Дверь в темную комнату - Марина Серова

– Кто – они?

– Они – Борис и Арина…

– Арина? – переспросила я. Где я могла слышать это имя? И вдруг сообразила: – Арина Домская – совладелица клуба «Мандарин»!

– А ты, я смотрю, далеко продвинулась в своем расследовании. Все верно, Арина Домская. Арина, Борис и Роман – владельцы клуба «Мандарин».

– Что же это за кейс с бриллиантами, который они никак не могут поделить? – спросила я.

– Полгода тому назад хозяева «Мандарина» прочухали, что кто-то распространяет в их клубе наркотики, принялись искать этого человека, вынюхивать… И в итоге вышли на какого-то толстосума – настоящего наркобарона, который зарабатывает миллионы, занимаясь нелегальным бизнесом. И была у этого человека одна особенность – он не просто получал деньги, а вкладывал их в драгоценные камни… и за долгие годы скопил целое состояние. Вначале и Арина, и Роман, и Борис собирались сдать этого наркобарона в полицию, но, как только они узнали о бриллиантах, планы их изменились… У них в руках был компромат на таинственного наркобарона, к тому же они знали о наличии драгоценных камешков – грех было этим не воспользоваться. И они начали шантажировать наркобарона – потребовали от него бриллианты взамен на компромат. Естественно, что этот тип не хотел огласки и вынужденно согласился на все условия вымогателей. Вот только была во всем этом деле одна незадача – обитал этот тип в Павловске. Тогда они и придумали план обмена бриллиантов на компромат. Было условлено, что наркобарон оставит чемодан с бриллиантами в камере хранения железнодорожного вокзала. За заветным кейсом должен был приехать Роман, он должен был оставить в камере чемоданчик с компроматом. Так бы все, скорее всего, и произошло, но… Борис и Арина – никто из них не хотел делиться с компаньоном… С этого все и началось… Первой затеяла смуту Арина. Она предложила Роману обмануть их компаньона – Борьку, заключить сделку самостоятельно. В их троице Борис всегда был на вторых ролях, ничем особо не интересовался, ни в каких делах не участвовал, даже в истории с бриллиантами… Тогда Арина и предложила, чтобы они с Романом первыми приняли участие в дележе бриллиантов. Предполагалось, что Роман заберет кейс на полпути от Зеленограда. На заброшенной стройке его будет ждать Арина, и они разделят большой куш. А все, что останется, они привезут в Зеленоград и там еще раз поделят камешки, но на этот раз в присутствии Бориса и уже – на троих. И все было бы отлично! Роман согласился на эти условия. Да только вот один нюанс возник… Арина вообще ни с кем не собиралась делиться камнями!.. Она хотела заполучить их все одна! Рандеву с Романом она назначила только с одной целью, чтобы его там убить и забрать кейс.

– Вот так, значит… Но Романа убили не на той заброшенной стройке, – напомнила я Громову.

– Да… – Он умолк, болезненно поморщился и схватился за плечо. Я вдруг сообразила, что мы так и сидим в промозглом овраге, а высоко у нас над головами тревожно шумит лес.

– Нам нужно отсюда выбираться, пока бандиты Завьялова не сообразили, что мы остались в лесу, – спохватилась я.

– И то верно… – заторопился Громов. – Черт знает, сколько времени мы здесь провели. – Он посмотрел на наручные часы, потряс их, приложил к уху. – Черт! Стоят! Должно быть, промокли, когда мы провалились в овраг…

Я тоже давно потеряла счет времени – возможно, сейчас уже глубокая ночь и скоро забрезжит рассвет? Я запрокинула голову – верхушки деревьев раскачивались на ветру, изредка между ними мелькало мрачное черное небо. Я вздохнула – делать было нечего, нужно как-то выбираться. Хватаясь за иссохшие корни деревьев, я выкарабкалась наверх. Затем помогла выбраться Громову. Он стискивал зубы и хрипел, когда я тащила его вверх. Потом мы еще долго бродили по лесу, дергаясь и замирая, как затравленные зверушки, от каждого шороха. Последние несколько метров Громов еле шел – ему явно стало хуже. Меня буквально начинало трясти, когда я оборачивалась и видела его бледное лицо с огромными погасшими глазами.

– Тебе срочно надо в больницу, – твердила я.

– Нет, доберемся на попутках до моей машины, она осталась у ночного клуба, а там уж я сам…

– Что – сам? – больше прежнего встревожилась я.

Но у Громова не было сил ответить на мой вопрос, и я замолкала…

Прошел, может, час, а может, и больше, прежде чем мы выбрались на открытую трассу. Громов присел на дорожное ограждение – он еле держался на ногах. А я заметалась вдоль дороги, размахивая руками, пытаясь остановить машину. Но встречные авто на бешеной скорости проносились мимо, обдавая меня и моего спутника брызгами. Никто не хотел брать в попутчики странную парочку в разодранной одежде, вывалянных в грязи. Должно быть, со стороны мы производили крайне странное впечатление и, скорее всего, даже вызывали опасения у владельцев авто. Я уже совсем отчаялась и уселась на ограждение рядом с изнемогавшим Громовым. И в этот момент рядом с нами остановилась старенькая машинешка. Окно с водительской стороны приспустилось, и мы увидели добродушное обветренное старческое лицо:

– Чего тоскуете, ребята? Садитесь! Подвезу вас до города.

Мы переглянулись. «Мир не без добрых людей?» – должно быть, подумал каждый из нас в эту минуту, и мы дружно побежали к дряхлой машинке. Громов рухнул на заднее сиденье и устало прикрыл глаза. Я села вперед и всю дорогу до города травила нашему доброму водителю-спасителю байку – мол, наша машина сломалась в нескольких километрах отсюда, мы пытались найти ближайшую деревню, чтобы позвать кого-нибудь на помощь, а в итоге заблудились в лесу… Старичок за рулем кивал и сокрушенно качал головой. Поверил он мне на слово или нет, я так никогда и не узнала, но у казино «Усталая лошадь», куда он нас любезно подбросил, мы расстались добрыми знакомыми.

– Может, стоило попросить его довезти нас до ближайшей больницы? – вновь забеспокоилась я, когда машинка фыркнула и унеслась в уже рассеивавшуюся ночную темень.

– Не могу я в больницу… Есть у меня свой врач на такой случай. Все на дому делает. К нему и поеду. Мне бы только до своей машины дойти…

– Давай, помогу, – предложила я.

Громов оперся о мое плечо, и мы медленно заковыляли к «Лексусу», припаркованному на другой стороне улицы.

– Черт! – вдруг выругался он.

– Что такое? Рука ноет? – забеспокоилась я.

– Мою машину вскрыли!

И, прежде чем я успела что-либо предпринять, Громов метнулся к своей иномарке с такой прытью, словно и не было у него никакого ранения, будто и не бродили мы несколько часов по лесу. С воплем: «Саша, подожди!» – я кинулась за ним. Но к тому моменту, когда я перебежала улицу, Громов, громко матерясь и фыркая, уже вытаскивал из салона своего авто мелкого воришку.

– Мерзкий аферист! – лупил его Сашка во все бока. – Решил поживиться в моей машине! – С этими словами он выволок на улицу моего горе-напарника – Павла…

Громко чертыхаясь, он шлепнулся на асфальт и попытался отползти. Подальше. Но Громов вновь схватил его за шкирку и одним мощным ударом пригвоздил к земле.