Готовь завещание летом - Дарья Калинина

Сейчас его снесет мощный конь! Забияка был уже совсем близко к Василию Петровичу, но останавливаться и не думал. Несся на него, норовя растоптать своими огромными тяжелыми копытами. Алена невольно закрыла глаза. Видеть, как любимый муж гибнет под копытами этого чудовища, было для нее просто невыносимо. Так, с закрытыми глазами, сжавшись в комок, она и простояла до тех пор, пока аплодисменты не вывели ее из ступора.

Тогда Алена широко распахнула глаза и с удивлением обнаружила, что муж ее жив и здоров, ничего худого с ним Забияка не сделал. Более того, сам конь стоит перед Василием Петровичем, совсем не делая попытки его растерзать или забить своими копытами. А когда Василий Петрович протянул ему открытую ладонь, Забияка хоть и отшатнулся и не позволил к себе прикоснуться, но все же кусаться или брыкаться больше не стал. И несмотря на то что вид у него был при этом очень настороженный, но открытой агрессии он не проявлял.

Его хозяин Олег тоже подошел поближе. Теперь на его лице было написано удивление и, пожалуй, смущение.

– Поражен, – признался он Василию Петровичу. – А вы не робкого десятка.

– Чего тут бояться? Не родилась на свет еще та лошадь, которая сознательно причинит человеку вред.

– Человек, продавший мне Забияку, клялся, что тот забил копытами насмерть своего предыдущего хозяина.

– Видимо, тот дурно обращался с животным. Я вижу на Забияке старые шрамы. Тот человек просто истязал его.

После того как конь признал Василия Петровича, сам Олег тоже заметно расслабился. Да еще Татьяна, высунувшись из дома, крикнула ему:

– Спусти скорее парня с груши! Чтобы ты знал, он из полиции!

Но Толя, увидев, что опасности больше нет, Забияка укрощен, и сам сумел спуститься с дерева. Спрыгнув на землю, он отряхнулся и осуждающе покачал головой:

– Нельзя держать такое опасное животное, с ним могут быть проблемы.

– Если к нему не соваться, сам он никого не тронет, – немедленно встал на защиту своего любимца Олег. – Но все-таки, почему вы так настойчиво интересовались, будет ли Забияка участвовать в скачках? И вообще, кто вы такие? Я что-то не понял. Вы из журнала или вы из полиции?

– Сейчас мы вам все объясним.

Объяснения заняли несколько больше времени, чем ожидали подруги. Татьяна тем временем накрыла на стол и пригласила всех позавтракать. Никудышная уборщица, она оказалась гениальной поварихой. И на запах ее яичницы с беконом с улицы пожаловал даже Ваня, который в скачках наперегонки с Забиякой не участвовал, так как оставался в машине.

Татьяна приветствовала всех одинаково радушно. По ее лицу было видно – чем больше мужчин в доме, тем лучше. И вообще, после перенесенного стресса все как-то удивительным образом сдружились и почувствовали взаимную симпатию. Забияка носился по огороженному вольеру во дворе и время от времени оглашал округу заливистым ржанием.

– Чует, что скоро скачки, – прокомментировал его поведение Олег, присевший рядом с Ингой. – Любит бегать, хотя на рекорд и не идет.

– Скажите, а вы давно приехали?

– Уже три дня мы тут. Вчера с Забиякой ездили домой, сегодня рано утром вернулись.

– А зачем ездили?

– Документы кое-какие впопыхах забыли. Да тут недалеко. Километров двадцать всего.

– Двадцать туда, двадцать обратно, значит, всего сорок?

– Неплохая тренировка, вы не находите?

И Олег дружелюбно подмигнул Инге. Он был явно настроен немного поухаживать за ней. И едва на столе появились первые кушанья, принялся наперебой предлагать их Инге. Той было неловко, ведь она знала: у Татьяны на Олега есть свои виды. Пусть даже мужчина и не имеет в виду ничего плохого, но все равно как-то неудобно получается.

К счастью, Василий Петрович отвлек Олега вопросом:

– И за это время у вас никаких непредвиденных ситуаций не случалось?

– Что вы имеете в виду?

– Ну, никто не пытался пробраться в дом, украсть вашего Забияку?

Татьяна испуганно охнула, прижав руки к груди. А вот Олег задумчиво кивнул:

– Знаете, был один случай… Как раз в тот вечер, когда мы с Забиякой остановились у Татьяны, мы решили сходить в ресторан.

– Все вместе?

– Нет, разумеется. Забияка оставался дома. В ресторан ушли только мы с Татьяной.

– И что? Когда вы вернулись, Забияки в сарае не было?

– Нет, нет, все было в порядке. То есть почти в порядке. Когда знаешь животное достаточно хорошо, учишься разбираться в нюансах его настроения. Так вот, когда мы с Татьяной вернулись, я сразу услышал, что Забияка очень взволнован.

– Он так ржал, – поддержала его Татьяна, – что даже я смекнула: дело неладно.

Перепуганные Татьяна с Олегом прибежали в конюшню, под которую был оборудован дровяной сарайчик Татьяны. Забияка был там, увидев хозяина, он заметно обрадовался.

– Но я сразу понял, что у нас кто-то побывал в гостях. Забияка реагирует на появление чужаков весьма характерным образом.

– Да уж мы сегодня это все видели.

– В этот раз он просто хотел вас немного попугать. А того типа, который сунулся к нему в денник, он мог и убить. Забияка таких шуток не понимает. Для него чужой, который вторгся на его территорию, – это смертельно опасный враг.

– Это ваши предположения или было что-то еще?

– Было, – медленно произнес Олег, словно бы сомневаясь, стоит ли это говорить, прибавил: – И есть…

– Что? Что у вас есть?

– Улики, и даже не одна, а две. Первая – это обрывок платка или рубашки. Одним словом, какая-то легкая тряпица. На ней есть следы крови. Видимо, Забияка, вырывая клок одежды, задел зубами кожу, и пошла кровь.

Ничего себе лошадка! Инга невольно ощутила дрожь в теле. Просто монстр какой-то, а не конь.

– Забияка только оборонялся, – заступился за своего питомца Олег. – Этот человек собирался сделать ему что-то худое, я в этом уверен.

В принципе, Олег был прав. С добрыми намерениями в оставленную без присмотра хозяев конюшню не лезут.

– Это либо был вор, либо другой злодей! – гневно произнес Олег. – И о том, что он собирался причинить Забияке вред, говорит вторая улика!

– Вторая?

– Да, это скальпель.

– Что?

– Хирургический скальпель для операций. Им очень удобно разрезать кожу. А если знать, где полоснуть, то можно нанести смертельное ранение или по крайней мере тяжелое увечье.

– Какой ужас! Думаете, Забияку хотели убить?

– Думаю, что просто покалечить. Конь-урод, хромающий на ногу, уже не сможет участвовать в скачках. На долгое время, если не навсегда, он будет выведен из строя. А сделать коня или любого другого хромым – очень просто. Надо всего лишь повредить сухожилие. И все, хромота вчерашнего конкурента обеспечена.