Соло на раскаленной сцене - Ирина Градова

— Давайте-ка ближе к делу, — прервал мужчину Фисуненко. — Насколько удалось установить, дверь не взламывали. Это означает, что у злоумышленников имелись ключи. Где они их взяли?

— Эка невидаль! — развел ручищами Олег. — Ключ у бабки под крыльцом лежал — все об этом знали!

Риту неприятно резануло слово «бабка»: она ведь приходилась Литовченко близкой родственницей, а он говорит о покойной так, словно едва ее знал.

— То есть любой мог открыть дверь и войти? — уточнил Женька.

Оба супруга одновременно кивнули.

— Сколько лет вы не приезжали сюда?

— Лет десять, — ответила за мужа Ольга.

— Взгляните-ка на эти портреты, — сказал Фисуненко, протягивая женщине два листа ватмана, на котором художник из следственной группы изобразил «Полину» и «Вадика». — Узнаете кого-нибудь?

Рита отметила, что художник и Кринкины потрудились на славу: по рисункам вполне можно узнать людей, если имел с ними дело. Однако оба супруга Литовченко ответили отрицательно — нет, они никогда не встречали ни мужчину, ни женщину.

— Интересно, почему они выбрали именно наш дом? — задала вопрос Ольга.

— Вы говорили, что хотели продать его?

— Да, но только два месяца назад Олег наконец решил с этим разобраться.

— А соседей вы в известность не ставили?

— С какого перепугу-то? — пожал мощными плечами Литовченко. — Мы с ними даже не перезванивались!

— А я тебе говорила, что так нельзя, — с укоризной обратилась к мужу Ольга. — Соседи могут оказаться полезны, если с ними помягче, пообходительней…

Олег только презрительно фыркнул.

— Вы правы, — согласился Женька. — С соседями необходимо поддерживать хорошие отношения, ведь бывали случаи, когда соседи приходили на помощь в безвыходной ситуации. Между прочим, вам Кринкиных благодарить надо, так как они дали довольно точные описания преступников и фактически сняли с вас подозрения!

— Подозрения? — переспросил Литовченко, до которого, казалось, только сейчас дошло, что он запросто мог стать фигурантом в деле об убийстве. — Вы серьезно?!

— Да уж серьезней некуда! — вмешалась Рита. — Вы хоть понимаете, что убит человек?

— И не бомж какой-нибудь, случайно забредший сюда и ставший жертвой пьяной разборки, а артист! — подхватил Фисуненко, делая строгое лицо.

— Но нам ничего об этом неизвестно! — растерянно пробормотала Ольга и переглянулась с мужем, с которого потихоньку начала сползать маска безразличия, уступая место тревоге и даже страху. — Ни я, ни Олег понятия не имеем, кто такой этот Марк…

— Саблин, — подсказала Рита. — Так вы говорите, дом выставлен на продажу?

— Ну да, — закивал Литовченко. — Недавно. Риелтор сразу сказал, чтобы мы быстрой сделки не ждали, да и цену, скорее всего, сбросить придется — кризис ведь на дворе, сами понимаете. Но нам все равно, лишь бы продалось хоть за какие-нибудь деньги, а то ведь висит этот, с позволения сказать, дом, как ярмо на шее! Понятное дело, само здание вряд ли кому понадобится, а вот земля…

— Места здесь хорошие, — поддержала супруга Ольга. — Лес, озеро недалеко.

— Никто пока не обращался? — перебила Рита.

— Нет. Но ведь и времени всего ничего прошло! Помимо обращения к риелтору, мы еще на паре сайтов объявления разместили. С фотографиями и подробным описанием, — добавил Олег.

Получается, вот как «Полина» и «Вадик» нашли дом Литовченко — через Интернет? Тогда их вряд ли удастся быстро отыскать. Вот если бы они, как в былые времена, шастали по поселку с вопросами, не сдается или не продается ли где дом, тогда, вероятно, после опроса жителей появился бы хоть маленький шанс… А в наш век высоких технологий так легко остаться анонимом!

Достав из заднего кармана джинсов слегка помятый снимок, извлеченный из печки, Рита протянула его Ольге со словами:

— Это фото случайно не из вашего семейного альбома?

— Фу, гадость какая! — сморщилась женщина при виде выжженных глаз. — Кто это сотворил — убийцы?

— Скорее всего. Так как насчет…

— Я понятия не имею, кто эти люди! — уверенно проговорил Олег, как и жена, брезгуя прикасаться к снимку. — Никогда в жизни их не видел!

— Как вы можете быть уверены? — удивилась Рита. — У них ведь нет…

— Послушайте, я же знаю, что у бабки была только одна дочь, моя мать, — перебил он. — Бабка вырастила ее без мужа, потому что тот погиб на фронте. На фото определенно муж и жена — глядите, они сидят рядом, с ребенком на коленях… Не знаю я, кто этот мужик!

— Не сохранились ли альбомы с фотографиями, принадлежавшими вашей бабушке?

— Мы уничтожили их, — смущенно ответила Ольга после паузы. — Понимаете, у бабушки Олега было несколько старых альбомов, и его мама взяла кое-какие снимки на память, но хранить остальное нецелесообразно, ведь все это занимает много места!

— То есть вы не исключаете, что фото может быть из семейного альбома?

Ольга пожала плечами.

— Все возможно, — согласился ее муж. — У бабки было много знакомых — может, это кого-то из них фотография?

Дальнейший разговор не принес открытий: супруги не смогли сообщить ничего интересного. Пришлось довольствоваться телефоном риелтора, занимавшегося реализацией дома, и адресом его конторы в Питере, а также названиями сайтов, на которых муж и жена разместили объявления о продаже.

Литовченко, не пожелав даже проверить, не пропало ли чего, уехали так быстро, как только смогли, — Рита и Евгений лишь проводили взглядами их джип, рванувший по проселочной дороге к шоссе.

— Слушай, дело, скорее всего, передадут мне. Видимо, такова уж моя планида — иметь дело со знаменитостями… Так что давай ты займешься артистами? — попросил Женька, когда машина скрылась за поворотом. — Не хочу я с ними связываться без крайней нужды!

— Поговорю, о чем?

— Ну о фотке этой дурацкой, о чем же еще?

— Думаешь, фото имеет отношение к Саблину? — задумчиво спросила Рита.

— Его же грохнули — может, мстили за что, а может… Короче, поинтересуйся у его девушки. И с родственниками придется поговорить: если фотография имеет отношение к его семье, то только они могут сказать наверняка! Мне кажется, ты говорила, Саблин отнюдь не являлся миллионером?

— Да уж, дела у него шли не ахти, — согласилась Рита. — Даже до того, как он покинул группу.

— Значит, злодеям проще было потребовать бабки с Мирского!

— Тут их вряд ли ждал бы успех: Мирский на мели, он даже на клип денег занял. Если ему не удастся раскрутить Black’n’White в ближайшее время, он будет разорен!

— Между прочим, я не исключаю его участия в преступлении!

— Ты полагаешь, Мирский мог…