Я смотрю на тебя издали - Татьяна Полякова

– Что ж, спасибо за помощь, – сказала я, поднимаясь, и направилась к двери.

– Принцесска, – позвал он, и это прозвище, которым когда-то он наградил меня, резануло так, что на мгновение нечем стало дышать. – Не смей соваться во все это… – Голос его изменился, он все еще звучал резко, но мне чудились в нем просительные интонации. Может, я, по обыкновению, выдаю желаемое за действительное и беспокойство Стаса не стоит относить на мой счет?

– Я думаю, тебе следует подумать о другом, – сказала я, не поворачиваясь. – У кого-то память куда лучше, и ты для этих людей точно кость в горле. Уезжай, Стас.

– Не смей лезть в это дерьмо, идиотка, твою мать, – рявкнул он, грохнув кулаком по столу. А я поспешила покинуть кабинет, прикрыв за собой дверь поплотнее.

Девица сидела за своим столом навострив уши. Вопль Стаса она, скорее всего, слышала. Буркнув «до свидания», я подхватила пальто и очень скоро оказалась на улице.

На ходу наматывая шарф, я думала о словах Стаса, точнее, о том, что он не пожелал мне сказать. Теперь я была уверена: к убийству Лазаря он имеет прямое отношение. Оттого и не хочет, чтобы я копалась во всем этом. Мне в самом деле стоит соблюдать осторожность, но вовсе не страх перед бывшими бандитами тому причина. Я боюсь ненароком подставить Стаса. Он забыл свое прошлое, а оно его помнит.

– На тебе что, черти всю ночь воду возили? – спросила Агатка, когда я, заявившись в контору, устроилась в кресле напротив нее. А я попыталась решить: следует порадоваться своему провидческому дару или опрометью бежать к косметологу?

– Ты предсказуема, – съязвила я.

– Ага. Я бы на твоем месте начала делать зарядку по утрам. Говорят, это действует благотворно. Жизненный тонус поднимается и все такое.

– Физические упражнения и я просто не созданы друг для друга.

– Работа в числе твоих приоритетов тоже не значится. Опоздала на сорок минут, а теперь тоску на меня нагоняешь своей кислой физиономией.

– Всегда восхищалась твоей манерой общаться с людьми, – не осталась я в долгу. – Тебе стоит проводить тренинги или написать об этом книгу. Я серьезно. Это твой дар. Не борись с ним, лучше поделись с другими.

– Да пошла ты, – отмахнулась Агатка и тут же нахмурилась. – Что случилось?

– Ничего. Просто зашла сказать, что задание выполнила. Димка обещал поговорить с Рудневым.

«Правда, в свете последних событий я не уверена, что обещание он выполнит», – подумала я, но о них сестрице знать ни к чему.

– Будем надеяться, что он очень постарается, – кивнула Агатка. – А теперь будь добра…

– Удаляюсь, – сказала я, поднимаясь с кресла.

Работы в тот день было пруд пруди, и это оказалось спасением. Часов в пять возле моего стола возникла сестрица и сказала:

– Бубнов звонил. Тимоха возвращается. Димке твоему респект и уважуха. Иногда полезно иметь друзей-разбойников.

Выходит, Димка о своем обещании не забыл, и это хорошо. Вот сестрица радуется, но позвонил он не мне, а ей, может, в этом и не было ничего особенного, а может, затаил обиду. Не то чтобы меня это особенно огорчило. Наша нежная дружба до добра не доведет, ясно как день. Значит, обида его мне на руку.

Повеселевшая Агатка скрылась в своем кабинете, а я в монитор уставилась, а еще через час в конторе появился бывший за номером три, внеся в ряды коллег легкую панику. Физиономия его иногда мелькала на экранах в губернских новостях, и теперь девчонки гадали, чего понадобилось у нас высокому начальству. Появление Олега Викторовича и меня озадачило: в мою коммуналку он иногда заглядывал, но в контору никогда. Выходит, новости о бомже того заслуживали, однако радоваться я не спешила: кто ж знает, что за сюрприз меня ждет.

Бывший огляделся и спросил ворчливо:

– Где стул?

– У нас тут на всем экономят, даже на стульях, – порадовала я, вскочила и пододвинула ему свое офисное кресло на колесиках, он устроился в нем с удобствами, а я на краешке стола. Девчонки тихо снялись с места и покинули комнату.

Олег расстегнул куртку, достал из внутреннего кармана папку-файл, сложенную вдвое, и протянул мне. В папке был листок бумаги с машинописным текстом.

– Бомж твой, судя по всему, Кочетков Денис Николаевич, двадцати лет. Числится среди пропавших без вести. Год назад ушел из дома и не вернулся. Заявление поступило от его тетки. Парень сирота, воспитывала его бабка по отцовской линии, но она умерла еще до его исчезновения. Учился в колледже, характеризуется положительно. Вредных привычек, а также вредных друзей не имел. Ушел из дома, прихватив ноутбук и немного одежды, похоже, что отправился путешествовать. Но ни тетка, ни приятели о его намерениях ничего не знали. У него были деньги, остались от бабки, их он тоже прихватил. Тогда ему не было и девятнадцати, логично предположить: парня потянуло на приключения. Судя по твоему рассказу, огреб он их сполна. Вот, собственно, и все.

– Ему было всего двадцать? – удивилась я.

– Выходит, что так, – пожал Олег плечами.

– Тетке сообщили?

– О чем? – нахмурился он.

– О том, что парень нашелся.

– А кто ей должен сообщить? Я?

– Подожди…

– Парня кто нашел? – ворчливо спросил Олег. – Вот они пусть и сообщают. А мне с какой радости? У меня ни трупа, ни заключения патологоанатома, только фотки, что ты мне подсунула. И что я должен сказать его родне?

– Ясно, – вздохнула я. – Соседи тем более сообщать не станут. Труп обгорел, сфотографировать его не потрудились, лежит он теперь на кладбище под номером.

– Ну и пусть лежит. Парню все равно, а тетка не мать, за год, поди, успокоилась.

– Ты же понимаешь, нельзя это так оставлять, – начала я грозно, но быстро сникла, наблюдая физиономию бывшего.

– Ты просила узнать, кто он такой, я узнал. Ну, так скажи спасибо, и закончим на этом.

– Допустим, парень просто сбежал из дома. С какой стати в этом случае ментам затевать кутерьму с электропроводкой?

– А откуда уверенность, что менты следы заметали? – съязвил бывший. – Что, у нас пожары редко случаются?

– А трио на дороге мне почудилось? – в свою очередь съязвила я.

– Нет, не почудилось. Но события были тобой превратно истолкованы. При всей моей бесконечной любви к тебе скажи: что я могу сделать?

– Хотя бы сообщить тамошнему начальству, кто этот парень. Они, в свою очередь, сообщат тетке, и, возможно, кое-что прояснится.

– И как я это объясню? Моя бывшая в обход ментов сфотографировала труп в морге? Труп обгорел, теперь не докажешь, что фотка его, а тебе придется отвечать на вопрос, откуда у тебя фотография трупа и зачем ты ее сделала? Пойми, если ты права и менты очень постарались, чтоб парня не узнали, ничего, кроме геморроя, мое вмешательство не вызовет.