Стрела Амура 9-го калибра - Владимир Колычев

— Для начала успокоиться. — Максим обнял Оксану за плечи, усадил на диван.

Омоновцы уже ушли. В доме остался только Колосов.

— Как она сбежала?

— На этапе. На следственный эксперимент везли. Конвоиров избили, а ее забрали.

— На ходу избили?

— Нет, «воронок» остановился.

— Зачем?

— Ребята говорят, что водички попить, — пробурчал Колосов.

Похоже, он и сам понимал, что конвой тупо могли купить.

— А за водичку они сами платили?

— Мы с ними разберемся.

— Если их купили, то нужно знать, кто именно.

— Говорю же, разберемся. Если Кустовицына вдруг появится, дай мне знак.

— А она появится? — Максим легонько хлопнул Колосова по плечу и увлек его на выход.

— Я же знаю, в каких вы отношениях, — уже во дворе сказал тот.

— Отношение у меня есть. К Рите. К ней самой. Но не к ее побегу.

— Так никто и не говорит…

— Да, и тебя здесь нет. Я все понимаю, Игнат. К тебе никаких претензий.

— Кустовицына влюблена в тебя как кошка. Я знаю, говорил с ней.

Максим сдержал насмешку. Колосов охотно пошел с ним на контакт по просьбе Помазова. Но в его сговорчивости были и служебные мотивы. Юрьев практически не сомневался в том, что их разговор с Ритой прослушивался. Расчет простой. При общении с любимым мужчиной женщина запросто могла сболтнуть лишнего.

— И что?

— Теперь эта кошка гуляет сама по себе?

— Уверен, что сама по себе? Если ей помогли сбежать, то это кому-то нужно?

— Кому?

— Не знаю. Может, рука из прошлого?

— Что ты знаешь о ее прошлом?

— Ничего конкретного. Она говорила мне, что вышла из дела. Но вдруг оно само пришло за ней?

— Зачем?

— Я так понимаю, она ничего не рассказала. Но могла. Поэтому ей подсобили сбежать.

— Это плохо.

— Это не просто плохо, а намного хуже, — сказал Максим. — Ее тайну могли закопать вместе с ней.

— Тогда мы ее точно не найдем.

Юрьев закрыл глаза. Он не хотел думать о трагическом исходе.

— Если она появится, дашь знать? — спросил Колосов, в голосе которого прорезалось сомнение.

— Я весь на виду. Можете установить за мной наблюдение. — Максим ушел от прямого ответа.

Он ничего не имел против того, чтобы Риту нашли и задержали. Но знал, что сдать ее в руки правосудия не сможет.

— А сам не скажешь?

— Нет. Потому что она не появится.

— А вдруг?

— Если я что-то о ней узнаю, то позвоню тебе.

Максим готов был делиться информацией, которая помогла бы найти Риту, но сдавать ее напрямую не собирался. Колосов это понял. Поэтому и руку на прощание пожал вяло. Но все-таки сделал это.

Максим проводил Колосова и направился к дому. Навстречу ему вышла Оксана с саквояжем в руке.

— Мне позвонили и сказали, что я срочно должна ехать в Москву, — пряча глаза, сказала она.

— Съемки?

— А что же еще? Ты же не думаешь, что мне позвонил Игорь?

— Едем на вокзал?

— А что ты еще можешь предложить?

— В Москву тебя отвезти.

— У тебя голова!..

— Так поэтому меня и отпустят со службы.

— А если с тобой в дороге что-то случится? Вдруг инсульт? Кто будет отвечать?

— Инсульт — штука серьезная, — открывая дверцу машины, сказал Максим. — С ним на роль генерала меня точно не возьмут.

— Почему? — Оксана отвела взгляд в сторону. — Я спрошу у Павловского.

Максим забрал у нее саквояж, открыл дверцу, и она нырнула в салон. Он усмехнулся и пошел открывать ворота.

Испугалась Оксана. Вдруг Рита захочет разобраться со своей соперницей? Шансов у Оксаны против нее ноль целых и две десятых в минусе. Уж лучше убраться от греха подальше, оставив ей Максима. Да и в Москве с ним будет опасно. Рита ведь и туда может за любимым пожаловать.

Он открыл ворота, выгнал машину на улицу, вышел из нее и затворил их. Неплохо было бы установить автоматические, но сейчас ему точно не до этого.

Хотя можно будет поселиться в доме с автоматическими воротами. Действительно, зачем усложнять работу своим коллегам? Чего ради им брать под наблюдение два дома, если можно установить контроль только над коттеджем Риты? Так будет проще. А он станет жить с робкой надеждой на то, что Рита вернется домой и они хоть ненадолго, но увидятся.

Скорее всего, Рита никогда не вернется. Ее действительно зачистят или дадут работу где-нибудь вдалеке от Ковалева. Но все равно надежда есть. Она будет греть ему душу. А Оксана пусть сваливает отсюда.

Они уже подъезжали к вокзалу, когда Оксана спросила:

— А что будет, если Риту поймают?

— Тогда ты сможешь вернуться.

— Ты думаешь, что я испугалась?

— Не думаю.

— Я же вижу, что думаешь. Скажи, что тебе будет меня не хватать!

— Скажу.

— Говори!

— Мне действительно будет тебя не хватать.

Тоска надавила Максиму на грудь. Что ни говори, а Оксана была ему дорога. Он не прочь был избавиться от нее, но сейчас, когда она уезжала, почувствовал, что ему жаль расставаться с ней. Дамочка фееричная, взбалмошная, но в ней куда больше достоинств, чем недостатков. Она сейчас уедет, а после нее останется пустота, которую можно будет заполнить только мыслями о Рите. Но та находится сейчас в каком-то параллельном мире. А может, ее уже и в живых нет.

Максим купил билет на ближайший поезд, который отправлялся через два часа, и с удовольствием провел время с Оксаной в кафе у вокзала.

— Ты можешь остаться, — сказал он, когда сажал ее на поезд.

— Может, лучше ты ко мне? — спросила она.

— А если за мной приедет Рита?

Оксана чуть не захныкала, глядя на него.

— Ты можешь смеяться, но мне действительно страшно.

— Тогда я пока побуду здесь.

— Побудь. Пожалуйста, не забывай обо мне. А если появится Рита… — Оксана запнулась.

— Что мне делать, если появится Рита?

— Ты должен ее арестовать.

— Как мент.

— Вот и я говорю, что если ты арестуешь ее как мужчина, то будешь козлом, — сказала Оксана всерьез, но с улыбкой.

Вроде бы она и не шутила, но Максим должен был отнестись к ее словам с иронией и с философским снисхождением. Если вдруг у него появится возможность арестовать Риту, то может это сделать. Оксана осудит его лишь на словах.