Имя мне легион - Антон Леонтьев

– Девушка, девушка, подождите! – услышала она позади себя голос и машинально обернулась.

К ней спешил тот самый милиционер, сжимая что-то в руке. У Маши подкосились ноги – показалось, будто в руке он держит пистолет! Ее кошмар стал реальностью!

– Это же вы потеряли? Я видел, выпало из вашей тележки! – произнес мужчина и протянул ей упаковку моцареллы.

Маша пробормотала невнятные слова благодарности и заспешила прочь. И снова ее сердце билось, как будто она без остановки пробежала марафонскую дистанцию.

Побросав покупки на заднее сиденье машины, Маша завела мотор и порулила прочь со стоянки. Девушка заметила, что руки ее мелко дрожат. Она что, созрела для того, чтобы стать пациенткой психиатра?

Маша включила радио – и тотчас выключила его: какой-то «эксперт» заумным голосом рассуждал о причинах, толкнувших майора Блинова стрелять в безоружных людей в столичном супермаркете.

Олег проживал в удивительной красоты элитном жилом комплексе на берегу Яузы. Светло-розовый, затейливой архитектуры дом был чрезвычайно престижным местом обитания.

В выложенном розовым мрамором и кварцем вестибюле Маша доложила охраннику, что направляется к Олегу Валентиновичу. Уже предупрежденный о ее визите охранник по имени Леша поздоровался с ней, как со старой знакомой, и помог донести пакет с продуктами до лифта.

Квартира Олега располагалась на последнем этаже и насчитывала семь комнат, расположенных на двух уровнях. Удивительно – еще несколько недель назад хозяйкой тут была она, Маша, потом здесь царила Алина…

Дверь квартиры оказалась приоткрытой. Девушка прошла в просторный холл – откуда-то из глубин квартиры донесся натужный кашель. Маша прекрасно знала, что Олег – как, впрочем, и все мужчины! – был паникером и ипохондриком. Он трясся над своим здоровьем, подозревая в каждой безобидной болячке симптомы страшного онкологического заболевания.

Маша отправилась на гигантскую, оборудованную по последнему слову техники кухню и водрузила пакет на черную мраморную поверхность стола. Крикнула:

– Олег, я пришла!

Вслед за этим она услышала шаркающие шаги. И, трепеща от ужаса, обернулась, задев пакет, который глухо шмякнулся на пол, – шаги Олега были так похожи на шаги майора Блинова!

Маша принялась собирать рассыпавшиеся по полу продукты, подняла глаза – и увидела Олега. Тот был облачен в длинный шелковый халат, горло замотано стильным кашне. Выглядел ее бывший далеко не блестяще. Почувствовав внезапный прилив нежности, девушка бросилась к нему и поцеловала в небритую щеку.

Олег, натужно кашляя, отстранил ее и хрипло произнес:

– Машутка, как можно быть такой неуклюжей! Ты что, раздавила йогурт?

Как обычно, Олег все испортил. Да, он мог ужасно действовать на нервы, перечисляя, что Маша сделала неправильно. Причем если верить Олегу, то неправильно она делала абсолютно все! Анализируя после расставания их отношения, девушка пришла к выводу, что ни разу не слышала от любимого ни слова похвалы!

Подбирая с пола остатки йогурта, Маша искоса поглядывала на Олега – лицо у него было чрезвычайно бледное, глаза припухли, под ними залегли глубокие желто-черные тени.

Маша принялась готовить обед, который, впрочем, мог именоваться ужином. Хозяин квартиры, оставив ее одну, удалился на второй этаж, в спальню. Принеся ему поднос с тарелкой дымящегося овощного супа, она заметила, что в спальне царит подлинный хаос. Так не похоже на Олега, чрезвычайно педантичного, помешанного на порядке субъекта!

Больной, накрывшись одеялом, возлежал на огромной кровати. Когда-то это была их кровать, потом вместо нее там оказалась Алина… Маша опустила поднос на туалетный столик, уселась рядом с Олегом и принялась гладить его по голове.

– Мне так плохо, так плохо! – простонал ее бывший. – Меня всего трясет! И таблетки, которые прописал шарлатан-врач, не помогают!

Маша положила руку ему на лоб. Температуры явно нет, даже наоборот, лоб был холодный.

– Это все нервы! – мягко сказала девушка, понимая, что Олега надо чем-то утешить. – Ты не поверишь, мне все время мерещится, будто меня преследует тот самый милиционер…

Однако она не успела рассказать о своих страхах, потому что Олег принялся вываливать на нее все свои беды и проблемы. Он обожал говорить только об одном человеке – о самом себе.

– Мне сейчас надо быть в редакции, ведь на носу декабрьский, самый важный, новогодний номер, а я торчу у себя в квартире! Наши балбесы без меня не в состоянии ни с чем справиться! А моя заместительница надумала венчаться и укатила на днях в Ниццу. Вся работа повисла на мне! И вообще, какой нормальный человек устраивает свадьбу в ноябре?

Маша, некстати вспомнив, что они с Олегом хотели пожениться летом, быстро переменила тему и уговорила того перекусить. Олег с большим аппетитом проглотил приготовленный ею овощной суп, отметив, правда, что тот пересолен (Маша вообще не солила его!), затем потребовал добавки.

Девушка стояла уже на пороге, когда до нее донесся хриплый голос Олега:

– Машутка, я сделал большую ошибку, позволив тебе уйти от меня. Однако теперь все будет иначе! Я тебе обещаю! Зачем ты только меня бросила?

Вернувшись с новой порцией супа, Маша обнаружила, что Олег уже спит. Она не стала будить его, прикрыла одеялом, выключила в спальне свет и спустилась вниз.

Вообще-то ее миссия была завершена. По первому зову своего бывшего она примчалась к нему на квартиру, приготовила обед, выслушала все его стенания и жалобы и могла теперь возвращаться к себе. Неужели после кончины Алины все вернется на круги своя? Вероятно, Олег думает, что Маша спит и видит, как бы вновь сделаться его вечной невестой. Совсем недавно так и было, но сейчас… Нет, все изменилось, окончательно и бесповоротно! Да и не верила Маша, что Олег снова воспылал к ней любовью – ему требовался рядом надежный и заслуживающий доверия человек, кто бы денно и нощно дежурил около него, выполнял его прихоти и выслушивал нудные монологи. Олегу требовалась не подруга или жена, а нянька и горничная!

Сначала Маша решила вернуться к себе домой, однако потом передумала: да, Олег повел себя с ней не по-джентльменски, однако это не значило, что нужно бросить его в беде. Маша с большой чашкой какао устроилась на первом этаже, на огромной кожаной софе.

Телевизор она включать не стала, а, отыскав старый американский детектив, залезла с ногами на софу и, попивая крошечными глоточками какао, принялась читать о событиях в довоенном Чикаго. На какое-то время ей удалось забыть обо всех проблемах, но вдруг странный звук со второго этажа вернул девушку в реальность.

Маша взглянула на часы – было двадцать минут первого ночи. Звук повторился, и она поднялась по лестнице наверх. Олега в кровати не было, только смятое одеяло. Маша постучала в дверь ванной комнаты, спросив:

– Олег, тебе требуется помощь?