Хуже не будет - Владимир Колычев

– Даже не сомневайся.

Поправив бейсболку, Кирилл направился к ресторану. На губах беспечная полуулыбка, руки, что называется, в брюки, походка раскрепощенная… Он прошел мимо парадного входа в ресторан, свернул за угол.

Ресторан этот, далеко не самый престижный, находился на окраине города, сразу за ним начинались «хрущевские» пятиэтажки. Огороженного заднего двора он не имел, поэтому Кирилл смог выйти к тыльному фасаду здания, к распахнутому окну, за которым в отдельном кабинете, в окружении своих спутников восседал, развалившись в кресле, наркобарон. Он сидел к Кириллу спиной, поэтому не мог видеть, как тот скользнул по нему взглядом. Внимание на него обратил один из телохранителей, но Кирилл к этому времени уже отвел взгляд от жертвы и с бесшабашным видом шел в сторону ближайшей пятиэтажки.

Лето, необычно душный вечер, а вентиляторы охлаждающих систем не крутятся, поэтому Джан и открыл окно. Лишь бы только сплит-системы не заработали.

Обратно Кирилл вернулся дорогой, по которой можно было проехать на машине.

– У нас есть десять минут, – сказал он, усаживаясь на свое место. – Пора начинать…

Он в двух словах обрисовал ситуацию, и Секатор дал добро. Но с одной оговоркой – главным действующим лицом должен стать Кирилл.

– Ты кашу заварил, тебе и расхлебывать.

– Ты старший, тебе решать, – пытаясь казаться невозмутимым, ответил он.

Его трясло, лихорадило, в животе сосущий холод, под горлом тошнотный ком. Пальцы дрожат, пистолет едва не вываливается из руки. А машина все ближе подъезжает к ресторану. И надо держать слово…

– Стой! – дрогнувшим голосом скомандовал он.

Лицо уже скрыто маской, на руках нитяные перчатки с резиновыми вкраплениями, патрон в патроннике, палец на спусковом крючке. Медлить никак нельзя: каждая секунда на счету. Телохранители Джана должны заметить подъехавшую машину, они могут всполошиться, принять меры…

Но как выйти из машины, если ноги будто бы приклеились к полу? И руки тяжелые, словно мышцы стали свинцовыми.

– Ты, лузер! – заорал на Кирилла Секатор.

Волна возмущения захлестнула сознание, ноги оторвались от пола, руки обрели привычную легкость.

Одной ногой Кирилл упирался в пол машины, левой рукой схватился за заднюю стойку, а правой навел пистолет на цель. Стрелять он учился в лесу, уничтожая бутылки, выставленные на поваленной березе. Но этого так мало….

Телохранители Джана заметили его, засуетились; один вскочил, вытаскивая из-под жилетки пистолет. Ловкий парень, но ведет себя не совсем правильно. Ему надо босса телом своим закрывать, а он собирается отстреливаться. Джан не защищен, а Кирилл уже направил на него ствол. И палец не заклинило на спусковом крючке…

Цель он поразил с четвертого выстрела. Джан упал, пытаясь дотянуться руками до простреленной головы. Кирилл разрядил обойму в его телохранителей, швырнул пистолет и нырнул в машину.

Две ответные пули разбили заднее стекло, но это был единственный урон, который цыгане смогли нанести киллерам…

* * *

Не нравился Кириллу продавец, очень не нравился. Чересчур уж мягкий, угодливый, улыбка не сходит с лица. Он был русским, но вел себя как самурай, привыкший прятать за дежурным радушием истинные свои намерения. Дорогой костюм на нем, новенький, с иголочки, а ворот у рубашки белоснежный. Казалось, он давал понять, что пролитие крови не входит в его планы. Дескать, не для того он оделся так чисто, чтобы пачкаться…

Нос тонким стилетом пробил пакет с героином, взял порошок на кончик пальца, натер десну… Обстановка очень серьезная. Товара на два миллиона долларов, с каждой стороны по два бойца. Нос – покупатель, с ним Кирилл и Секатор. И у продавца двое на подхвате, и сам он, похоже, вооружен.

– Хороший товар. Лучшее сочетание цены и качества, – говорил клиент по-русски, но с едва уловимым акцентом, как человек, долгое время проживший в Средней Азии.

Но это не удивительно: и товар из Таджикистана, и продавцы.

И еще Кириллу не нравился затемненный угол в оцинкованном ангаре на территории заброшенной промбазы. Именно туда нет-нет да посмотрит продавец. А место для засады там отличное – Кирилл и оглянуться не успеет, как получит пулю в затылок.

– Ну, может, и неплохой, – кивнул Нос.

– Скажи, что платишь на сто штук меньше, – шепнул ему на ухо Кирилл. – Надо посмотреть, как он отреагирует…

Нос даже бровью не повел, как будто и не услышал его. Но, прежде чем передать продавцу чемоданчик с деньгами, вынул оттуда не десять, а все двадцать пачек в банковской расфасовке.

– С этим переплата будет, а так нормально. Или нет?

– Пусть будет так, – не стал спорить продавец.

Чем окончательно развеял сомнения Кирилла.

– Секатор, вали всех! – заорал он.

И, оттолкнув босса, выдернул из-за пояса готовый к бою пистолет, развернулся и несколько раз выстрелил в темный угол у себя за спиной.

Последние несколько месяцев он только тем и занимался, что учился стрелять – и на учебных мишенях, и на живых. Может, потому и не подвела его сейчас рука. Интуиция тоже оказалась на высоте.

Из темноты вывалился человек. В одной руке он сжимал винтовку или автомат, другой держался за простреленный живот. Кирилл не стал дожидаться, когда стрелок упадет на бетонный пол, и повернулся лицом к продавцу.

Увы, но Секатор не успел расправиться с ним. Он убил одного из двух бойцов из его свиты, за что получил пулю от другого. Но Кирилл уложил второго и увеличил разрыв в счете. В награду за это получил встречную пулю, которая впилась под левую ключицу ближе к плечевому суставу. Но сумасшедшая боль и резкое головокружение не помешали ему застрелить продавца, который оказался не столь проворным, как его охранники. Он передергивал затвор своего пистолета, когда его нашла пуля. Видимо, он слишком полагался на своего замаскированного стрелка, поэтому и не стал заранее досылать патрон в патронник. Идиот.

– Ты полегче не мог, твою мать! – поднимаясь с пола, выругался Нос.

Оказывается, Кирилл слишком сильно толкнул его, и тот, падая, больно ударился головой о железный столб. Но ведь Кирилл спасал ему жизнь.

Мускат его понимал и даже бы не разозлился, если бы не последние два слова.

– Мою мать?! – взбешенно взревел он, наставляя пистолет на своего босса.

Левая рука повисла плетью, но правая действовала безотказно.

– Эй, ты чего? – не на шутку перепугался Нос.

– Ты мою мать не трогай, понял?

– Понял, понял! – жалко пробормотал босс.

Инцидент, казалось, был исчерпан, но Кирилл продолжал держать его под прицелом… Ночь на дворе, городская окраина, на промбазе никого, и даже выстрелов никто не услышал. На одной половине стола – деньги, на другой – героин в кейсе. Секатор убит, Нос под прицелом, и почему бы не нажать на спусковой крючок. Когда еще представится такой момент, чтобы одним выстрелом убить сразу трех зайцев? Кирилл мог и от Носа избавиться, и Лешку заполучить, и на деньги подняться… А еще этим выстрелом он мог сохранить себе жизнь. Сегодня ему повезло: не похоже, что ранение смертельное. Но что будет завтра, если он не выйдет из дела?