Правила вождения за нос - Галина Куликова

— Кто стоит, пусть сядет. Владимир Чекмарев вывалился сбалкона.

— Черт, — ругнулся Таганов, со всего маха бросаяна стол записную книжку. — Я ведь вчера с ним виделся.

— А ты ничем не мог его спровоцировать? — хмуропоинтересовался Пучков.

— Я был ласков, как мама, — раздраженно сказалтот. — Только что не облизывал его.

— И как он тебе показался?

— Он злился и брызгал слюной. Догадался, что это мы нанего оперативников навели. И еще он здорово нервничал.

— Не зря, выходит, нервничал, — пробормотал Стас.

— Почувствовал какую-то опасность? — вслух подумалПучков.

— Самсонов, третий по счету жених Шороховой, тожевывалился с балкона, — обронила Вероника Матвеевна.

— По крайней мере, мы точно знаем одно: Степана Фокинав тот момент в квартире Чекмарева не было, — заметил Пучков.

Прямо от Настиного подъезда Степана Фокина «повел» один извнештатных сотрудников агентства. Пучков решил, что нужно понаблюдать запотомком ротмистра Шестакова после того, как ему расскажут о начатомрасследовании.

— Когда это случилось?

— Примерно около шести утра. Тело нашел сосед,выгуливавший собаку. Чекмарев упал в палисадник за домом.

Судя по всему, никто не видел, как он падал.

— У дилетанта не так уж много способов расправиться сжертвой. Один раз ему удался номер с выталкиванием с балкона. И он в критическойситуации пользуется им снова.

— Выходит, Чекмарев мог рассказать что-товажное, — устало вздохнул Таганов. — А мы его расколоть не смогли.

Я в частности.

— А почему вы вообще решили, что это убийство? —подала голос Вероника Матвеевна. — Может быть, самоубийство? Вырастревожили его накануне. Сначала Стас, потом этот допрос.., с криками. Авчера — Саша.

— Ну и что? — пожал плечами Стас. — У негобыло время успокоиться. Да и вообще: не похож он на типа, склонного к суициду.

— Давайте подумаем, что у нас есть, — предложилПучков. — Начиная с девяносто первого года, у нас есть четыре трупа —включая Чекмарева — и раненый Фадеев.

Кстати, кто-нибудь узнавал, он еще жив?

— Жив, — ответила Вероника Матвеевна. — Яслежу.

— Один упал с лестницы, второй предположительноскончался от передозировки наркотиков, двое выпали с балкона. Если этоубийства, то все закамуфлированы под несчастные случаи.

— Убить Чекмарева могли только с одной целью — скрытьпредыдущие преступления. Значит, мы имеем дело с убийствами и убийцей.

— Но Чекмарев был связан только с Павлом Локтевым!

— Хорошо. Допустим, Локтева кто-то действительноотправил на тот свет, — Пучков постучал ручкой по столу. — Из этогововсе не следует, что та же участь постигла Торопцева и Самсонова.

— Но почерк! — воскликнул Стас. — Самсонов,который вроде бы не имеет ничего общего с Чекмаревым, тоже вылетел с балкона!Следовательно, если этих двоих что-то и связывает, то именно личность убийцы!

Все это напоминало Стасу логические задачки, которые он таклюбил решать в электричках в студенческие времена. Четверо мужчин зашли вмагазин «Охотник и рыболов». Того, который купил удочку, звали не Василий и неИван. Мужчина в клетчатой рубашке купил не грузило и не поплавок… Семеном звалимужчину, на котором не было свитера…

— Хорошо, — подытожил Пучков. — Будемсчитать, что убийца существует. Что он убил Чекмарева потому, что тот мог егоузнать.

— Я ему показывал фотографии всех, кто проходит поделу, — сообщил Саша Таганов. — Он уверял, что ему не знакомо ни однолицо.

— Возможно, он врал, — предположил Стас. —Дело давнее, ему не хотелось идти в свидетели. Нельзя забывать, при какихобстоятельствах убили Локтева. Наркоманы, притон… Вы ж понимаете. ПоэтомуЧекмарев решил сделать вид, что ничего толком не помнит. Выходит, убийцу оннедооценил.

— И мы недооценили, — поддакнула ВероникаМатвеевна.

— Избавившись от Чекмарева, убийца отрезал однуниточку, которая могла бы привести к нему. Но, на мой взгляд, у нас естьвторая.

— Регина Никонова?

— Могу с уверенностью сказать, что эта женщина не жилав гостинице «Северная». Кто-то жил там вместо нее.

С ее паспортом.

— Я уже дал эту информацию оперативникам, расследующимдело о покушении на Фадеева, — сказал Пучков. — Если у них что-тобудет, они мне сообщат.

— А мы сами, что, не станем больше ничего предприниматьв этом направлении?

— Зачем? Они расследуют покушение на Фадеева. А мырассматриваем это покушение в связке с другими, которые объединяет личностьШороховой. Кроме того, у нас людей меньше.

— Кто бы спорил, — пробормотал Стас.

Тем временем у него созрела идея показать Анастасии всематериалы, собранные по делу о так называемом фамильном проклятии. Вдруг в этомворохе бумаг она сможет углядеть что-то, ускользнувшее от него самого?

Он позвонил в «Экодизайн» и, естественно, нарвался наГорянского.

— Захар, голубчик! — воскликнул он таким тоном,каким добрый профессор разговаривает с нерадивым студентом. — Как вашираны, не ноют? Это Стас, узнали? Хотел бы поговорить с Настей.

— Она занята, — ответил тот мрачно. — У настут учреждение, а не бордель! — И бросил трубку.

— Нахал, — обронил Стас, усмехнувшись.

— Надеюсь, Горянский не стал у тебя главнымподозреваемым потому, что он неравнодушен к Насте Шороховой? — немедленнопризвала его к ответу Вероника Матвеевна.

— Горянский не был знаком с Торопцевым, — тут жеответил Стас, который с удовольствием уличил бы Захара в каком-нибудьзлодействе.

— Стас, как у тебя настроение? — спросил СашаТаганов, дождавшись, пока Вероника Матвеевна вышла из приемной.

— Стабильное, а что?

— Хочу его испортить, — пояснил Саша, бегаяглазами по сторонам. — Сразу надо было, но я как-то стушевался.

Знаешь, тут такая вещь открылась… — Он потер затылок, потомподергал себя за нос, как будто совершал какой-то ритуал. — Ты вчеравечером с Вероникой по телефону разговаривал…

— Ну?

— И проболтался, что твоя жена собирается делатьочередную подтяжку лица. Будто она собирает чемодан и уже вызвала такси.

— Ну?

— Ну, ну, баранки гну. Вероника сказала, что в стольюном возрасте так часто подтяжки лица не делают. Вообще не делают.

— Ну?

— Еще раз скажешь «ну», дам по голове. Кроме того,ложиться в клинику с вечера — довольно глупо.