Соблазнитель, или Без пяти минут замужем - Екатерина Гринева

– Иди сюда. Становись прямо, ноги расставь пошире.

Я смотрела вперед на круглую мишень.

Щер подошел сзади, вложил мне в руку пистолет.

– Прежде всего нужно как следует прицелиться. Когда будешь готова к выстрелу, спускай курок мягко, без рывка. Держи пистолет крепко. Если вздрогнешь от выстрела – промажешь.

Я выстрелила и попала, естественно, не туда. Промазала.

– Руку держи выше. Вот так, – подсказал шеф. Он стоял рядом, и я чувствовала его дыхание.

Выстрел оглушил меня, и рука дрогнула.

– Я же предупреждал, – сказал Щер. – Попробуй еще… – он сделал паузу. – Представь, что ты стреляешь по своему прошлому, которое хочешь забыть. Давай!

Я стреляла и стреляла. Моя рука уже не дрожала, и держалась я уверенней. С каждым выстрелом из меня словно что-то уходило, и я чувствовала странное облегчение, словно я стреляла по всем своим прошлым бедам и неприятностям. Еще, еще…

– Стоп! – закричал Щер. – Достаточно. Результаты неплохие.

Я опустила пистолет и посмотрела на него.

– Хватит.

Я не сводила с него взгляда. Вот сейчас он скажет те самые слова, ради которых он и привез меня сюда. Сейчас он предложит пройти вместе с ним в спальню или возьмет меня за руку и… Я стояла и ждала неизбежного. Есть игры, по правилам которых играют все. Босс, который спит со своими сотрудницами, – приевшаяся банальность и классика жанра. Я могла возмутиться и дать ему по физии, но тогда прости-прощай работа. Меня охватило странное безразличие. Наверное, я просто здорово вымоталась и устала.

– Все! Теперь расходимся по комнатам.

От неожиданности я открыла рот. Мне хотелось спросить: «А разве мы с вами не будем спать?» Но Щер сказал с нажимом:

– Завтра рано утром переговоры с партнерами. Надо выспаться.

И мой рот закрылся.

И вдруг я поняла, что мой Щер – лучший в мире начальник. Это он только с виду акула, а на самом деле – добрый и справедливый. И привел он меня сюда не просто так. Он – отличный психолог и хотел мне помочь расстаться с прошлым, преодолеть страхи и комплексы. И ему это удалось… Вскоре я встретила Бориса, и моя жизнь вошла в новое русло. И все это благодаря Щеру.

С тех пор я его обожала и была готова ради своего шефа буквально на все: маяться на курсах повышения квалификации, осваивать английский язык, брать на дом сверхурочную работу и рожать креативные идеи со скоростью плодовитой крольчихи.

Под его руководством я росла как специалист, он давал мне ответственные задания и не боялся рисковать. Его любимая фраза была: «Дураки ползают, умные летают», и моя последняя работа над проектом элитного поселка Пехнево должна была стать многообещающим прорывом не только для меня лично, но и для всей нашей компании. Но здесь случился этот кризис и накрыл все медным тазом: я по-прежнему колдовала над проектом, внося многочисленные изменения по требованию заказчика, который, однако, не торопился вкладывать в проект реальные бабки, а, наоборот, заморозил объект, сведя все к бумажной волоките.

Щер приветствовал инициативных сотрудников, и я как раз собиралась подкинуть ему одну идею, которая могла помочь мне разобраться в моем семейном деле, связанном с убийством отца и пропавшими бронзовыми фигурками.

* * *

На моей работе было все по-старому. Когда в твоей жизни происходят перемены, хочется, чтобы все вокруг тоже менялось. Но в приемной все оставалось по-прежнему. Около окна стоял круглый аквариум. Елена Арсеньевна что-то печатала на компьютере. При моем появлении она оторвалась от работы и улыбнулась.

– Как отдохнули?

– Нормально.

Если встреча с бывшим мужем и убийство студента в археологическом лагере входят в понятие «нормально».

– Ну и хорошо. Нужно было загорать стоя. У вас шея… бледнее остальных частей тела, – заметила секретарша Щера.

Нет, от Елены Арсеньевны ничего не укроется!

– Вы к Аристарху Александровичу?

– Да. Он может меня принять?

– Сейчас спрошу. Как погода в Крыму?

– Отличная. Жара, жара и еще раз жара.

– У нас тут дожди идут. Через день. Совсем замучали.

Здесь наша беседа была прервана появлением Щера.

– Ко мне? – спросил он, окидывая меня взглядом.

– К вам.

– Тогда – прошу. – Он распахнул дверь. – Только кратко. У меня мало времени.

В кабинете Щер сел, откинувшись на спинку кресла.

– Вид, во всяком случае, свежий. Не зря я отпускаю своих сотрудников в отпуска в подходящее время. Не то, что другие боссы. Гоняют контингент зимой и осенью. И еще хотят, чтобы перед ними бухались на колени и руки целовали. Ну, так что у тебя?

– У меня есть одно предложение к компании.

– Ого! – поднял он вверх брови. – Ты уже стала конкурирующей фирмой?

Я рассмеялась.

– До этого мне далеко. А потом, я никогда не буду с вами конкурировать.

– Я это знаю, – кратко бросил он.

Самоуверенность Щера была потрясающей. Он ни на минуту не сомневался в своих словах и действиях.

– Я отдыхала в Алуште и случайно узнала об одном очень хорошем куске земли, который можно использовать под строительство отеля или мини-гостиницы.

– Почему мини? Мой имперский размах не предусматривает никаких «мини».

– Просто, как мне кажется, эту территорию лучше использовать для элитных номеров.

– Кризис, Оля! – поправил меня Щер. – Происходит перемена ценовой политики во всех сферах рынка. Здесь нужен другой подход.

– Но территория действительно очень хорошая. И может представлять интерес для потенциальных инвесторов, – не сдавалась я.

– Расскажи-ка поподробнее.

По тому, как Щер откинулся в кресле, как он подпер щеку рукой и лениво прищурил глаза, словно отрешившись от окружающей обстановки, я поняла, что мои слова его всерьез зацепили. Щер умел маскировать интерес под маской внешнего равнодушия. На деловых переговорах я неоднократно была свидетельницей, как мой босс отделывал под орех потенциальных партнеров, как он не оставлял от их, убедительных на первый взгляд, доводов и камня на камне и как постепенно склонял к своему варианту, а после подписания договора лучезарно улыбался, довольный своим артистизмом и талантом. Он был прекрасным психологом и бизнесменом. Со своими сотрудниками он тоже часто напускал равнодушный вид. Первое время это сбивало меня с толку. Однажды я даже не выдержала и задала ему этот вопрос. Босс рассмеялся, мои слова его явно позабавили, и сказал, что он делает это специально, чтобы мы старались и расписывали ему свои проекты, настаивали на своем варианте, приводя профессионально грамотные аргументы. Ход был действительно беспроигрышный.