Венчальное кольцо Нибелунгов - Ирина Градова

– Его рука отличалась от первой. У того она небольшая, легкая, но цепкая. Очень холодная, ухоженная. А у этого – крупная и тяжелая, если можно сказать, крестьянская.

– Затем?

– Меня отвезли в центр и усадили на ту же скамейку, откуда похитили.

– Это я ей сказал, – вмешался Геннадий. – Она не представляла, где находится!

– Я позвонила Гене. С мобильного.

– У вас все это время имелся при себе телефон, и вы не попытались… – начала Рита, но Алина перебила:

– Телефон у меня забрали. Когда я пришла в себя, то первым делом хотела найти сотовый, но он исчез.

– А как его вернули?

– Наверное, положили в карман шубы. Во всяком случае, я его там обнаружила, когда засунула руку. И еще вот это.

Алина пошарила ладонью по сиденью. Когда певица разжала руку, Рита увидела маленького белого ангела, вырезанного из кости. Его личико было искусно раскрашено, а крылья и вовсе казались живыми на ощупь.

– Недешевая вещица, – заметила Рита, разглядывая фигурку. – Похоже, не из магазина, а сделана на заказ. Что в вашей жизни связано с ангелами, Алина?

– Не представляю!

– Плохо. А что сказал Женя… то есть капитан Фисуненко?

– Что все выглядит так, будто кто-то решил пошутить. Только мне совсем не было весело!

Алина сидела, обхватив себя руками за плечи. Она напомнила Рите нахохлившегося воробья на заборе в дождливый день. Геннадий подошел к женщине и мягко обнял. В его жесте не было ничего сексуального, напротив, Геннадий, несмотря на свой юный возраст, сделал это скорее по-отечески. Наверное, вот чего не хватает Алине: она живет с человеком намного старше себя, но он ей не отец. Он даже не друг. Павел занимается финансами, руководит всей жизнью Алины, следит за каждым шагом и, если его что-то не устраивает, может даже поднять на нее руку. А Геннадий, подающий надежды мальчик с красивыми глазами и замечательным голосом, может стать опорой, которой лишена певица…

А тот, другой, – что нужно ему? Чего он добивается?

– Я могу оставить вас? – спросила Рита у Алины.

– Да-да… Я буду в порядке.

Она вышла из дома Алины в густой туман. Было тепло и влажно, и Рита расстегнула куртку.

– Ну как?

Она вздрогнула от неожиданности.

– Женька, ты меня до инфаркта доведешь! Ты все это время стоял тут?

– Хотел получить информацию.

– Не думаю, что Алина что-то скрыла от тебя.

– Я представитель власти, к тому же мужик. Ты – женщина, умеешь втереться в доверие и все такое.

– Ну, спасибо за высокое мнение о моих способностях! – фыркнула Рита. – Но Алина рассказала мне очень мало. Кстати, как получилось, что ты нашел ее раньше меня?

– Она позвонила этому своему Геннадию, а он сообразил сообщить в полицию. Ты просила меня поискать Алину, вот я и разослал запросы…

– И как по-твоему, это шутка?

– Сомнительно.

Лицо Женьки выглядело серьезным, даже мрачным. Рита знала, что ее закадычный друг никогда не делает из мухи слона: он обеспокоен.

– Думаешь, парень может представлять опасность? – спросила она.

Женька не ответил и задал встречный вопрос:

– Что Алина тебе рассказала?

– Про то, что пела для неизвестного в его доме, про запах ароматических масел, про роскошный ужин. Что из этого тебе не известно?

– Что-нибудь еще? – настойчиво потребовал Фисуненко. – Личное, не слишком приятное, возможно?

– Ты про переодевание?

– Продолжай!

– Она тебе не сказала? Наверное, постеснялась.

– Я же говорю, женщина! Так что там с переодеванием?

– Он заставил ее надеть приготовленное заранее платье.

– Ее размера?

– Наверное, раз она смогла в него влезть!

– Значит, он и в самом деле следит. И не просто следит, а знает об Алине все, вплоть до размера платья и того, что она предпочитает пить и есть. Это надо же – розовая португальская шипучка! Что еще она говорила?

– Там есть сцена, в его доме. Или квартире.

– То есть там какое-то возвышение, что ли?

– Да не только возвышение – настоящая сцена, похоже, и оборудованный зал.

– Как Алина может быть уверена в этом, ведь она слепая?

– Звук, она утверждает, как в оперном театре. Думаю, мы можем доверять ее профессиональному суждению… И еще он подарил ей ангела.

– Ангела?

– Белого костяного ангела. Она не сказала?

– Вот не зря я тебя дожидался! – Женька стукнул себя по ляжке.

– Ты будешь вести дело?

– Какое такое дело?

– Ну, о похищении…

– Нет никакого дела о похищении, пока Каюрова не напишет заявление. Существует только дело о покушении на убийство Павла Каюрова, и Алина, между прочим, одна из подозреваемых. Она рассказала мне о письме, полученном накануне. Это все меняет. Следователь пока считает, что убить хотели именно Алину, но теперь, когда есть ее признание…

– Алина – подозреваемая? Ты всерьез думаешь, что слепая женщина могла такое сотворить?

– Чтобы сделать заказ на убийство, вовсе не требуется стопроцентное зрение! Достаточно зрячего сообщника. Каково твое мнение о Геннадии?

– Эй, ты забыл, что мы говорим об артистах, а не о гангстерах! По-твоему, мальчик может быть причастен к покушению?

– Алина получает письма от неизвестного поклонника, тот угрожает Павлу, и голубки решают под это дело кокнуть ненавистного муженька. Как тебе такой расклад?

Рита задумалась. Не то чтобы ей самой такое не приходило в голову, но Алина ей нравилась, а Геннадий казался слишком бесхитростным, чтобы действовать хладнокровно.

– А такая мысль, как развод, по-твоему, не могла прийти им в голову? – спросила Рита. – Цивилизованный способ, между прочим!

– Бог с тобой, родимая! Кто же станет разводиться, когда счета под контролем у мужа? Я навел справки: у Алины нет ни-че-го.

– То есть как это – ничего? – не поняла Рита. – Она ведь поет по всему миру! Гастроли, концерты…

– Ни рублика, ни доллара! Все прибрал к рукам предприимчивый господин Каюров. Наверняка он задумывался о том, что жена рано или поздно от него уйдет, поэтому позаботился о собственном кармане. Алина не может об этом не знать.

– Ну, тогда она ведет себя глупо, – пожала плечами Рита. – Надо выглядеть любящей супругой хотя бы на людях, верещать от ужаса, когда убивают мужа, а она ничего такого не делает.