Возвращение блудного бумеранга - Дарья Калинина

— Что же?

— Пес поднял вой только после того, как его хозяйка оказалась мертва. А где он был до этого?

— Как где? Тут и был. В доме.

— В том-то и дело. Собака была в доме, но тревогу не подняла. А что это значит?

— Что?

— Старушку убил кто-то из своих! Из тех людей, кого пес очень хорошо знал и совсем не опасался!

От слов Робина всем, в том числе и подругам, стало очень не по себе. Что же это такое на свете творится? Что за зверь должен быть этот человек?

— Близкий человек, — пробормотал следователь. — Хм, очень интересно.

Муж Тамары Васико неожиданно насупился. Ему слова следователя явно не понравились.

— Вы на что намекаете? — произнес он. — На то, что кто-то из нас, из нашей семьи убил тетушку?

— Не обязательно вы. Убийца мог последовать за ней и из города. Где она жила? В Тбилиси?

— Да, в Тбилиси.

— И какой образ жизни вела?

На этот вопрос ответила Тамара:

— Тетя Изольда жила очень замкнуто. А после выхода на пенсию, почти совсем ни с кем не общалась.

— Но какой-то круг общения у нее должен был быть?

— Да. Родственники. Двое-трое подруг. Таких же одиноких, как и она сама. И…

— Ну? Говорите!

Тамара молчала. Было видно, что девушка подавлена. И не знает, как ей поступить.

— И кто еще был у вашей тети?

— Сын, — через силу выдавила Тамара.

— У вашей тети был сын?

Свекровь Тамары возмутилась:

— Ты же нам говорила, что твоя тетушка одинока!

— Не ругайте меня, мама! Я не могла сказать вам!

— Почему же?

— Это наша семейная тайна, — с надрывом произнесла Тамара. — Об этом у нас в семье не принято говорить!

— О чем?

— О Сандрике.

— Сандрик? Это и есть сын тети Изольды?

— Да.

— И что с ним не так?

— Все! — вырвалось у Тамары. — Все с ним не так!

— А если поподробней? — заинтересовался следователь.

— Он — игрок! Проматывает все деньги тети Изольды. А сколько раз к ней приходили его разгневанные кредиторы! И всегда она находила возможность расплатиться с ними. Да она почти по миру пошла из-за этого Сандрика! Он обворовывал ее, обворовывал своих родственников. Сколько позора тетя Изольда хлебнула с ним! Вам и не передать.

Наконец терпение тети Изольды лопнуло.

— Она его выгнала, — решительно произнесла Тамара. — И мы все вздохнули с облегчением. Не стало Сандрика, не стало и проблем.

— Да, это понятно. Но где сейчас сын вашей тети?

— Не знаю!

— А где работает?

— Нигде не работает, и чем он теперь живет, я не знаю. Впрочем, работать он не желал никогда. Чем промышляет, мне тоже не известно. Учиться он не захотел. Одним словом, не сын, а сплошной позор!

Тамара замолчала, вопросительно глядя на следователя. Мол, впечатлил ли вас мой рассказ? Следователя рассказ впечатлил. Он выглядел словно кот, который увидел бесхозное блюдечко со свежими сливками.

— Родной сын, — пробормотал он. — Надо же.

— Ну, не совсем он ей был родной, — поправила его Тамара.

— Как это?

— Ну, так. Не родной он, приемный.

— Что вы хотите этим сказать?

Тамара глубоко вздохнула и принялась пояснять, что она хотела сказать.

— Наша бедная тетя Изольда всегда хотела иметь мальчика, сына. А у нее даже девочка не получалась. И наконец они с мужем приняли решение усыновить чужого ребенка. Усыновили, воспитывали словно родного, а он… Он покатился по наклонной. Доводил своих приемных родителей до отчаяния. Потом дядя умер, не выдержал свалившегося на их голову позора. А тетя Изольда осталась вдвоем со своим несчастьем.

— Ненадолго, как я замечаю, — пробормотал следователь. — Теперь она тоже мертва. А ее сын… Юноша ведь был признан их законным сыном, я так понимаю?

— Все бумаги были оформлены.

— Значит, этот молодой человек остался единственным наследником вашей тети. Очень хорошо! А где я могу его найти?

Этого Тамара не знала. По ее словам, с тех пор, как тетя Изольда выгнала прохвоста из дома, он промышлял чем и где угодно. То крутил наперстки на рынке. То устраивал какие-то акционерные общества, которые прогорали с завидной регулярностью, принося доход только самим учредителям. Ну, и еще много разного, в том же духе.

— А где он жил?

Жил Сандрик на съемных квартирах. Но в последнее время прибился к какому-то мужчине, которого называл дядя Бадри. И о котором отзывался с большим уважением. Тетя Изольда такого уважения к этому человеку не испытывала. И подозревала, что это какой-то вор или вообще криминальный тип, который точно не научит Сандрика ничему хорошему.

— Квартира у вашей тети большая?

— Не очень. Три комнаты.

— А деньги?

— Кое-какие накопления у тети Изольды должны были сохраниться, несмотря на все старания Сандрика, — сказала Тамара. — Например, мне же она подарила старинное столовое серебро. И я точно знаю, дома у тети Изольды было еще много вещей в том же духе.

— Откуда?

— Дядя Амиран занимал в свое время большой пост в министерстве. И я знаю, что они с тетей Изольдой не бедствовали. Верней, не бедствовали, пока у них не появился Сандрик.

— А антикварные вещи откуда?

— Тетя Изольда любила, когда вокруг нее красивые вещи. И пока были деньги, покупала антиквариат.

Собственно говоря, скандал между Сандриком и его приемной матерью как раз и разгорелся из-за бронзовой статуэтки, которую молодой человек прихватил из дома. Он-то считал вещичку грошовой безделушкой, пропажу которой мать и не заметит. Но для тети Изольды, отлично знающей цену фигурки, это было последней каплей.

Когда Сандрик вернулся домой, он обнаружил, что ни один из его ключей не подходит к новым замкам. Какое-то время он пытался качать права. Но потом внезапно оставил тетю Изольду в покое и просто исчез.

Тетя Изольда вздохнула с облегчением. Она уже давно не испытывала иллюзий по поводу своего приемного сына. И считала, что передышка эта ненадолго. Сандрик исчез и больше не появлялся. Время от времени он звонил своей приемной матери, говорил, что у него все отлично, справлялся о ее здоровье и… и прощался, в очередной раз извинившись за свое поведение и пообещав вернуть все, на него потраченное.

— И все равно я ему не верю, — твердила тетя Изольда, избавившись от «сынули». — Мне кажется, что он замышляет что-то недоброе.