Трам-парам, шерше ля фам - Наталья Александрова

– Не думай, Надя, у них, у богатых, тоже не все гладко. Своих, знаешь, проблем хватает.

– Да какие у них проблемы? Куда загорать поехать – на Канары или на Мальдивы? Или какую новую машину купить – «Порше» или «Ауди»?

– Нет, ты не права. Это только кажется, что у них все хорошо, а как поближе узнаешь, так иногда прямо посочувствуешь. Вот, к примеру, с прислугой у них постоянные проблемы. Ты не представляешь, Надя, как сейчас трудно приличную прислугу найти!

– Где уж нам уж, – фыркнула Надежда.

– А что ты думаешь? – продолжала Тамара, никак не отреагировав на сарказм. – Мне Римма Михайловна сколько раз жаловалась. Чтобы честная, работящая и более-менее воспитанная – это никакими силами не найти. Как говорится, днем с фонарем не отыщешь.

«Жаловалась она тебе, ага, – подумала Надежда. – Ты-то сама кто для нее, если не прислуга?»

Но вслух она ничего подобного не сказала. Она себе не враг ссориться с такой хорошей массажисткой. Чтобы направить разговор в нужное русло, Надежда подбросила другую реплику:

– Так они, наверное, не с улицы прислугу берут, а через специальное агентство.

– Ага, через агентство, «Арина Родионовна» называется, – поддакнула Тамара. – Так и в агентстве нарваться можно. Думаешь, в этом агентстве людей как следует проверяют?

– Что, Римма твоя нарывалась?

– Римма – нет, врать не буду, ее на кривой козе не объедешь. А вот у соседки ее был случай… Кстати, знаешь, кто эта соседка? – Тамара сделала эффектную паузу.

– Откуда мне знать!

– Алиса Лиходеева! – Тамара даже разрумянилась от гордости.

– Лиходеева? – Надежда лихорадочно пыталась вспомнить, откуда ей знакома эта фамилия.

– Вот именно! Дочка Степана Лиходеева.

Да, конечно. Того самого импозантного актера, прославившегося в ролях интеллигентных генералов и задушевных следователей. Красивый был мужчина, что говорить. И жена его, актриса, жива еще. И дочка у них была, Алиса, они ее с малых лет всюду водили…

– Она, Алиса, и сама в театре играет. – Тамара продолжала просвещать клиентку. – Не очень, знаешь, удачно, на вторых ролях. Зато замуж вышла за богатого и крутого, так что все у нее есть. Но вот с прислугой она нарвалась по полной программе.

– Обворовали? – догадалась Надежда Николаевна.

– Еще как обворовали, – подтвердила Тамара с непонятным энтузиазмом. – Девчонка, горничная, сбежала и прихватила вещей – страшное дело. Одних шуб три штуки – из норвежской лисы, из стриженой норки и еще какую-то особенную, из аргентинского суслика. Драгоценностей уйму, сервиз фарфоровый саксонский на двадцать четыре персоны, серебро столовое антикварное, часы швейцарские номерные из розового золота…

– Она что, грузовик подгоняла? – невинно поинтересовалась Надежда Николаевна.

– Какой грузовик? – удивилась Тамара.

– А как, если столько вещей унесла? Три шубы, сервиз на двадцать четыре персоны, столовое серебро… Это все и в чемодан не поместится. А у них там, в коттеджном поселке, охрана. Ты сама говорила: минут десять у шлагбаума держат, все допытываются, куда и к кому.

– Ты мне не веришь, что ли? – От возмущения Тамара даже прекратила массировать ее спину. – Я лишнего никогда не болтаю! Если я что говорю, значит, так оно и есть.

– Да нет, я ничего такого, – стушевалась Надежда Николаевна, – просто к слову. Вещей как-то много.

– У них там столько всего, что и не заметят! – Тамара снова принялась месить Надеждину поясницу. – Ладно, может, там было меньше вещей, но до меня уже в таком виде дошло. Сама понимаешь, я с этой Алисой о краже не говорила, мне Риммина кухарка Анна Петровна все рассказывает. После сеанса всегда меня чаем поит, ватрушки у нее такие вкусные…

Надежда подумала, что масштаб кражи, конечно, преувеличен, но дыма без огня не бывает. Собственно, до аргентинского суслика ей дела нет. Главное, что в перечне украденного фигурируют швейцарские номерные часы из розового золота.

– А эта Алиса, она за Беркутовым замужем? – осторожно спросила Надежда.

– А ты откуда знаешь? – Тамара больно ткнула в какую-то точку в пояснице.

– В журнале прочитала, когда в парикмахерской была, – простонала Надежда. – Откуда мы мудрости набираемся? Ясное дело, из дамских журналов.

– Точно, он самый. Раз все знаешь, зачем спрашиваешь?

Тамара терпеть не могла, когда ее перебивают или узнают что-нибудь не от нее.

Все сходится, поняла Надежда. Этот Беркутов купил часы для жены.

– И как, поймали эту горничную? – уже совсем равнодушным голосом спросила она.

Тамара дулась еще целую минуту, но ей так хотелось продолжить увлекательный разговор, что она решила временно забыть обиду.

– Какое там, – вздохнула она с деланым сочувствием. – В полицию, конечно, сообщили, но только горничная эта пропала. Как сквозь землю провалилась.

Надо же, Светлана Павлюченко, которая каким-то образом причастна к истории с часами, тоже бесследно исчезла. Тут у Надежды в голове всплыла еще одна мысль. Капитан Поползнев, попивая кофеек, обмолвился, что несчастная Лиза Колюшкина погибла в ночь со вторника на среду, пятое сентября. От соседки Светланы Надя знала, что ту последний раз видели в среду утром, тоже пятого сентября.

– Надежда, ты что дергаешься? – возмутилась Тамара. – Я так работать не могу!

– Прости, Томочка, – повинилась она, – вдруг так кольнуло…

– Скоро легче станет, – хмыкнула Тамара, – я застой в мышцах размяла.

– Значит, пропали вещички-то, – снова начала Надежда. – Верно ты говоришь: богатые тоже плачут.

– И не говори! – обрадованно подхватила Тамара. – Анна Петровна говорит, мол, Алиса страшно расстроилась. Особенно из-за часов – подарок мужа на пятую годовщину свадьбы!

«Все сходится», – уверилась Надежда.

– Плохая примета – дарить часы, – заметила она. – Часы время отсчитывают, стало быть, хочет поскорее жену извести или расстаться.

– Да ты что? – изумилась Тамара. – А я и не знала. Так, выходит, к лучшему, что часы пропали? Михаленку этому еще и спасибо надо сказать?

– Какому Михаленку?

– У горничной той, воровки, фамилия Михаленок. Катька Михаленок.

– Я смотрю, ты и правда полностью в курсе их жизни.

– Ага, они же нас за людей не считают, выбалтывают все подряд. – Тамара не заметила, что начала сама себе противоречить. – Застала эту Катьку хозяйка в тот момент, когда она драгоценности ее мерила, представляешь? Для нее куплены, что ли? Конечно, Алиса разозлилась и вытолкала ее из дома. Не сама, понятно, охрану вызвала. Те быстро Катькины вещички в чемодан покидали и выставили ее за шлагбаум. Иди, мол, на все четыре стороны. Хоть до утра пешком топай.