Отель сокровенных желаний - Антон Леонтьев

Диля упрямо мотнула головой и заявила:

— У вашей династии следователей свои секреты, а у меня — свои! Пока не получу от вас извинений в письменной форме и не пойму, что вы, Лялько, в самом деле раскаялись и берете назад свои лживые слова в адрес моей прабабушки, ничего говорить вам не буду! Вы хотите фактов касаемо последнего происшествия? Извольте! Я, как вы выразились, ошивалась около «Петрополиса», когда меня обнаружила эта особа в черном и привела в номер сто восемьдесят четыре, где мило ворковали князь с олигархом…

Роман слушал вполуха повествование Дили. Он и так уже смог восстановить картину произошедшего и прекрасно знал, где находилась журналистка вместе с Алиной Жирмунской.

Его занимало иное — то, что было известно Диле о старых происшествиях в «Петрополисе».

Неужели ей известна правда?

— …И визг был такой, что я попросила эту особу замолчать, на что она ответила мне потоком ругательств и низкопробной похабщины! А еще возглавляет офис Прасагова! — продолжала тем временем журналистка. — Она мне так на нервы действовала, что, когда распахнулась тайная дверь в стене, я сама посоветовала этой ужасной особе отправиться туда, мол, вдруг там выход! Потому что я просто не могла пребывать в ее обществе! Она все скулила, что курить хочет, а сигарет с собой нет… Я же терпеть не могу табачный дым и сказала, что она наверняка умрет от рака легких с метастазами в печенку, селезенку и мозг. Впрочем, в мозг вряд ли, так как у этой пустой целлулоидной особы он атрофировался еще в эмбриональном состоянии…

Роман усмехнулся про себя — Диля терпеть не могла Алину, а та платила журналистке той же монетой.

— А потом меня на руках вынес этот доблестный молодой человек, архитектор Ярослав… Он был такой галантный, так мило краснел, когда я прижималась к нему… Таких мужчин в наше время уже не осталось!

Завершив тираду, Диля красноречиво и с явным упреком посмотрела на Романа Лялько. Похоже, бородатый архитектор обзавелся поклонницей.

— Очень рад за него, — произнес Роман, — и за вас, конечно же, тоже! Но вернемся к убийству Виктории Селезневой. Кто, по вашему мнению, это сделал?

Роман помнил: олигарх Прасагов обвинял князя Кошкина, а князь Кошкин валил все на олигарха Прасагова. Крутая дама Жанна Хват считала виновным архитектора Ярослава Красина, а тот, в свою очередь, подозревал Жанну Хват. Алине Жирмунской было совершенно безразлично, кто совершил преступление, для нее убийство — всего лишь досадная помеха в планах ее шефа. И, видимо, в ее собственных.

А вот какого мнения придерживалась на этот счет Диляра Зюльмиева, внучка легендарного Роберта Ильича Величай и правнучка не менее легендарной Антонины Величай?

Знакомая к тому же с секретами «Петрополиса» как никто другой — во всяком случае, в изложении своего деда.

Диляра посмотрела на детектива, улыбнулась и произнесла:

— Ну конечно же, сам «Петрополис»! Неужели вы этого не поняли? Ведь не случайно все произошло в номере сто восемьдесят четыре! Там началось — и никогда более не закончится! Никогда!

— Никогда? — переспросил Роман, чувствуя, что ему сделалось страшно от слов Дили.

— Никогда! Покуда существует «Петрополис», во всяком случае…

Да, она определенно что-то знала, но не спешила делиться этим знанием. Конечно, он же был одним из вражьего семейства Лялько.

— И все же, Диляра, прошу вас, — произнес Роман медленно, — скажите мне то, что поведал вам ваш дед! Потому что знание секретов «Петрополиса» делает вас уязвимой. Более того, превращает в мишень! Вы должны открыть мне, что знаете…

Диля хмыкнула, взглянула на часы и произнесла:

— Ничего я вам не должна! А должны вы мне — предоставить письменное извинение от вашего семейства! И вставить его в качестве введения в мемуары вашего прадеда. Вот тогда и поговорим. Может быть…

Роман вскочил и приблизился к ней.

— Вы не понимаете, это опасно! Очень опасно! И вы — единственная хранительница секретов…

Диля поднялась и, смерив его презрительным взглядом, ответила:

— Чего вы добиваетесь? Будете наседать, вообще ничего не скажу! Да и не занижайте знания вашей собственной династии, вам ведь тоже много чего известно! Ведь вы сами сказали, что ваш предок оставил неопубликованные записки! Почему он не рискнул их опубликовать?

Роман облизнул пересохшие губы и, отступая от Дили, заметил:

— Времена были трудные, репрессии, расстрелы. Поэтому он опубликовал то, что было читабельно и безобидно. А то, что могло доставить ему неприятности, конечно же, оставил под сукном…

Посмотрев на Дилю, он добавил:

— Эти неопубликованные записки у меня на смартфоне. Хотите, сброшу вам файл прямо сейчас? А вы в обмен поведаете мне то, что рассказал вам дедушка. Ну, или покажете его записи, если он все же какие-то и оставил…

Диля топнула ногой и, сверкнув глазами, воскликнула:

— Хватит! Я же сказала, что никаких записей дедушка не оставил! И вообще, откуда я могу знать, что тот файл, который вы мне скинете, на самом деле содержит неопубликованные истории вашего Романа Романовича?

— Клянусь, что содержит! — заявил Роман, а девушка возразила:

— Но кто сказал, что вы с вашим папашей и дедулей не сократили наиболее яркие места? И не вырезали все, что могло бы навредить и вашему предку, и вам самим?

Роман, пристально глядя на девушку, произнес:

— Уверяю вас, что никто из нас мемуары не редактировал и не сокращал…

— Ага, это сделал сам ваш драгоценный предок? — осведомилась Диля. — И вообще, я сказала вам и так больше, чем хотела. Мне надо работать над статьей! Жить же на что-то надо, не все являются наследником владельца детективного процветающего агентства, или купившим старую гостиницу олигархом, или князем из-за бугра. Так что извините, но мне надо заняться своими делами!

Диля явно выпроваживала его, и Роману не оставалось ничего иного, как, сухо поблагодарив, пройти в прихожую. Но уже на пороге он спросил:

— Так я могу рассчитывать на то, что, получив письменное извинение нашего семейства, вы поведаете мне то, что рассказал вам Роберт Ильич?

— И отчего вас заботят россказни моего покойного дедушки? — подозрительно прищурилась Диля. — Неужели вы считаете, что мне известны какие-то сногсшибательные тайны, объясняющие природу событий в «Петрополисе»?

— Думаю, да, — произнес Роман, и Диля довольно улыбнулась:

— А ведь вы правы! Но ведь и вам тоже кое-что известно, не так ли?

Роман медленно кивнул:

— Тоже думаю, что да.

Диля, ликуя, крикнула:

— Ну вот и отлично! Значит, вы наконец отстанете от меня, если вам и так все известно! Пока!