Хладнокровное предательство - Чарлз Тодд

В просторном, крепком хлеву оказалось совсем не так холодно, как ожидал Ратлидж. Бидер подозрительно обнюхал его пятки, когда он следом за Фоллетом вошел в полумрак. Хлев казался таким же старым, как и сам Фоллет; скорее всего, его возвели за поколение до нынешнего фермера. Задрав голову, Ратлидж заметил:

— Хорошо строили наши предки!

— Мои отец и дед. В наших краях надо строить хорошо, на совесть. Прежний хлев простоял больше ста лет. — Он повел гостя в закуток, где хранилась конская упряжь, и открыл деревянный ящик, стоявший под полкой. Порывшись в ящике, достал оттуда револьвер и осторожно протянул Ратлиджу.

Ратлидж сразу увидел, что револьвер полностью заряжен. Он разрядил его, высыпал патроны в один карман, а револьвер, предварительно понюхав, положил в другой.

— Я бы на вашем месте не говорил о нем жене, когда мы уедем, — сказал он Фоллету. — По-моему, она огорчится, если узнает, что револьвер хранился здесь.

— Да я и не собирался ничего ей говорить, — согласился Фоллет. — Уж как я рад, что избавился от него! — Он не сказал, что еще больше обрадуется, когда избавится и от владелицы оружия, но Ратлидж все понял по выражению его лица.

Во дворе доктор Джарвис уже ставил саквояж мисс Аштон в багажник, а миссис Фоллет укладывала на заднее сиденье подушки и одеяла. Ратлидж поморщился, представив, как неудобно будет Хэмишу во время долгой поездки в Эрскдейл. На заднем сиденье придется тесниться. Ни Хэмиш, ни сам Ратлидж не испытывали от предстоящей поездки никакого удовольствия.

Под руководством миссис Фоллет им удалось посадить мисс Аштон в автомобиль, не причинив особой боли. Ратлидж достал свой плед и укрыл ее. В полотенца завернули горячий камень и положили к ногам мисс Аштон; через полчаса после того, как было принято решение взять ее с собой, Ратлидж отправился в путь.

Сначала мисс Аштон не испытывала особого желания ехать с ним.

— Вы не имеете права везти меня к ним на ферму! — Она все больше волновалась. — Нет, я с вами не поеду! Вы не можете меня заставить… я останусь здесь или вернусь в Карлайл, если кто-нибудь меня довезет… — Она обернулась к миссис Фоллет: — Извините, я стала для вас такой обузой!

— Ну что вы, милочка, никакая вы не обуза. — Мэри Фоллет бросила на мужа умоляющий взгляд. — Джим, скажи ей…

— Моя жена с радостью приютит вас… — начал было Джарвис, но даже Ратлидж уловил в его голосе сомнение.

— По-моему, мисс Аштон лучше поселиться в гостинице, — громко сказал он, положив конец спорам. — Доктор, там вы сможете навещать ее, а вы, мисс Аштон, поможете мне вести следствие.

Мисс Аштон посмотрела на него в упор.

— В гостинице… — сказала она. — Что ж, тогда ладно.

Но что-то в выражении ее глаз заставило его задуматься.

Почему она все же передумала? В голову пришла какая-нибудь ценная мысль? Она усмотрела удобный случай? Непонятное выражение мелькнуло и исчезло так быстро, что он не сумел его прочитать.

Теперь она сидела на заднем сиденье автомобиля, погруженная в горестное молчание — так казалось со стороны. Из-за нее двое мужчин чувствовали себя скованно и неловко.

Спустя какое-то время Джарвис заснул; сзади послышался почти потусторонний голос, хриплый и приглушенный одеялами:

— Вы сегодня арестуете Элкотта?

— Нет. Пока у меня есть лишь ваши слова о том, что он представлял угрозу для семьи брата. Мне придется все тщательно расследовать и поискать доказательства, подтверждающие ваши слова. А когда… если… мы найдем мальчика, он станет моим главным свидетелем.

— Если он был там, — тихо сказала Джанет Аштон.

Мальчик спал без просыпу. Сибил, свернувшаяся у его кровати, охраняла его, а сама Мэгги прикорнула на кухне, у камина, в бывшем отцовском кресле. Однажды она проснулась, как от толчка: ей показалось, будто она услышала на улице какой-то скрип. Но собака не залаяла, и она успокоилась. Глаза ее снова закрылись.

Рядом с креслом она положила топор с красной рукояткой — чтобы удобно было схватить, если что. Топор с двойным лезвием, одним ударом отхватывает голову курице. А еще им можно разрубить полено толщиной с руку. Топор был отлично подогнан по весу; лучшей защиты ей и не требовалось.

Отец научил ее пользоваться топором. Однажды он заметил:

— Твои предки-викинги таким топором могли раскроить человеку череп. Даже воину в шлеме! Страшное оружие. Уважай его.

Мэгги всю жизнь следовала совету отца.

Приближаясь к гостинице, Ратлидж начал гадать, не нарушает ли он границы гостеприимства, взваливая на плечи мисс Фрейзер заботы еще об одной постоялице. Конечно, мисс Камминс не в том состоянии, чтобы о ком-нибудь заботиться и готовить еду. Теперь, кроме него, здесь живут Робинсон и Джанет Аштон. Сам Ратлидж непривередлив; вряд ли двое других окажутся такими же неприхотливыми. Хэмиш напомнил: «Здесь, на севере, люди отдыхать не привыкли».

Но мисс Фрейзер радушно встретила новую гостью, сказав:

— У меня есть тихая комната; по-моему, мисс Аштон там понравится. Дайте мне только несколько минут, я посмотрю, все ли там как следует.

Доктор Джарвис спросил, не было ли вызовов в его отсутствие, помог высадить мисс Аштон из автомобиля и проводил ее в комнату. Как только у него появилась возможность, он вежливо извинился и отправился домой.

Мисс Фрейзер вздохнула, глядя доктору вслед:

— Жена будет рада его видеть. Она не рассчитывала, что убийство нарушит их тихую жизнь.

— Где Робинсон? — спросил Ратлидж.

— У себя в комнате. Немного поспал, кажется, даже к чаю не спустился. У меня есть окорок, а если вы принесете из кладовки капусту и картошку, ужин будет готов через час.

Ратлидж не только принес картошку и капусту, но и помог их почистить и сварить. Они работали на удивление споро и дружно. Мисс Фрейзер деловито стряпала, а он, закатав рукава до локтей, выполнял ее указания. Как бы между делом он поинтересовался:

— Что вы думаете о Поле Элкотте?

— Тихоня. До войны он был помолвлен, но его невеста сбежала с солдатом, с которым познакомилась в Кесвике. По-моему, он не особенно горевал. Все было понятно, ведь они оба не испытывали особой страсти. — Элизабет Фрейзер улыбнулась. — В наших краях бурных страстей не бывает. Почти все знакомы с детства. Жизнь здесь нелегкая, да никто и не ждет, что будет по-другому. Мужчина содержит семью, а женщина ведет хозяйство и воспитывает детей. Так супруги доживают до старости, если, конечно, у них хорошие отношения. Пожалуйста, положите картошку в другую кастрюлю. Эта мне понадобится, чтобы тушить яблоки… Ах! Забыла попросить вас захватить из кладовки заодно и яблоки.

Ратлидж принес яблоки. Хотя северные яблоки уступали южным в размере и сочности, зато показались ему гораздо ароматнее. По просьбе Элизабет Фрейзер он очистил плоды от шкурки и порезал на кусочки.