Клан новых амазонок - Чингиз Абдуллаев

– Провинциалкам трудно пробиться в Москве.

– Невероятно трудно, врагу не пожелаешь. Нужно вертеться, хитрить, изворачиваться. И все равно мимо постели не пройдешь, если у тебя морда смазливая и фигура нормальная. Хотя нет, вру. В любом случае тебя в постель затащат, без этого ничего не получится. Ни один мужчина не готов помогать красивой молодой женщине безвозмездно, все хотят получить свои «дивиденды».

– Вы же сами решили переехать в Москву.

– Конечно, сами. Вы считаете, что нужно было ехать в Тимишоару, в Румынию, и там провести всю оставшуюся жизнь? Это даже хуже Африки. Туда хотя бы везут женой посла, а не обычной волейболисткой, которую будет зажимать тренер и массажист по очереди.

Илона была достаточно откровенна, ничего не скрывая. Ей пришлось через многое пройти для обретения своего нынешнего статуса, поэтому она не особенно стеснялась, вспоминая события своей бурной молодости.

– Вы давно знакомы с вашим нынешним мужем?

– Не очень. Познакомились за три месяца до нашего замужества. Он, как только увидел меня, так и потерял голову. А когда узнал, что я еще и молдаванка по отцу, сразу сделал мне предложение. Они ведь считают, что такой нации вообще нет, это изобретение Сталина, а все молдаване на самом деле румыны. Язык, традиции, кухня, обычаи, культура – все одинаковое. Вот он мне предложение и сделал.

– И вы его сразу приняли?

– Приняла. У меня как раз в тот момент были определенные проблемы, и я решила, что с Тудором мне будет спокойнее. Правда, тогда я не предполагала, что все может закончиться Суданом…

Оба улыбнулись, и Дронго тактично спросил:

– Вы тогда встречались с другим человеком?

– Не сомневаюсь, что вам все рассказали. Тем более, если вы встречались с Кирой или Виолеттой, – усмехнулась Илона. – Я тогда пыталась встречаться с погибшим Пашковым, но у меня ничего не получилось. Он был вдовцом, и мне казалось, что я смогу заменить ему погибшую супругу. Но он встретил Киру и сделал свой выбор в ее пользу. Я не в обиде. Каждый устраивается как может. У нее тоже были свои проблемы – дочка на руках, сожитель бросил, вот она и решила таким образом свои проблемы.

– И вам не обидно?

– Было ужасно обидно. Это первый случай, когда я «проиграла» конкуренцию. Обычно в конкуренции с другими женщинами я всегда выигрывала. Но, наверное, он решил, что ему будет спокойнее с Кирой, чем со мной. Хотя она тоже не подарок. Но сейчас она вдова, поэтому ничего плохого вы от меня не услышите.

– Мне говорили, что до этого вам удалось победить в «заочном споре» с Виолеттой.

– Как вас хорошо проинформировали… – Илона прикусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться. – В нашем городе невозможно скрыть никакие секреты. Да, я действительно заочно победила Виолетту. Но эта старая корова напрасно на меня обижалась. Она должна была понимать, что Самвел никогда в жизни не женится на такой женщине, как она. Ему нужна была породистая самка, чтобы выводить ее в свет и иметь от нее детей, которых у него не было, а не баба почтенного возраста со своими двумя детьми. Виолетта этого явно не понимала и до сих пор считает, что именно я отбила Самвела у нее. Хотя он уже до меня встречался с другой. Но разве женщинам можно что-нибудь доказать?

– Однако вы тоже недолго жили с ним.

– Недолго, – согласилась Илона, – и скажу, почему. Мне казалось, что мы можем быть счастливы, даже пожениться. Но шли дни и недели, а он не делал мне предложения. И тогда я задумалась. Кто я для него? Любимая женщина, с которой он собирается прожить всю свою жизнь, или очередная забава, которую он бросит, найдя другую? Мне стало понятно, что он вообще не собирается делать мне предложение, а оставаться в роли приживалки я не хотела и не могла. К тому же, не скрою, у него начались большие проблемы в бизнесе, и он стал раздражительным, мнительным, часто срывался. Поэтому мы расстались.

– Где он сейчас?

– Не знаю. Говорили, что вернулся в Армению. Или уехал в Сирию. Точно не знаю, не интересовалась.

– И тогда вы выбрали Тудора Брескану.

– Конечно. Он имел статус чрезвычайного и полномочного посла, эту резиденцию, был холост и безумно влюблен в меня. Что еще нужно молодой женщине, которая начинает ощущать свой возраст? Знаете, как нас называют в Москве? «Новыми амазонками» – вернее, клан «новых амазонок». Наверное, правильно называют. Мы ведь все потенциальные охотницы. Ищем состоятельных мужчин, чтобы устроить свои личные судьбы и жизни наших детей. Нам с Терезой еще повезло, что у нас не было детей. Хотя сейчас я начинаю об этом жалеть. Среди нас есть актрисы, балерины, журналистки, писательницы, телеведущие, просто завсегдатаи тусовок, но все мы – один большой клан «новых амазонок». Не всем, правда, везет. Богатых мужчин не так много, они наперечет. Есть такие, как Прохоров, – убежденные холостяки; этих невозможно выбить из седла. Есть другие, за которыми сразу объявляют охоту. Знаете, чья свадьба была обиднее всего для нашего клана? Романа Абрамовича. Да, да, того самого чукотско-английского миллиардера. Раньше у него была жена и пятеро детей. Все понимали, что это святое, и никто не покушался. Но когда он развелся, то сразу попал в самые завидные женихи для нашего клана. И представьте себе разочарование наших «амазонок», когда он выбрал эту Дашу Жукову. Она ведь сама из очень состоятельной семьи, зачем ей нужно было отбивать у нас такого жениха?

– Наличие чувств вы исключаете полностью? – скрывая улыбку, спросил Дронго.

– Почему исключаю? Как раз наоборот, очень даже приветствую. Любите друг друга сколько хотите. Но ведь он мог осчастливить кого-то из наших, а она могла выйти замуж за другого молодого человека… Нет ничего обиднее, когда два миллиардера сходятся друг с другом. Остальным ничего не достается.

– Прямо по Бальзаминову, – вспомнил Дронго, – «чтобы богатые женились на бедных, а бедные – на богатых». Такой у вас девиз?

– Вероятно, вы правы, – откровенно призналась Илона.

– У вас большие проблемы, – посочувствовал Дронго.

– А вы не смейтесь, просто поймите, что нам всем нужно устраивать свою жизнь. А как ее устроишь без обеспеченного человека? Не жизнь, а сплошное разочарование.

– Можно выйти за человека со средними возможностями.

– Не получается, – возразила Илона. – Сами посудите, сейчас даже миллион долларов не деньги. Раньше на них хотя бы можно было что-то купить. А сейчас ничего нельзя, даже приличную квартиру в Москве, разве где-нибудь на окраине. Сейчас хорошие машины стоят сто или двести тысяч долларов. Любая поездка на шопинг в Париж или Лондон обходится в такую же сумму. Одно приличное платье может стоить столько, сколько человек со средними возможностями зарабатывает в течение пяти или шести лет. Поэтому миллион долларов уже давно не деньги. А таких миллионов нужно много. Вот и подумайте сами, за кого нам выходить замуж. Даже посол, с его посольской зарплатой и возможностями, всего лишь бедный человек рядом с нашими олигархами. Просто я не смогла устоять перед его напором, – не очень искренне проговорила Илона.