Ограбление по-марсиански - Наталия Кузнецова

— Не за что нас благодарить, — отмахнулся Ромка и продолжал гнуть свое: — А вот еще раньше, не утром, когда все это случилось, а ночью, за окном вы «инопланетянина» не видели?

— Видел! — немного помедлив, вдруг удивленно воскликнул Лев Николаевич и указал на дверь, ведущую в спальню. — Вон в том окне. Только сейчас о нем вспомнил! Правда, сначала я решил, что он мне спросонья привиделся.

С непередаваемым торжеством Ромка оглянулся на Лешку с Артемом.

— А каким он был? Глаза у него светились?

— Светились. Да вы не стойте в прихожей. Раздевайтесь и проходите.

Ромка сбросил свою куртку прямо на пол и кинулся за хозяином в кабинет, продолжая на ходу задавать вопросы:

— А какого он был цвета? А долго он на вас смотрел?

Иноземцев сел за стол, указал друзьям на диван и потер рукой лоб:

— Сейчас постараюсь вспомнить. Какого цвета был мой пришелец, в темноте было не понять, а вот глаза у него были огромными, и вокруг его головы я заметил что-то вроде светящегося нимба с лучами. Но он так быстро исчез, что особых подробностей я вам сообщить не могу.

— И у меня был такой же! — подпрыгнув от возбуждения, вскричал Ромка. — И тоже в окне, в Венькином, вон там, напротив! Я тогда решил, что лучи — это антенны, через которые он связывается со своим звездолетом. А вы? Что вы подумали, когда его увидели? Обрадовались вы или испугались?

Лев Николаевич усмехнулся:

— Ни то и ни другое. Эта светящаяся в окне голова навела меня на куда более прозаические мысли. Она мне напомнила мое детство. Помнится, на даче мы брали тыкву, хорошенько ее выдалбливали, вырезали глаза, нос, рот, внутрь вставляли фонарик, насаживали ее на шест, обматывали шест белой простыней и потом, темной ночью, этим привидением пугали прохожих.

— В Америке во время Хеллоуина тоже так делают, — сказала Лешка.

— И что? — в нетерпении спросил Ромка. — При чем тут тыква? Я-то видел не привидение, а инопланетянина!

— И это понятно, — мягко усмехнулся Иноземцев и снисходительно потрепал его по плечу. — А что еще могло подсказать тебе твое воображение после того, как твой друг увидел «летающую тарелку»? Конечно, ее обитателя! Я же был настроен критически.

— И вы сразу поняли, что это подделка, а не настоящий пришелец, да? Ничуть в этом не засомневались? — с живым интересом спросил Венечка.

— Сразу, — кивнул уфолог. — И с вашей «летающей тарелкой» я в тот же вечер разобрался, когда сравнивал ваши снимки с теми, что принесли мои шутники-студенты. Вы им, между прочим, все карты спутали. Если бы у меня были только их фотографии, я мог бы на какое-то время обмануться, поломать голову — что это за штука такая странная? А ваши снимки помогли мне определить размер этого «НЛО» и высоту, на которой оно висело. К тому же для столь маленького летающего объекта явившийся ко мне «пришелец» был слишком велик.

— Это-то я тоже подметил. — Схватив свою сумку, Ромка извлек из нее пачку фотографий и отдал хозяину. — Извините, что взял у вас эти снимки, но они были нам нужны, чтобы уличить Пашку с Денисом.

— Ну и как, уличили? — улыбнулся Лев Николаевич.

— Уличили! Приперли их к стенке.

— Но они хотели всего лишь с вами подружиться, а ваш предмет они и правда учили, — ради справедливости добавила Лешка.

— Это я заметил, — кивнул уфолог.

— Но знаете, что странно? — продолжил Ромка. — Пашка с Денисом об «инопланетянине» ничего не знают. Они его даже не видели.

Ненадолго задумавшись, Иноземцев спросил:

— Денис, кажется, на восьмом этаже живет?

— Ну да, — кивнул Ромка.

— С земли до восьмого этажа дотянуться весьма проблематично. А до третьего — проще простого. — Уфолог взглянул на Венечку. — Ты ведь тоже, если не ошибаюсь, на третьем этаже обитаешь?

— Тоже, — кивнул Венечка. — Как и вы. Так вы считаете, что «пришельца» ко мне и к вам на шесте подсунули?

— Скорее всего.

— Нет. Проще на коленчатой удочке, — удрученно произнес Ромка, вспомнив грустный облик своего «инопланетянина», с которым ему так хотелось поговорить. — Это удобнее. И еще я уверен, что ваши грабители знали про «тарелку». Они хотели свалить все на Пашку с Денисом. Где «тарелка» — там и «пришелец»? Так?

— Возможно. — Лев Николаевич провел ладонью по лбу. — Жаль, что у меня в голове все смешалось, не могу толком ничего вспомнить.

— А вы постарайтесь, — взмолился Ромка. — Ведь это очень-очень важно.

— Что ж, попробую. — Иноземцев откинулся на спинку крутящегося кресла и прикрыл глаза. — Кое-что я вспоминаю, но картинка получается уж очень невнятной. Голова у меня кружилась сильно, но было это почему-то весьма даже приятно… Вокруг сновали какие-то люди, они то входили, то выходили. И «пришелец» мелькнул, и одна девушка сказала, что она — моя студентка. Ее я, как мне показалось, запомнил и сегодня даже всю аудиторию оглядел, но похожей на нее не заметил. Потом откуда-то мальчик появился. За ним — девочка. Изо всех углов тени полезли. Хорошо хоть, что вся эта компания меня ничуть не пугала, наоборот, веселила. Девочка сказала: «Дай мне, пожалуйста, денег». Я и дал. А все остальное они, как видите, сами взяли, без разрешения!

Ромка метнул взгляд на сейф. Лев Николаевич вздохнул:

— Да что деньги! Орден мне жалко и канделябр фамильный. Это же не только ценности, но и память, ее ничем не заменишь. И драгоценности жены пропали. Комплект из белого золота, он ей очень нравился.

— И духи, — добавила Лешка. — На полке стояли, а теперь не стоят.

— А духи эти, кстати, я своей племяннице купил, она к нам вот-вот должна приехать.

— Художнице?

— Ей.

— А чем вас напоили? Наркотиками? — спросил Артем.

— Не наркотиками, что тоже весьма интересно. Врачи склоняются к тому, что это были особые псилоцибиновые грибы — природные галлюциногены. Еще их психоделиками называют. Грибы эти, кстати, довольно широко распространены. Они и в нашей области встречаются, появляются где-то в конце лета на полянках в заболоченной местности и растут до глубокой осени. Они такие маленькие, коричневые, на тонкой ножке, с конусовидной шляпкой. Меня врачи просветили, сам я и не знал, что в наших лесах такое зелье водится. А при употреблении их в пищу искажается самоощущение и восприятие окружающего мира. Что со мною и произошло. Я их, как выяснилось, с омлетом ел. Вкус у этого омлета был каким-то странным, но мне он понравился. Я решил, что Мария Дмитриевна сготовила его по особому рецепту.

— Мария Дмитриевна — это ваша домработница? — уточнил Венечка.

— Ну да, она. Но я уверен, что Мария Дмитриевна тут ни при чем. И я, и моя жена много лет ее знаем, она абсолютно честный и безупречный человек, до пенсии была учительницей.