Запасной инстинкт - Татьяна Устинова

– А где вы научились… всяким вашим компьютерным штукам?

– Компьютер ни при чем! – сказал он с досадой, словно онаспросила невесть какую глупость. – Компьютер – это инструмент, как ручка иликраски, если вы рисуете красками! Вы же пишете ручкой и не восхищаетесьпоминутно, что умеете писать, хотя это большое достижение, конечно! Компьютервсе упрощает.

Он глотнул кофе и провозгласил:

– Компьютер составляет алгоритмы моего графического иархитектурного сознания!

Лера смотрела на него во все глаза.

Полина Светлова на этом месте обязательно засмеялась бы, аЛера Грекова не засмеялась, и он вдруг почувствовал себя неловко, как столичныйдесятиклассник-пижон, припершийся в сельскую школу на лекцию по искусству.

Получилось что-то вроде “эстрадной миниатюры” АркадияРайкина – закрой рот, дура, я уже все сказал!

Он допил кофе, закурил, ткнул сигаретой в пепельницу,стряхивая пепел, которого не было, переложил левую ногу на правую – все отнеловкости.

Лера старательно переваривала только что услышанное,кажется, даже губами шевелила.

– И у вас никто и никогда не спрашивал… диплом?

– Я никогда не был на государевой службе, и мне просто неперед кем отчитаться. Моим клиентам все равно, есть у меня диплом дизайнера илинет. Их интересует только конечный результат, а результат в моем случаеблестящий.

– Вы хвастаетесь? – уточнила Лера.

– Я констатирую факт, – поправил ее Троепольский.

– Федя всегда говорил мне, что без диплома я никому иникогда не буду нужна. Никто не возьмет меня на работу, если не секретаршей илиуборщицей, а вы…

– Вы хотите начать собственное дело?

– Не-ет, – перепугалась Лера. – Как я могу?!

– Если не можете, значит, получайте диплом. Начальников,которым наплевать на него, как мне, мало. Все остальные берут на работу именнодипломы, а не сотрудников. Так что прав Федя. Вам что, не нравится учиться?

– Мне не нравится, что он меня контролирует, – вдруг сказалаона с силой, – каждый вздох, каждый шаг! Господи, от этого можно сойти с ума! Явсе время прячусь, будто я беглый преступник! Дома мама, а вокруг Федя! Я как восажденной крепости, понимаете?! Он даже мои телефонные распечатки проверял!

– Зачем? – не понял Троепольский.

– Как зачем?! Чтобы знать, с кем я разговариваю, нет ли уменя подозрительных друзей и подруг! Раньше было не так. Раньше он был нетакой… безумный, это в последнее время началось что-то ужасное.

– В последние дни?

– Да нет, ну что вы! Ну, может быть, год или около того.Правда, когда я была маленькой, он не так старался, а сейчас что с нимсделалось, кошмар просто!

Он разогнал всех моих приятелей, он проверял всех моихподруг, где я, что я!..

– Мне кажется, что мы с вами имеем в виду двух совершенноразных людей, – сказал Троепольский. – Вы племянница Феди Грекова? Я ничего непутаю?

– Ничего вы не путаете!

– Или вы что? Очень баловались в детстве?

– Ничего я не баловалась!

– Тогда почему у вас такой… строгий режим содержания?

И тут она чуть было не попалась. В самый последний момент,на самом последнем вздохе она поймала себя за язык, чтобы не сказать – почему.

– Не знаю.

Это прозвучало так фальшиво, что Троепольский моментальнопонял – знает. Все она знает, эта голливудская красотка. И то, что она знает,очень важно.

Может быть, это и есть самое важное из всего необъяснимого,случившегося в последнее время.

Он посмотрел на нее оценивающе, и все его романтическиепорывы вдруг как-то растворились в шуме и табачных облаках многолюдного кафе “уметро”, осталась только настороженность и, пожалуй, страх.

Ему не хотелось, чтобы она оказалась замешана.

– Мои сотрудники сказали, что вы приходили к нам в контору.

– Какие у вас сотрудники, – ответила она небрежно, – всезамечают!

– Ну, вас трудно не заметить.

– Это что? Комплимент?

Троепольский кивнул и опять закурил – все-таки она егосмущала.

– Ну да, да, приходила. Федя позвонил и сказал, что вечероммы пойдем ужинать. В ресторан “Русские гвозди”. Знаете такое место?

Троепольский пожал плечами – он не был знатоком ресторанов.

– Ну, он позвонил и велел, чтобы я за ним заехала. Язаехала, а девушка в очках и такой парень… довольно симпатичный, но нахальный,между прочим, сказали мне, что его нет, и не было, и вряд ли сегодня будет. Ну,я посидела и ушла. А парень пошел меня провожать. Но телефон я ему так и недала!

Это было заявлено с необыкновенной гордостью.

– А когда Федя позвонил?

– Он больше не звонил, – ожесточенно произнесла она. – Егоубили. Я приехала в вашу контору, а его… убили.

– Нет. Когда он звонил, чтобы пригласить вас в “Русскиелюди”?

– “Гвозди”, а не люди!

– Ну, в “гвозди”, шут с ними! Когда?

– Утром, – очень бойко ответила Лера Грекова, иТроепольскому не понравилась эта бойкость. Вообще говоря, врала она не слишкомискусно.

– Утром?

– Господи, да не помню я! Вроде бы утром. Или днем.Наверное, днем. Да, по-моему, я была в институте, когда он звонил.

– Значит, это?..

– Господи, ну, допустим, в два часа. Да, в два часа. А что?Почему вас это беспокоит?

– В два или все-таки раньше?

– Я не помню, – сказала Лера капризно, – что вы ко мнепристали! Или вы думаете, что я помню все свои звонки?

И он моментально понял – это специальный тон для специальныхслучаев и специальных мужчин. Скучно быть таким умным.

– А где ваш институт? Она удивилась.

– На Таганке.

– Вы ехали на метро? Она удивилась еще больше.

– Ну да, а что? Нет, у меня, конечно, есть машина, но она всервисе была.

– Машину вам Федя подарил?

– На двадцать лет, – гордо сказала Лера. – Три года назад.Такая хорошая машинка!

Федя контролировал все – даже ее телефонные звонки. Федяподарил ей хорошую машинку. Федя позвал ее в ресторан “Русские гвозди” иназначил встречу в конторе. Позвонил и назначил.