Мисс Гениальность - Вера Иванова

Так и случилось. Поев, Леха смерил меня пронзительным взглядом и скомандовал:

— Вылезай. Есть разговор.

— Может, не надо? — робко попросила я, но приятель был непреклонен.

— Надо, Санек, надо.

Он вылез из машины, за ним со вздохом последовала я. Несмотря на волнение, я не могла не отметить, как хорошо было вокруг. Ветер разогнал тучи, небо прояснилось, выставив напоказ великолепную коллекцию звезд. Яркая полная луна сияла огромным глазом, освещая поляну и деревья обступившего нас леса. Блестки снега мерцали в лунном свете, затопившем серебряным потоком загадочную страну, у которой имелся только один недостаток — здесь было невероятно холодно.

Поежившись, я первая рискнула прервать затянувшееся молчание.

— Ну и? — осторожно подтолкнула я разговор. — Что ты хотел мне сказать?

— А я все ждал, что это ты расскажешь мне что-нибудь интересное! — последовал неожиданный ответ.

Сердце упало. Вот и пришел он, час расплаты! Душа ушла в пятки, захотелось убежать куда подальше… Например, пешком в Москву.

А потом я решила, что сдаваться рано и можно еще немного побарахтаться. Поэтому прикинулась полной блондинкой и переспросила невинным голоском:

— Интересное? О чем?

— О том, что бывает, если у человека двойное имя…

— Двойное имя?

— Ну да. Которое годится и для мужчин, и для женщин.

— А! Я знаю! Евгения, например. Или Валентина…

— Вот-вот. Или Александра!

— И что же такого неправильного с двойными именами? — Мне нравилась эта новая игра! Да и в Лехином голосе звучали другие интонации.

И почему-то от этих интонаций у меня по коже бежали мурашки…

Или это от мороза?

— Дело в том, что человек с двойным именем может однажды решить жить двойной жизнью, — сурово произнес Леха.

«Вот и все! — поняла я, испытывая одновременно и ужас, и облегчение. — Он действительно все знает!»

Но вслух я этого не сказала, решив продолжать игру столько, сколько это будет возможно. Поэтому следующей моей репликой было:

— При чем тут имя? Двойной жизнью может жить любой человек. Дело не в имени, а в характере.

— А ты считаешь, что имя и характер никак не связаны? — Похоже, Лехе тоже нравилось ходить вокруг да около. Хороший признак… Сердце снова сладко замерло…

— Сложный вопрос, — задумчиво протянула я. — Некоторые считают, что связаны, а некоторые, — что нет. Это из серии «Веришь ли ты в приметы». Или в гороскопы и карточные гадания…

— Хватит увиливать, — одернул меня Леха. — Не поможет. Все равно я выскажу то, что хотел. Так на чем же мы остановились?

— На двойной жизни, — подсказала я.

— Ах да. Ну так вот. Человек с двойным именем решает жить двойной жизнью. И вот однажды такой двуличный человек знакомится с хорошим парнем… — продолжал Леха.

Тут я не выдержала и запротестовала:

— Это неправильное определение! Не двуличный человек, а просто… двойственный!

— Хорошо, — неожиданно легко согласился Леха. — Однажды такая двойственная личность знакомится с хорошим парнем и прикидывается мальчишкой.

— А если она не прикидывалась? — снова возразила я. — Если парень сам ее за мальчишку принял?

— Да, но она не разубедила его! Спрашивается — почему?

— А… но… — Ловушка захлопнулась. Что я могла сказать? Что влюбилась в него с первого взгляда? И не хотела ломать только что завязавшуюся дружбу?

— Вот-вот! Молчишь! Стыдно признаться! А я скажу почему. Потому что двойственный человек любит вводить других в заблуждение, — убежденным тоном произнес Леха. — Ему нравится дурачить людей и играть чужими чувствами. И насмехаться над несчастными жертвами своих розыгрышей!

— Но я не… Я не нарочно! — возмутилась я, позабыв про игру. — Просто мне хотелось, чтобы мы были вместе… А как девчонку ты меня не замечал!

— Да? И кто тебе это сказал?

— А разве ты не приглашал в кино Танюсика?

— Приглашал, потому что ты сама меня к этому подтолкнула! Зачем, кстати? Все потому же. Тебе нравится манипулировать другими, строить козни, разжигать страсти!

— Но я не интриганка! — еще больше возмутилась я. — Просто мне хотелось, чтобы у вас с Танюсиком все получилось…

— А кто тебя просил в это лезть? Что, если мне понравилась другая?

Другая?! Я оторопела. Кто? Какая? В голове вихрем закружились имена одноклассниц…

— Не напрягайся, все равно не угадаешь, — хихикнул он, и в этот момент до меня начало доходить…

— Так, значит, тебе никогда не нравилась Танюсик? — не веря, пробормотала я.

— Нравилась. Разве такое солнышко может кому-нибудь не нравиться? — усмехнулся Леха, и я снова приуныла. — С Танюсиком так приятно появиться на людях! Парни, все до одного, да и взрослые мужики оборачиваются, завидуют, растешь в своих глазах…

— Но ты же только что говорил…

— Танюсик — звезда. Настолько яркая, что затмевает остальных. Вот и я некоторое время был ослеплен… Пока не прозрел.

— И что теперь? — пролепетала я.

— А теперь ко мне на небосклон заглянула новая планета. Только не вздумай снова в обморок падать! — Он подхватил меня и аккуратно посадил на пенек. Потом набрал горсть снега, бросил мне в лицо.

— Ты что! Перестань! — Я вздрогнула, и он удовлетворенно произнес:

— Выжила. Можно продолжать?

— Можно, — сказала я, боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть сказочный сон.

— Хорошо, — удовлетворенно произнес он. А потом, сдвинув меня с пенька, пристроился рядом, обнял за плечи…

На этот раз я не стала падать в обморок. Просто мы с Лехой улетели в другие миры и парили там целую вечность…

Больше мы не ссорились. Просто сидели рядом и болтали, и было совсем не холодно, что оказалось очень кстати, потому что в машину нас не звали — похоже, там занимались тем же.

— Скажи, а когда ты догадался… Ну, что я не парень?

— Я похож на придурка? Почти сразу же, — сказал Леха. — Ну, вернее, не совсем… Когда ты сообщение в кино прислала.

— А! «Возьми ее за руку!»

— Вот-вот! Во время фильма я ни о чем не задумался, а просто взял Танюсика за руку. Автоматически. Хотя и не собирался. В «Клоунах» такие спецэффекты прикольные! Представляешь, там…

— Про спецэффекты потом! — остановила я. — А сейчас давай про сообщение.

— Ну так вот. Если бы не это сообщение, все могло по-другому выйти. Так что нечего тебе было вмешиваться. Знаешь, есть такая поговорка: «Не просят, не лезь!»