Полуночный танец кентавров - Дарья Калинина

– Вот! Слушайте! И смотрите!

Василий Петрович и Алена послушно уставились на экран, где увидели одного из местных ведущих, весьма популярную личность, славящуюся своим злым языком и неумеренными остротами в адрес всех и вся. Сейчас этот типчик сидел в обществе двух женщин.

– Это же Арина! И тетя Вера!

– Вы послушайте, послушайте, что говорят про вас эти гадины!

Алена прислушалась и поняла, что тетка Вера с экрана поливает грязью ее и мужа, да еще так, что буквально уши вянут.

– Я очень хорошо и близко знаю этих людей. Моя дочь практически выросла вместе с Аленой.

– Вы имеете в виду Алену Игоревну – супругу нашего рвущегося к власти новичка?

– Ее самую. И я хочу сказать, что они с муженьком – два сапога пара. Оба от жадности и спеси уже людей не видят. Алена каждый год по два, а то и три раза катается в Европу, скупает там все магазины. И ей губернаторство мужа нужно лишь для того, чтобы делать это еще чаще. Она сама говорила мне, как ждет победы мужа на предстоящих выборах. Еще бы, ведь тогда она сможет вообще ни в чем себе не отказывать!

– Но Василий Петрович очень много тратит на благотворительность. Этого мы никак не можем отрицать.

– Все вранье! Он дает деньги подставным лицам, которые ему их затем возвращают. Естественно, они получают свои комиссионные, но это минимальный убыток, который к тому же помогает вашему замечательному Василию Петровичу уйти от уплаты налогов и тем самым вернуть себе потраченные деньги сторицей.

Алена слушала и не верила своим ушам. А тетка Вера все не унималась:

– Василий Петрович, которого вы тут так нахваливаете, на самом деле имеет преступное прошлое. Да и сейчас он не отошел от криминала.

– Боже, что она плетет? – прошептала Алена. – Это же какая-то невероятная ерунда! Бред умалишенной.

– А мне кажется, что твоя тетя Вера очень убедительна. Она даже меня почти убедила в том, какой я плохой.

Тетка Вера продолжала вещать дальше. Не обошлось и без упоминания об убитой Зыковой.

– Это была моя близкая подруга. По моему совету она приехала в «Дубочки», чтобы подлечить свое здоровье. И ее убили. А за день до смерти она призналась мне в том, что в ее жизни появился мужчина. Что он очень богат и влиятелен, но, к сожалению, женат.

– Так обычно и бывает, – поддакнул ей ведущий.

– И поэтому они должны были держать свои отношения в тайне.

– Разумная мера предосторожности.

– Но мне подруга призналась в том, кто является ее возлюбленным. И я уверена, что ее убийство не что иное как попытка вашего замечательного будущего губернатора скрыть свой роман от законной жены!

Студия ахнула. И даже видавший виды ведущий слегка оторопел.

– Вы обвиняете Василия Петровича в убийстве вашей подруги? – пробормотал он, снова придя в себя.

– Я всего лишь констатирую факты. Моя подруга встречалась с этим человеком, она даже провела с ним весь вечер накануне своей смерти, возможно, что и ночью она тоже была с ним. И уже следующим утром мы все узнали, что она мертва.

Алена молча повернулась в сторону своего мужа.

– Вася?.. Это что такое она говорит?

– Я не знаю.

Вид у Василия Петровича был злой и несчастный.

– Вася, почему она упрекает тебя в связи с Зыковой?

– Понятия не имею.

– Ты встречался с этой женщиной?

– Может быть… Я не помню. Где-нибудь в общественном месте мы могли с ней пересечься. В конце концов, наши «Дубочки» совсем не так уж велики.

– А наедине ты с ней виделся?

– Алена!.. Замолчи!

– Нет уж, позволь, Вася! – возмутилась Алена. – Я хочу обсудить эту тему.

– Позволь тогда спросить тебя саму: ты сошла с ума? Зачем мне нужна эта престарелая красотка с ее высохшими прелестями?

Но Алена услышала в словах мужа не лестную похвалу, а кое-что совсем другое.

– Значит, ты все-таки ее помнишь, раз знаешь, как она выглядела!

Василий Петрович помрачнел еще больше. Он вскочил с кровати, ничуть не стесняясь присутствия в их спальне Натальи Кирилловны и того, что сам он был в пижаме.

– Мне надо идти. Я не могу оставить этого просто так!

Алена пыталась поговорить с мужем, но Василий Петрович так быстро собирался, что ей никак не удавалось вклиниться между натягиванием брюк и поиском подходящей рубашки. Наталья Кирилловна уже давно была выдворена из спальни, но дела это не изменило. Даже наедине с женой Василий Петрович не желал признаться в том, что же связывало его с покойной Зыковой.

Впрочем, убегая из дома, Василий Петрович все же взял жену за подбородок и, глядя ей прямо в глаза, сказал:

– Аленушка, я хочу, чтобы ты знала: я с этой женщиной не встречался в том плане, в каком ты это подразумеваешь. Я люблю только тебя, и я верен тебе.

Это немного приободрило Алену, но все равно она чувствовала, что муж не до конца откровенен с ней.

Не успел уйти Василий Петрович, как Алене позвонила Таня.

– У меня плохие новости, – озабоченно произнесла она.

– Да, я уже смотрела телевизор.

– При чем тут телевизор? Наташа пропала.

– Как это пропала?

– А вот так… Она не ночевала сегодня ночью дома. Утром тоже не появилась. Ее мать говорит, что и днем дочери тоже не было дома: когда она вернулась с работы, дом был закрыт, а Наташи не было.

– Правильно, я приходила к Наташе вчера сразу же после тебя, хотела с ней поговорить, но мне никто не открыл.

– Вот и теперь Екатерина Павловна требует, чтобы мы начали поиски ее дочери. Дескать, девочка не могла вот так взять и исчезнуть, ничего ей не сказав. С ней что-то случилось.

– Но ведь Наташа молода… К тому же, как ты говорила, у нее появился возлюбленный.

– Может и так, но ее мать в панике. Телефон у Наташи выключен. Записки, куда отправилась, девушка не оставила. В общем, мать не находит себе места. А когда Екатерина Павловна в таком состоянии, то работать она, ясное дело, не может.

Помолчав, Таня предупредила:

– Если мы не найдем Наташу, то понесем большие убытки, потому что в народе Екатерина Павловна слывет почти что волшебницей. В очередь к ней записываются за месяцы. Но Наташу свою она любит пуще жизни. Пока Наташа не найдется, Екатерина Павловна – не работник.

– Конечно, надо найти девочку, – согласилась Алена. – И вовсе не из-за каких-то там убытков. Я сейчас же позвоню Ване, предупрежу, что у нас новое ЧП.

Однако Ваня серьезности момента не учел, а просто отмахнулся:

– Подумаешь, девка дома не ночевала. Какая беда? Вернется.