Гарем без проблем - Наталья Александрова

Леня не успел как следует удивиться, как она снова открылась, на этот раз уже на полную ширину. На лестничную площадку выскользнула худенькая старушка в длинном мужском свитере ручной вязки с двумя северными оленями на груди. Подкравшись к Лене на цыпочках, старушка зашептала:

– Она вам ни за что не откроет, если просто так звонить станете! Потому что она хозяйку квартирную боится, у нее за квартиру давно не плачено!

– А как же надо звонить, чтобы открыла? – зашептал Леня, пригнувшись к своей собеседнице.

– А вот так. – И старушка очень ловко изобразила пальцами один длинный звонок, два коротких и снова длинный. – Так ей все друзья-приятели звонят…

– Спасибо, бабушка! – прошептал Леня. – А почему вы решили нам помочь?

– Потому что от нее все время шум и неприятности, – старушка стрельнула глазами в сторону соседской двери, – а вы, надо думать, из полиции, так пропишете ей по первое число…

С этими словами старушка скрылась за своей дверью и с лязгом закрыла все замки.

– Вот что в нас такое, Лола, – проговорил Маркиз, почесав в затылке, – что нас принимают за полицию?

Лола не ответила, да Леня и не ждал ответа, вопрос был чисто риторический.

Выждав примерно полминуты, Маркиз снова подошел к двери шестнадцатой квартиры и позвонил тем самым условным кодом, который выдала ему наблюдательная соседка – длинный звонок, два коротких и снова длинный.

На этот раз за дверью послышалось негромкое шуршание, как будто кто-то прошелестел страницами газеты, и тихий, печальный женский голос проговорил:

– Это ты, Николай?

– Угум… – выдал Маркиз какое-то неопределенное междометие, которое при большом желании можно было посчитать утвердительным ответом.

– Ты все-таки пришел? А я уже и не ждала!

На этот раз Леня ничего не ответил. За дверью всхлипнули, лязгнул замок, и дверь открылась.

На пороге стояла странная особа несомненно женского пола и довольно молодого возраста. Однако все в ней было как-то неудачно перемешано, как в концерте советских времен, в котором выступление хора ветеранов аптекоуправления чередовалось с акробатическим этюдом, карточными фокусами и чечеткой, затем выступала пожилая исполнительница романсов, а под конец выпускали певца помоложе, который исполнял популярную бразильскую или финскую песню в русском переводе.

Так и в облике этой молодой женщины странным образом переплетались самые разные стили и направления. Наблюдательная Лола отметила, что Лизавета наверняка недавно посетила хорошего парикмахера, волосы у нее были тщательно покрашены, мелированы и уложены, что обошлось ей недешево. В то же время она была в поношенной и растянутой кофте домашней вязки и длинной выцветшей юбке модели «мать-одиночка со странностями». Зато на ногах у Лизаветы были вполне приличные итальянские туфли на высоком каблуке. Довершало ее облик абсолютное отсутствие макияжа. Точнее, по косвенным приметам Лола определила, что Лизавета несомненно накрасилась, но потом долго рыдала и наконец смыла весь макияж. Теперь глаза ее были красными, нос предательски распух, а на щеке назревал вулканический прыщ.

Лизавета всхлипнула, подняла глаза и попятилась.

– Вы кто? – выдохнула она удивленно.

– А кого вы ждали? – строго осведомился Маркиз, решительно протискиваясь в прихожую.

– Ни… Николая!.. – И Лизавета снова разрыдалась, как будто кто-то включил специальный вентиль.

Лола, которая сама была отличным специалистом в данном вопросе и даже могла бы организовать мастер-класс по дамским слезам различного вида и назначения, не могла не признать, что рыдает девушка качественно и со вкусом, а также вполне искренне – для чего ей притворяться перед совершенно незнакомыми людьми? И это при том, что сегодня она рыдает не в первый раз. Все-таки удивительные резервы скрывает в себе человеческий организм!

Пока она любовалась на отличную работу и мотала на ус некоторые приемы рыданий – вот эти прерывистые всхлипывания, к примеру, очень подошли бы к роли Джульетты, а вот так, с легкими подвываниями, могла бы рыдать героиня какой-нибудь греческой трагедии, – Леня сменил тактику.

Вначале он решил взять самый свой строгий тон, если надо, девицу даже слегка припугнуть, поскольку время здорово поджимало. Теперь же, быстренько обежав взглядом квартиру, он понял, что с этой плаксой они застрянут надолго.

– Дорогая, – он разлетелся к Лизавете мелким бесом, – что ж вы так расстраиваетесь? Николай не пришел? Да зачем вам нужен этот отвратительный грубый и лживый тип?

– Откуда вы знаете Николая? – Лизавета вдруг прекратила рыдать, как будто вентиль завернули.

– Потому что я вижу вас! – воскликнул Леня самым своим притягательным голосом. – Каким должен быть человек, способный обидеть такую девушку?

Леня увлек Лизавету в ванную комнату и махнул рукой своей боевой подруге, чтобы не стояла столбом и в темпе искала кофеварку, Лола и сама уже поняла задачу.

Пока Леня утирал девушке слезы большим купальным полотенцем, Лола обошла квартиру. Это оказалось несложно, поскольку квартирка была маленькая, не слишком заставленная мебелью. Оно и понятно: хозяйка оставила съемщице только все ненужное, а мало-мальски ценное увезла с собой.

В комнате стояла широкая тахта устаревшего образца, покрывало на ней было смято, подушка безнадежно измазана тушью, еще имелся простой стол и два шатких стула. На столе кисли салаты в простых мисках и стояла бутылка недорогого красного вина и два разномастных бокала. Все ясно: девица ждала ухажера, а он не пришел. Ну и с чего так рыдать, дело-то житейское.

Лола пожала плечами и оглядела комнату. Кофеварки в обозримом пространстве не наблюдалось. Лола выдвинула ящики облупившегося комода, на всякий случай заглянула под тахту, вдохнув несметное количество пыли, брезгливо перевернула подушку и даже раздвинула изодранные занавески, при взгляде на которые представлялась стая помойных полосатых котов, налакавшихся валерьянки. На подоконнике Лола обнаружила зеркало, тюбик губной помады и две пары драных колготок. Кофеварки не было.

Лола прислушалась к звукам из ванной, с неудовольствием уловила в голосе Лени воркующие нотки и перешла на кухню.

Там явственно пахло горелым, и в духовке нашлась совершенно пересушенная курица. Кухня обилием мебели тоже не страдала, Лола живо пораскрывала все шкафчики и не нашла ничего, даже минимального запаса продуктов. Без всякой надежды на успех Лола заглянула в старенький холодильник. На полке сиротливо ожидал своей участи торт в жутких кремовых розочках.

Когда те двое наконец вышли из ванной, Лола поймала вопросительный взгляд своего компаньона и отрицательно покачала головой. Леня на миг нахмурился, и тут же лицо его озарилось самой приветливой улыбкой.

– А вот мы сейчас чайку попьем… – заворковал он, – чай замечательно снимает стресс! Тортика поедим, у нас же тортик есть, верно? А Лизанька нам все расскажет…