Чем черт не шутит - Татьяна Казакова

– А мне он ничего не сказал, – не выдержала я. – Если бы он предупредил меня, я бы постаралась вам понравиться. – Ольга Андреевна засмеялась.

– Он поступил по-честному. Если бы предупредил, я бы сразу почувствовала фальш. А ты мне сразу понравилась своей непосредственностью и простотой. После вашего визита мне показалось, что Вера смирилась, но я ошиблась.

– Что она вам сказала?

– Разные глупости, совсем рехнулась, думая, что я им поверю. Вера пока поживет у Ильи, а потом, как хочет. Может вернуться в Петербург к родителям, может остаться в Москве, Илья ей поможет с работой и купит ей квартиру. Со мной она не останется. Я не прощаю предательства. Теперь о тебе.

– А что обо мне? – переспросила я.

– Ты сделала глупость, уйдя из дома. Дом покидают только тогда, когда во всем разберутся, все обговорят и приходят вместе к определенному решению. Не стану уговаривать тебя вернуться, хотя это самое большое мое желание, да и на Александра смотреть больно. Он переживает. Но раз ушла, держи марку. Проучи его, как следует. Извини, mon chere, ко мне пришел врач, я позвоню тебе вечерком, – она отключилась. А я даже не спросила, как ее здоровье.

* * *

– О, ранняя пташка! Привет! – Наташка на высоченных каблуках легко, словно в тапочках, впорхнула в комнату. Уселась за стол и вдруг спросила.

– Слушай, ты здесь ничего не переставляла?

– С какой стати?

– Вроде мебель как-то не так стоит, – Наташка еще раз окинула взглядом кабинет и махнула рукой – Наверное, уборщица. С кем беседовала с утра пораньше? – кивнула головой на трубку, которая все еще была у меня в руке. Я вкратце пересказала ей наш разговор.

– Вот видишь, все отлично складывается. А бабуля просто прелесть. Да, совсем забыла, Лариски сегодня не будет. Она поехала в Санэпидстанцию, потом в «Водоканал». Ну, пойдем, вниз, посмотрим, что тут у нас делается. – Мы стали спускаться по лестнице. Наташка вдруг засмеялась.

– Ну и дуры мы с тобой, вчера с этим телевизором просто анекдот получился. Я Петьке рассказала, так он час ржал, – она огляделась и показала на барную стойку. – Смотри, не успел Руслан появиться, как около него уже куча девок сидит. Но интересуется он, кажется, одной, – и посмотрела на меня загадочно.

– Что ты хочешь сказать?

– Не прикидывайся. Прекрасно знаешь, о ком я говорю.

– Ей-богу не знаю, – честно сказала я.

– Да о тебе, господи, нельзя же быть такой слепой. Уже все заметили.

– Наташ, он, безусловно, красавчик. Я, конечно, польщена, но голова у меня забита другим. Кстати, если уж мы заговорили о воздыхателях давай и про твоего поговорим. – Наташка только хмыкнула, а я продолжала – А он, между прочим, сегодня напугал меня до смерти. Крался, как кот по карнизу, от чердака спускался. Говорит «проверял» А чего там проверять? Замок?

– Пускай проверяет, не бери в голову.

– Наташ, как ты думаешь, у Руслана хорошее зрение?

– Ну, если он тебя увидел, значит хорошее.

– Я серьезно. Он с усами, – прошептала я, – может у него линзы.

– Знаешь, это паранойя. Невозможно всех усатых мужиков подозревать, – она направилась к барной стойке, взяла два безалкоголькных коктейля.

Мы прошли в маленькую гостиную и расположились на диване. Напротив сидели две пожилые женщины и, не обращая на нас внимания, продолжали о чем-то оживленно беседовать. Мы потягивали коктейли и невольно прислушались.

– Дуры мы с тобой, Инка. – Инка удивленно подняла бровки. Мы всю жизнь думали, что лучший прибор – стиральная машина.

– Но, согласись Лидочка, стиральная машина здорово облегчает жизнь.

– А вибратор облегчает еще лучше.

– Что ты говоришь?

Мы с Наташкой, стараясь сохранить невозмутимый вид, замерли, ожидая продолжения.

– Конечно, вон им, – кивнула на нас Лидочка, – пока не надо этим пользоваться, а нам просто необходимо. Мне даже гинеколог сказал, что половые отношения очень полезны в нашем возрасте. А где же я в своем возрасте мужика найду? – Инка согласно кивнула. – Вот мне и посоветовали купить вибратор.

– Ну и как?

– Это что-то, – и она перешла на шепот. Мы, не сговариваясь, вышли в холл. Там, не выдержав, расхохотались.

– Надо же, – удивилась Наташка, – а я почему-то думала, что пожилым уже не до того.

– Да, – задумчиво произнесла я. – Столько нового узнаешь столько интересного.

– Нам бы лучше со старым разобраться. Вчера весь вечер Ольге звонила, никто не отвечает. Может, Лариске удалось с Борькой связаться. – Наташка вздохнула. – Знаешь, мне все-таки кажется, что это все не то. Эдик еще туда-сюда, но Борька – нет. Это не он. И вообще непонятно, зачем машину надо было взрывать? Ведь если бы ты погибла, значит, денег не с кого было бы требовать.

– Тогда бы принялся за вас, – заметила я.

– Ой, правда. Что же делать? Деньги мы все равно отдать не можем. И почему их надо кому-то отдавать?

– Но этот кто-то знал, что деньги были. От кого? Я уже всю башку сломала. Думаю, все-таки от Игоря Моисеевича.

– А может это его сын или брат?

– У него не было детей. Это точно. С женой он давно развелся. Мой отец говорил, что она в Америку укатила к своим родственникам. Пожалуй, позвоню-ка я папуле, попробую что-нибудь выяснить.

– Заодно спроси, были ли у шефа друзья.

– Про друзей я не подумала. Пойду прямо сейчас позвоню.

Отец жутко обрадовался, поскольку я редко ему звоню. Ответив на его вопросы про всех родственников и, задав ему дежурные вопросы о здоровье, приступила к главному.

– Пап, ты не помнишь, у Игоря Моисеевича были родственники?

– Зачем тебе? – Папуле обязательно все надо знать. – Он же умер.

– Вот именно, объявились какие-то родственники, у него же квартира в центре осталась. – «Если спросит, откуда мне это известно, даже не представляю, что придумать».

– У него нет родственников, жена давно уехала, брат умер. Возможно племянники.

– А племянники были?

– Я уже не помню. Вроде был кто-то, кажется, мальчик.

– Маленький?

– Теперь-то уже взрослый. Почему тебя это интересует?

«Так и знала».

– Понимаешь, мне со старой работы позвонили, сказали, что Игоря Моисеевича кто-то разыскивал, сказал, что родственник. Им это показалось подозрительным, вот и попросили меня выяснить. В общем, это совершенно неважно. Ты в Москву когда собираешься?

– Пока не знаю, – он немного растерялся.

– Может быть, я сама к тебе приеду – пообещала я.

– Доченька, мы так будем рады. А почему ты сказала «я сама». Ты что, одна хочешь приехать, без Саши? Вы поругались? Да? – В голосе звучала паника. Нет, не буду его огорчать.