Право на кровь - Кирилл Казанцев

– Да ладно тебе, не бери в голову. Это ж игра, все понарошку. Будь этот дед вооружен, ты бы давно с дыркой в голове лежал…

Игра? От ярости, взметнувшейся со дна души, Макс даже оглох. Он держался из последних сил, старался не показывать виду. Парень, конечно, помнил про кобуру у Юрки под курткой. Он ни на секунду не сомневался, что тот выстрелит, наплевав и на свидетелей, и на полицию.

Те закончили ужин и снова цеплялись к таджику у кассы. Он выложил на стойку две пачки сигарет, менты забрали их и свалили.

– Ты хоть представляешь, какое у Жарова прикрытие, что за люди ему платят? Озверели они в своих кабинетах, хотят в реале в крутых мэнов поиграть, а не на компе. Так мы им поможем. Работа несложная – клиента на место доставить, помочь, прибрать за ним, если что не так пойдет…

– Ты псих, Дубровин, – оборвал его Макс снова не своим, жутко сдавленным голосом. – Ты больной. Тебя лечить надо.

Юрка скривился, бросил остатки стаканчика на стол, сгреб их в аккуратную кучку и заявил:

– Не хами, Макс, не советую. Тебе пятнадцать лет светило, если ты забыл.

– По твоей милости светило.

– По твоей дури! – отрезал Юрка. – На кой черт ты тогда влез? Кто тебя просил?

Никто, дурак был и баран самый настоящий. Отец прав, конечно, но теперь поздно каяться. Влип по полной. Что же делать? Юрка реально свихнулся. От прежнего Дубровина только оболочка осталась, а внутри… Это как зомби, живой мертвец. Он бывшего друга прикончит и не поморщится, как и многих до него, на войне и после.

Максу вспомнилась вдруг картинка, как они неделю назад от Жарова домой возвращались. Вечер, огни, свет фар, оцепление, люди в форме на дороге и простреленное лобовое стекло «семерки».

«А если это он тогда с клиентом ездил, когда я с тем блондином возился?» – подумал Макс, глядя в окно.

Юрка смел кусочки пластика в ладонь, сжал их, собрался что-то сказать, но Макс опередил его:

– Ты больной, тебе в дурку надо. Ты хоть понимаешь, что тебе и Жарову конец? Вы же оба покойники.

А он третий, прямо как в сказке. Макс теперь тоже с ними повязан, но выход есть, как у Сани – пуля в голову. Хорошо, если сам успеет…

– Я знаю, – спокойно сказал Юрка. – Но мне плевать, честное слово. Вдруг попы не врут и я своих увижу? Знаешь, я верю, что Пашка и Марина меня там ждут, а я вот… задержался. – Он скривился так, точно водки отхлебнул, провел ладонью по волосам, глянул исподлобья на Макса и добавил: – Если бы не ты, я бы Жарова не встретил. Он мне здорово помог, и я ему очень даже должен. Так что не дергайся и делай то, что я тебе скажу. Или я тебя грохну, и мне ничего за это не будет. Я псих, у меня справка есть. Сначала отца твоего прикончу и девку твою, а тебя на закуску оставлю. Все, поехали, уже поздно.

Юрка сел за руль, резко стартанул с места и погнал «девятку» по дороге. Макс сидел рядом и бессмысленно глядел перед собой. Чувство такое, будто летят они через тоннель, а там не выход, а стенка. Через минуту-другую машина врежется в нее, и все закончится.

Но «девятка» мчалась дальше по знакомым местам, проскочила поворот к городу. Впереди нарисовался указатель съезда на прилегающую дорогу, которая вела к дому Жарова.

– Останови. – Макс на полном ходу приоткрыл дверь, зажмурился от потока воздуха, ударившего в лицо, и приготовился прыгать.

Он понимал, что этот трюк может плохо закончиться, но ехать к Жарову было выше его сил. В голове парня вдруг появилась отрешенность, странное спокойствие. Будто за него кто-то все уже решил, и Максу осталось лишь привести приговор в исполнение.

«Посадят – плевать, за свое отвечу», – решил он.

Ему стало еще легче, появился кураж, дыхание выровнялось, сердце успокоилось. Наверное, так чувствуют себя шахиды, перед тем как соединить проводки.

«Девятка» сбавила скорость, взяла левее и остановилась на обочине.

Юрка весело глянул на Макса и сказал:

– Валяй, прогуляйся, тут недалеко, часа через два дома будешь. Настюхе от меня привет передавай и жди, когда позвоню. Телефон не выключай, если гостей не ждешь. Давай, топай. – Он выкинул вслед Максу бутылку с водой, дал по газам и уехал.

Вокруг не было никого, только шевелилась под ветром трава, на небе моргали огромные августовские звезды. Одна упала, прочертив за собой белый след, и сгинула где-то в черной дыре или тому подобной пропасти. Над головой парня пролетела большая птица.

– Сука! – Макс швырнул бутылку вслед «девятке». – Паскуда, сволочь! Почему ты в своих горах не подох? Скотина, тварь!

Орать он мог сколько угодно. Мир отвечал шелестом трав и дальним гулом машин, доносящимся с федеральной трассы. Здесь же по-прежнему никого не было, только ночь, ветер и бесстрастные звезды, видевшие на своем веку предостаточно.

Ярость прошла так же быстро, как и нахлынула. Парня накрыла зверская усталость. Ему очень хотелось пить, но бутылка с минералкой пропала где-то в темноте. Макс пошел по обочине, облизывая пересохшие губы.

В голове у него крутились не самые веселые мысли:

«Что делать? Нам всем конец, это понятно, но меня, в отличие от Юрки, на небесах никто не ждет. Все пока здесь, на грешной земле, обретаются. Настя, отец… Старик никуда не поедет, это и кошке ясно, упрется, будет стоять на своем. Но пока ему знать ни о чем не надо. А вот Настя – ей лучше исчезнуть, причем поскорее».

Девушка ждала его звонка. Она ответила после первого же гудка. Макс облегченно выдохнул, услышав ее сонный голос. Он спохватился – ведь поздно уже.

Но Настя ему и слова не дала сказать, сразу затараторила:

– Где ты? Что случилось? Когда приедешь?..

Он не мог ответить ни на один ее вопрос, собрался с духом и проговорил:

– Настя, я тут подумал, что тебе лучше уехать на время. Ты же хотела, помнишь?

Конечно, она еще как помнила и море, и южное солнце, и короткую зиму на родине, и родителей, которые ждали свою дочь. А еще Настя не забыла, что ее мужик пообещал поехать вместе с ней к родителям, причем в качестве законного мужа, не больше и не меньше. Она напомнила об этом Максу, и тот не знал, куда деваться.

– Я знаю, – пробормотал он. – Мы обязательно поедем. Вернее, я сам к тебе приеду, но позже. А ты уезжай сейчас.

– Макс, ты напился, – спокойно сказала Настя. – Что за повод, если не секрет? С Юркой надрались и по бабам поехали? В общем, так: катись, куда хочешь, а мне больше не звони. – Она нажала отбой, а потом и вовсе отключила мобильник.

Макс два раза прослушал «аппарат абонента выключен», выругался в темноту и побрел по дороге, ведущей к городу. Уже за полночь он открыл дверь отцовской квартиры и разбудил старика.

Тот крикнул из комнаты:

– Что, сынок, невеста выгнала?

– Выгнала. – Макс прошел к себе, плюхнулся на диван и уставился в створку шкафа, стоявшего напротив.