Срок приговоренных - Чингиз Абдуллаев

— Ладно, ребята, проверяйте дальше, — приказал Демидов своимлюдям.

— А что вы проверяете? — спросил Брылин. — Ведь можетеспугнуть его людей, если он пошлет кого-нибудь за вещами.

— У вас своя работа, у нас своя, — возразил Демидов. — Мы жевам не мешаем.

Брылин повернулся и молча вошел в квартиру. Демидов зашел вкабину лифта.

«Странно, — подумал он, — почему они так уверены, что онобязательно здесь появится. И почему они не оставили засаду вокруг дома?»

— Пойдем в другой дом, — предложил Демидов своему напарнику.Тот с унылым видом кивнул. Старший лейтенант Кочиян, сопровождавший Демидова,не успел пообедать, и теперь его терзал голод.

В соседнем доме все повторилось. Некоторые из жильцов вообщене открывали двери. Таких приходилось убеждать, показывая удостоверения ивступая в долгие переговоры. Другие сразу заявляли, что ничего не слышали,ничего не знают и знать не хотят.

Кочиян поглядывал на часы, когда они постучались в последнююквартиру. Дверь сразу открылась, словно их ждали. На пороге стояла пожилаяженщина. Она была в темном платье и огромном пуховом платке, обмотанном вокругтого, что когда-то, возможно, называлось талией.

— Здравствуйте, — улыбнулась женщина. Демидов тяжковздохнул. Такие дамочки иной раз хуже самых молчаливых свидетелей. Такие готовытараторить по любому поводу, не сообщая при этом ничего существенного.

— Здравствуйте, — кивнул подполковник. — Кроме вас,кто-нибудь есть дома?

— Никого, — снова улыбнулась женщина. — Я всегда днем одна.

— Очень приятно, — сказал Демидов. — Можно войти? Мы измилиции. — Он попытался достать удостоверение.

— Не нужно, — просияла хозяйка, — я слышала, как вы стучалик соседям. Очень милые люди, правда?

— Как сказать… — пробормотал Демидов, переступая порогтрехкомнатной квартиры, уютной и ухоженной.

— Идемте в гостиную, — предложила женщина. — Меня зовутСофья Ильинична. А вас как?

— Подполковник Демидов.

— Очень приятно. У меня дядя тоже был подполковником. Онпогиб в Испании, говорят, выполнял свой интернациональный долг.

Они прошли в комнату. Уселись. Кочиян снова украдкойпосмотрел на часы.

— Может, хотите чаю? — спросила Софья Ильинична. — У меняочень вкусные оладушки.

— Нет, спасибо, — ответил Демидов, не глядя на напарника. —Нам нужно задать вам несколько вопросов.

— Конечно-конечно. Я всегда готова помочь.

— Вы живете одна?

— Нет, с семьей сына. Но он сейчас на работе. И его жена наработе. А ребенок пошел заниматься теннисом. Сейчас, говорят, это модно. А внаше время все ходили на футбол, даже женщины…

— В воскресенье вы были дома? — бесцеремонно перебил хозяйкууставший Демидов.

— Да, конечно. Я вообще люблю оставаться дома. Наши обычно сутра уезжают на дачу. Ребенку дома одному скучно. Сейчас модно иметь одногоребенка, никто не хочет взваливать на себя бремя ответственности.

— В последнее воскресенье вы тоже были одна?

— Да, — кивнула Софья Ильинична, — наши уехали, а я осталасьдома. Вы, наверное, спрашиваете из-за женщины, что выбросилась из окна? Я невидела, как она открыла окно. А когда на улице стали кричать, то сразу подошлак окну и все увидела.

— На другой стороне улицы, у последнего дома,останавливались две машины, — сказал Демидов. — Вы их видели?

— Какие машины?

— Это я у вас хочу спросить. Может, видели?

— Там было много машин. И много людей. Потом приехаламилиция, ваши коллеги. И врачи. Там вообще было много людей.

— Понятно-понятно. А машины вы видели?

— Ну конечно, я видела все машины. Я как встала у окна, таки не отходила, пока все не кончилось. Знаете, в моем возрасте это единственнодоступное развлечение. Иногда следить за людьми так интересно…

— Так какие же автомобили? — вздохнул Демидов. — Вспомните,у дома стояли две машины, верно?

— Стояли, — кивнула Софья Ильинична. — Я же говорю, там быломного машин.

— Вспомните, — подсказал Демидов, — там стояли две машины.Одна была… возможно, такая большая, джип.

— Ну конечно, очень красивая машина. Мне ужасно нравятся этиджипы. Они похожи на кареты.

— Вы не видели такую машину в воскресенье утром?

— Видела, — кивнула хозяйка. — И не только ее. Они подъехалисразу, как только женщина прыгнула из окна. Наверное, это были сотрудникимилиции. Такие молодые, в темных очках. И один седой.

— Как вы сказали?

— Седой. В темной куртке. Он, наверное, ими командовал.

— Подождите-подождите, — пробормотал Демидов. — Расскажитеподробнее. Что вы видели?

— Сначала я услышала крики и побежала к окну. На тротуарележала женщина, но я ее сразу не увидела, вокруг уже стояло много людей. Амашины приехали почти сразу. Они остановились у того дома, и я еще подумала:как хорошо работает наша милиция. К машинам подошли несколько молодых людей.Потом их командир посмотрел наверх, откуда упала женщина, и что-то спросил усвоих. А потом они уехали.

— Вы точно помните, что они появились у машины сразу, кактолько упала женщина?

— Точно, — кивнула Софья Ильинична. — Через минуту или две.Не больше. Две машины приехали, забрали всех и уехали. Я еще подумала: почемуони сразу уезжают? А потом решила, — что они будут искать преступников.

— А почему вы подумали, что они из милиции? Они были вформе?

— Нет. Но они так дружно и быстро сели в машины. Я виделатакое только в кино. Это называется дисциплина, верно?

— Спасибо. — Демидов поднялся. — Вы нам очень помогли. Япришлю завтра офицера, чтобы оформил ваши показания. Вы не возражаете?

— Конечно, нет. Мне очень приятно познакомиться с вашимилюдьми. В последнее время в милиции стали попадаться очень галантные кавалеры,— томно улыбнулась хозяйка.

Когда они вышли из квартиры, Демидов обернулся к напарнику.

— Значит, он не врал, — сказал подполковник. — Нужнопроверить все, что у нас может быть на его фирму или на его компаньона.

— Товарищ подполковник, — пробормотал Кочиян, — а зачем намэта проверка? Ведь его забрали в ФСБ, пусть они и разбираются. Это не нашедело.

— Не наше?.. — переспросил Демидов. — Знаешь, чем хорошийоперативник отличается от плохого? Хороший всегда чувствует ситуацию, а плохойзанимается только своим делом. Все понял?