Мираж в обручальном кольце - Дарья Калинина

– У меня просто в голове не укладывалось, что Котя мог так со мной поступить, – говорила Лариса. – Даже сейчас, когда я вспоминаю о том дне, мне больно. А тогда и вовсе показалось, что я умерла.

Но Лариса не умерла. Она осталась жить. И ждать своего Котю или хотя бы его объяснений.

– Тогда я и познакомилась с Машей, – закончила Лариса. – Я думала, что может быть, Котина мама что-нибудь знает о сыне. Но, к сожалению, у Маши тоже не было адреса Коти в Англии. И он ее тоже не предупредил о своем отъезде. И ни разу не звонил ей. Это было странно. Но мы с Машей решили ждать, сочтя, что скоро все так или иначе, но выяснится. А потом пришла эта ужасная новость о трагической смерти Коти. И были похороны…

– Мы все были на похоронах, – кивнул Сеня. – Так вот откуда мне знакомо твое лицо! Ты тоже там была!

Лара кивнула.

– Я надела черную вуаль и думала, что ничем не рискую. Отец никогда не видел меня в лицо. Остальные тоже. К тому же, кроме меня, от нашей группы пошло еще несколько человек. И вообще народу на похоронах было много. Так что я легко затерялась в толпе.

– Но ты долго тянула со своим визитом к отцу Коти, – заметил Алекс. – Котя умер больше года назад. А ты только сейчас появилась тут.

– Я собиралась с духом, – ответила Лара.

– Лично мне все ясно, – снова подал голос Петр. – Несмотря на то, что эта девица тут рассказала, или даже именно потому, я уверен, что убийца именно она, Лариса.

– Но почему ты в этом так уверен? – спросила у него Галина.

– Сами посудите, после смерти Коти и Вали кому перейдут все деньги? – спросил Петр. – Ей и Маше. Уверен, что эти две змеи и задумали убить Валю. Вы как хотите, а я пошел.

И он в самом деле вышел из комнаты. Никто не подумал его остановить. Так он нам всем жутко надоел своими замечаниями, что мы были рады передохнуть от него хоть ненадолго. И никто из нас почему-то не смекнул, что оставлять этого дурака без присмотра нельзя. Но нас можно оправдать тем, что мы все были потрясены рассказом Ларисы.

Копией свидетельства о браке завладели Алекс и Веня, и изучали они ее очень внимательно.

– Я не верю, что ты могла убить Валю из-за его денег, – погладила Лару по плечу Галина. – Так и знай.

– Спасибо, – хмыкнула Лара. – Но, значит, убить его из мести я вполне могла? Так, по-вашему, получается?

На это Галина не нашлась, что ответить.

– Но, Лариса, согласись, это очень подозрительно, что Валю убивают именно в тот вечер, когда в доме впервые появляешься ты, – сказал Сеня. – Если бы Валина смерть была делом рук одного из нас, то мы могли бы выбрать и другой момент. Ведь мы с Валей виделись по нескольку раз в году.

– А может быть, убийца понял, что сможет свалить свое преступление на ни в чем не повинную Лару! – сказала я. – И решил действовать.

– Но вы же сами уверяли нас, что Лара – убийца, – удивился Сеня.

– Это было до того, как мы узнали, что она жена Коти, – сказала я.

– Но что это меняет? – возмутился Сеня. – Это только доказывает, что у Лары был мотив, чтобы убить Валю. Его наследство, которое она должна будет получить после смерти своего свекра.

При этих словах Алекс с Веней оторвались наконец от изучения свидетельства о браке и внимательно посмотрели на Ларису. Но они не успели ничего сказать, как в комнату вошел Петр.

– Все в порядке! – заявил он нам. – Я вызвал милицию.

– Кто вас просил! – закричала Катерина.

– А в чем дело? – удивился Петр. – В деле смерти Вали появились новые обстоятельства. Этот парень, который ведет наше дело, сказал, что будет здесь очень скоро.

И он выглянул в окно и тут же завопил:

– Что делает эта собака! Кто ее выпустил на улицу?

Мы тоже подошли к окну. И увидели с увлечением роющегося в осенней грязи Вельзевула. Пес рыл с таким азартом, что мокрая грязь летела из-под его задних ног буквально фонтаном.

– Его теперь не отмоешь, – простонала Галина. – Нужно немедленно втащить его в дом, пока он не попортил весь сад. Алекс, девочки, приведите его в дом.

Выскочив в сад, мы попытались оттащить Вельзевула. Но это оказалось куда более трудной задачей, чем мы рассчитывали. Обычно мирный и покладистый пес извивался и рычал, ни за что не желая уходить от полюбившейся ему ямы.

– Что он там нашел? – возмущенно шипел Алекс, таща собаку за ошейник.

В конце концов ему удалось оторвать Вельзевула от земли. Верней, пес сам перестал копать. Он повернулся к нам, и в его пасти что-то торчало.

– Что у тебя? – сварливо спросил у него Алекс. – Палка? Нашел время для игр.

Вельзевул положил к нашим ногам грязную конструкцию, в которой после некоторого колебания мы опознали ножку от сломавшейся металлической табуретки из кухни.

– Как она сюда попала? – удивилась Катерина. – Кому понадобилось закапывать ее в саду?

– Может быть, кто-то решил, что починить табуретку будет невозможно и решил выкинуть ножку подальше, – предположила я.

– И почему только ее одну, а не все четыре? – продолжала недоумевать Катерина.

– Возьмем эту штуковину на всякий случай, – сказал Алекс.

Голованов появился у нас в столовой буквально через десять минут. Это объяснялось тем, что звонок Петра застал его в тот момент, когда он находился в доме соседей убитого. В том самом доме, где жил наш новый знакомый – паренек Дима.

– Ну, что у вас еще случилось? – поинтересовался он. – По телефону я понял, что вы нашли убийцу?

– Вот она, – кивнул Петр на Ларису. – Оказывается, она невестка Вали. Жена его погибшего сына. И как следствие – наследница.

Ларисе пришлось еще раз пересказать свою историю. Все это время Голованов с интересом смотрел на Лару, словно бы что-то прикидывая.

– И вы можете письменно подтвердить свои слова? – наконец спросил он.

– Да, – пожала плечами Лариса. – А что тут такого? Нету никакого криминала в том, что я являюсь родственницей убитого. Ведь я его не убивала.

– Это мы обсудим потом, – сказал Голованов, доставая из кармана шариковую ручку и кидая ее Ларисе. – Вот, держите ручку. И вот вам бумага. Пишите.

– Что?

– Все, что вы тут рассказывали, пока меня не было, – сказал Голованов.

Лариса подвинулась к столику и послушно принялась писать.

– Хватит! – неожиданно прервал ее Голованов. – Допишете потом. А сейчас проведем следственный эксперимент.

– У этого человека семь пятниц на неделе, – прошептал мне на ухо Алекс.

Мне тоже не понравилось, как Голованов ведет дело. То пиши, то не пиши. А теперь еще и следственный эксперимент какой-то придумал!