на то же самое место…

— Но я не смогу чувствовать себя как дома! Я буду нервничать! Я буду переживать!

— Не беспокойтесь, это будет не очень долго. Мы совместно с нашим стратегическим отделом разработаем план операции по внедрению дезинформации, как у нас говорят — дезы, чтобы обмануть ваших конкурентов, внушить им ложные представления. Тем самым мы перехватим у них инициативу и заставим их играть по нашим, точнее, по вашим правилам…