Последняя загадка Ивана Грозного - Наталья Александрова

Услышав про отпечатки пальцев, Ольга упала в обморок.

Ее привели в чувство и увезли в следственный изолятор.

Там она сидела в одной камере с уголовницами и погружалась в беспросветное отчаяние.

Она все яснее понимала, что убийство на нее непременно повесят, потому что у нее нет ни денег, ни связей.

Но в один прекрасный день к ней на свидание пришел закройщик Артемий Иванович и сказал ей, что у нее есть шанс. Что ей поможет то самое тайное общество, о котором он рассказывал.

Ольга ему, конечно, не поверила, но прошла еще неделя – и ее неожиданно отпустили домой.

Несколько дней Ольга приходила в себя, а потом встретила на лестнице дворничиху Любу, которая всегда все знала, и та поведала ей удивительную историю Ольгиного освобождения.

Оказывается, через несколько дней после того, как Ольгу арестовали, в прокуратуру явилась паспортистка Вера Антоновна. Она тряслась от страха и говорила, что хочет дать признательные показания.

И сообщила под протокол, что это она по сговору с участковым Романом Родионовичем отравила несчастного алкоголика Митрича, намереваясь свалить это убийство на Ольгу, закатать ее на зону и завладеть освободившейся квартирой.

Чтобы создать против Ольги неопровержимые улики, Вера Антоновна как-то украла пустую бутылку из-под водки, которую Ольга, прибирая на кухне, своими руками выбросила в мусорное ведро. В эту бутылку Вера Антоновна налила водки, подсыпала яду и поставила такой подарок в кухонный шкафчик, где Митрич его вскорости и обнаружил.

– Я виновата! – кричала Вера Антоновна. – Судите меня! Посадите скорее в тюрьму, только заберите из дома, чтобы он ко мне больше не приходил!

Прокурора эти слова очень заинтересовали, он стал задавать наводящие вопросы, и Вера Антоновна поведала ему, что последнюю неделю к ней каждую ночь приходит лично Сатана, мучает ее немыслимым образом, пугает самыми кошмарными пытками и требует, чтобы она покаялась в совершенном злодеянии.

Прокурор уверился, что Вера Антоновна сошла с ума, но она так подробно и обстоятельно описала все детали преступления, что Ольгу пришлось освободить и обвинения с нее снять. Саму же Веру Антоновну поместили в сумасшедший дом имени министра Скворцова-Степанова, где она вскоре и повесилась.

Ольга была этим рассказом крайне удивлена, но потом к ней в гости пришел закройщик Артемий Иванович. Он принес скромный торт, Ольга поставила чайник, и за чаем старик рассказал ей, что тайное общество, в которое она не очень-то верила, действительно существует, что ему больше тысячи лет и что именно ему, этому обществу, Ольга обязана своим освобождением.

Ольга была поражена. Она все еще не вполне верила, но старик привел ее на собрание общества, познакомил там со значительными и интересными людьми. И тут впервые в своей жизни Ольга почувствовала, что она кому-то нужна и интересна, что она не одна, что она – часть целого, за которым стоит огромная сила.

Правда, большая часть членов общества были людьми пожилыми, чтобы не сказать старыми, она была среди них самой молодой.

Вскоре ее приняли в общество, ей дали новое имя – сестра Аглая.

Она узнала, что все ее новые знакомые и еще тысячи людей по всей Земле служат великой и значительной цели и что у них, и у нее в том числе, будет поразительное и яркое будущее.

Они называли себя иллюминатами и говорили, что их цель – просвещение человечества. Но под просвещением они понимали не торжество знаний и научный прогресс, а распространение среди людей презрения к фальшивой христианской морали, к лживой добродетели, торжество подлинных ценностей, таких, как деньги, власть, сила.

И судя по тому, что происходило вокруг – иллюминаты быстрыми шагами приближались к своей цели.

Они говорили, что служат подлинному Владыке, Властелину этого мира, настоящее имя которого не называли, но о котором Аглая догадывалась.

Они называли его Тем, кто возвестит приход утра. В честь этого Властелина они устраивали странные и пугающие богослужения в тайных святилищах, которые они тщательно охраняли от посторонних глаз. В старых кварталах Петербурга много заброшенных подвалов, есть там и тайные подземные ходы, о которых не знает никто, кроме посвященных.

С тех пор сестра Аглая выполняла приказы общества.

Собственно, ничего особенного ей до сих пор не приказывали, она должна была только время от времени менять работу и ждать, когда потребуется ее помощь.

И вот это время пришло.

Появился мессер.

– Ну вот, первый значок я нашла, – сообщила Лариса Володе, войдя в его квартиру.

Она позвонила, чтобы доложить о результатах, вовсе не собираясь его навещать. Но он так просил приехать и обещал накормить ее вкусным обедом. Дома у Ларисы в холодильнике мышь повесилась от тоски, так что она не смогла совладать с собой, представив тарелку борща и большой кусок мяса.

– Не знаю, будет ли от этого польза, но там было написано еще одно латинское слово – «Ipsi»… то есть нет, «Ipso». Что это значит?

– Ну, я же сказал тебе, что вовсе не все понимаю по-латыни, а только отдельные слова. Но я сейчас посмотрю в Интернете… – откликнулся Володя.

Он открыл ноутбук и через минуту прочитал:

– Сам, самый, самого…

– Ничего не понимаю, – вздохнула Лариса. – Что же у нас получается? «Пить» и «самый»… бессмыслица какая-то!

Настроение у нее резко испортилось.

Она-то надеялась, что сообщит Володе что-то важное, что они раскроют с ним какую-то историческую загадку, а в итоге получилась полная ерунда, чепуха…

В общем-то, ей было наплевать на исторические загадки. На самом деле ей просто хотелось есть. Утром толком не позавтракала, а когда хотела выпить чаю, то пациенты пошли просто строем, не было времени губы подкрасить. Она взбодрилась немного, увидев радость в Володиных глазах и почувствовав, что он ей благодарен, но усталость брала свое. А он и забыл, что обещал ей обед, уткнулся в свой компьютер.

– Сам пей… пей самое… – так и этак прикидывал Владимир. – Нет, по двум словам ничего не понять… Что бы это значило?

И тут, когда Лариса уже начала накаляться, как чугунная сковородка, из кухни раздался грохот, как будто в окно влетела небольшая такая самонаводящаяся ракета класса земля-воздух и разорвалась прямо над плитой.

– Что это? – Лариса от неожиданности села на стул.

– Мишка! – Володя рванулся на кухню.

Но пока разворачивал кресло, да еще мотор не сразу включился, так что в кухню первой вбежала Лариса. И увидела такую картину.

На полу валялась крышка от здоровенной утятницы, это от ее падения получился такой шум. Сама утятница стояла на плите, а рядом находился кот и с хрустом и чавканьем ел мясо, которое доставал из утятницы лапой.