VIP-услуги для змеюки - Маргарита Южина

– Люсенька, ты понимаешь, я увидела, что за нами идет слежка, – печально проговорила Василиса и надолго замолчала. Люся даже нервничать начала, но подруга вновь раскрыла уста: – Я думала, за нами слежка, да! Потому что я этого мужчину уже не первый раз видела! Ну, ты помнишь того человека в черном… мы тогда еще к Татьяне Рябовой ходили…

– Это из-за которого ты нам чуть все дело не загубила? Все боялась, что он тебя не дождется?

– Ну и разве я не права была? Ведь не дождался же! А все ты! – вспомнила давнишнюю обиду Василиса.

– И чего? Ты его опять увидела?

– Ну конечно! Смотрю – он на нас так уставился! На меня то есть. Я хотела к нему подбежать, познакомиться… Нет, я хотела тряхануть его как следует и выпытать – чего это он за нами шпионит. А он увидел, что я к нему тороплюсь, ну и… сел в машину и уехал. Я к тебе хотела, а ты уже тоже уехала. Так что садись, рассказывай.

Люся уселась за стол и, уплетая ужин, рассказала, как прошло знакомство с Соней и ее матушкой.

– Соня эта очень положительной мне показалась. Про Анну ничего определенного сказать не сказала, так – неплохая руководительница, ничего плохого о ней никто ничего не говорил… Девчонки тоже нормальные. Про Юльку Бусину долго беседовали.

– Это про маникюршу, да?

– Про нее. Родители у нее бизнесмены, квартира от них досталась.

– Ну и остальное благополучие тоже, наверное.

– И остальное. Ни в чем себе не отказывает, водит дружбу с различными типами, и с семейной Соней ей теперь дружить неинтересно. Да та и сама не рвется.

– А про змейку? Про змейку что Соня сказала? И впрямь из-за этого раньше срока в декрет ушла? – вспомнила Василиса.

– Да ну, обсмеяла она меня со змейкой этой. Она и не помнит, что там у нее на столе валялось, кучами игрушки для своего ребенка покупала.

– Выходит, и Соня нам ничего не дала, – вздохнула Василиса. – Ну что ж, получается, что я не зря от тебя к мужику сбежала… То есть преследовала шпиона, а то бы только зря время провела.

– А вот и не зря! – треснула вилкой о тарелку Люся. – Вот и не зря! Мы вынуждены по крупинкам информацию собирать, а я нашла сегодня такую крупинку… Я узнала адрес Фаи! Это родная тетка Сони.

– Можно было спросить еще адрес ее дядюшки и всей родовы до десятого колена, – сумничала Василиса.

– Нужно будет – узнаю! А Фая вместе с Анной Петровной в школе училась – это раз! А потом еще помогла ей «Клеопатру» открыть – это два! И уж лазейку к знакомым Анны она нам точно откроет! Как тебе это три?

Василиса сообразила, что в данный момент оказалась не на высоте, и немедленно поменяла тон.

– Так, значит, завтра к Фаине, да? – переспросила она. – Я уж с ней поговорю, можешь на меня положиться. Я даже уже легенду придумала!

– Поговоришь… если тебе опять какой-нибудь поклонник не померещится, – фыркнула Люся.

Василиса ответить не успела – в дверь кто-то напористо позвонил и даже начал постукивать кулаком. Люся побежала открывать.

– Володя, звонок отпусти! Я уже тут… – крикнула она еще через дверь, отпирая замки, своему гражданскому зятю, увидев его личность в «глазок».

Володя был явно не в себе. Он упрямо держал палец на звонке и не понимал, что делает. Пришлось его втащить в комнату силком, затянуть на кухню, плюхнуть на табурет и тогда уже расспрашивать.

– Что случилось, Володя? – нервничала Люся. – Что-нибудь с Ольгой? Говори все как есть, я ко всему готова.

– Ольга? Я не знаю… – пробормотал тот.

Люся с облегчением выдохнула. Но зять вдруг схватил ее за руку и тряхнул точно грушу.

– Скажите, у Марины действительно будет ребенок? Ну скажите же!

Люся не знала никакой Марины. Однако Володя никак не отпускал ее руку и говорил все громче:

– Людмила Ефимовна! Ну скажите же мне! Как сыну, скажите! У Марины правда будет ребенок?

Василиса уперла руки в бока и сурово нахмурилась.

– Люсинда! Не терзай мальчика! Быстро отвечай – будет ли в ближайшее время у Марины ребенок! Мальчик нервничает!

– Не жалейте меня! – чуть не отрывал руку гражданской тещи Володя.

– Хорошо, хорошо, не буду терзать… Володя, да отпусти же ты руку! Ладно! Скажи мне, кто такая Марина, я пойду и спрошу у нее, не ожидает ли она пополнения. Прямо такие вот ерундовые вопросы без меня решить не могут…

– Позвольте! Что значит – спрошу?! – взвился Володя. – А разве вы не знаете? А зачем же вы Ольге сообщили?

– Я?! Ничего я ей не сообщала! – возмутилась Люся. – Василиса, может, ты что-нибудь перепутала, как всегда?

Василиса лихорадочно вспоминала, что она могла перепутать.

– Да нет, Люся, я в последнее время с Ольгой и не говорила почти, все больше ты. Я, конечно, хотела бы ее попросить из Канады на память клюшку привезти, поскольку это страна хоккея и сильных спортивных мужчин, но неудобно как-то было…

Володя вскочил и забегал по кухне, натыкаясь на стены.

– Подождите! При чем здесь клюшки?! Людмила Ефимовна! Ольга мне только что звонила и сказала, что вы ей передали, будто Марина, моя студентка, на втором месяце от счастья и я в августе стану отцом! Разве не так?

– Ну, вам с Мариной виднее…

– Вы это говорили? – вышел из себя Володя.

– Я?! Как я могла такое говорить? Я никогда не даю непроверенные сведения! Тем более за границу! – обиделась она.

– Тьфу ты, господи, – выдохнул Володя, схватил чайник и прилип к носику. Прилип ненадолго – чайник вскипел минут пять назад. – Ах ты, черт, обжегся… А вообще-то это было бы неплохо… в августе стать папой. Эдакого бы карапуза…

Володя вскочил и стремительно вылетел вон из квартиры.

– Вот ведь ненормальный! – покачала ему вслед головой Василиса. – А жалко, если он тебе настоящим зятем не станет. Вы с ним так похожи – оба без царя в голове.

Люся не отвечала.

– Ты о чем сейчас думаешь-то? – ткнула ее Василиса в бок. – Обиделась, что ли?

– При чем тут обиды? – нахмурилась Люся. – У меня убийство в голове вертится… Я вот думаю, кто же все-таки приходил в милицию? Кто-то ведь знал о намечающемся убийстве. Или догадывался. Кто? Да еще и мужчина этот из головы не выходит…

– Какой мужчина?

– Ну сама же говорила – кто-то меня настойчиво спрашивал, друг детства…

– А, это… Да выбрось из головы, никто тебя не спрашивал, это я так придумала, чтобы ты разговаривать начала, а то дуешься, дуешься…

Людмила Ефимовна стала медленно подниматься со стула, а рука ее шарила в поисках швабры. В минуты гнева она могла испугать кого угодно.

– Люся, успокойся, я сейчас же позвоню Пашке! Я сейчас из него вытрясу, кто к ним приходил! Люся, не надо злиться, видишь, я уже номер набираю! – залепетала Василиса.