Двойная жизнь волшебницы - Дарья Калинина

– Родственник?

– Да. Жених.

– А мне без разницы, хоть муж! Марш из палаты! Сейчас мы больной капельницу ставить будем!

Голос у тетки напоминал колесо плохо смазанной телеги, он был скрипучим и таким же противным, как она сама. Василий сперва испугался этой страхолюдины, дернулся и даже встал, но потом вспомнил указания подруг, которые они ему дали перед уходом, и вернулся назад.

– Ну? – строго глянула на него тетка. – Чего застыл? Иль не слышал, что я тебе сказала?

– А вы тут не командуйте!

Воспоминания о деньгах, которые перекочевали в карман врача, заставили Василия приободриться.

– Я должен посмотреть, что вы будете делать!

– Ну-ну, – хмыкнула тетка. – Давай, смотри. Понимаешь, что ли, чего в медицине?

– Нет, не понимаю, но и отсюда тоже не уйду.

– Сиди, – пожала тетка плечами. – Мне-то что! Только я вот не люблю, когда мне под руку смотрят. Того и гляди, воздух в вену пойдет. Знаешь, милок, чего с человеком бывает, когда пузырек воздуха в вену попадает? Дойдет такой пузырек до сердца и все! Кранты!

Василий покрылся от слов злобной тетки холодным потом, но со своего поста не ушел.

– Если пузырек пойдет, то ты первая без воздуха останешься! – предупредил он тетку. – Придушу своими руками!

– Ишь ты, какой ретивый! – слегка сменила тон медсестра и вдруг полюбопытствовала: – Ты откуда же такой взялся?

– Откуда надо, оттуда и взялся. Делайте свою работу и проваливайте!

– Грубиян!

С этими словами тетка довольно ловко воткнула в безжизненную руку Анфисы иголку и понаблюдала, как бежит по трубочке прозрачная лекарственная смесь. Вроде бы все было в порядке. Тетка собралась уходить. Но Василий заметил, что тетка установила в штатив капельницы только банку с раствором. Шприц с лекарством, которое она тоже принесла с собой, она сунула обратно в карман.

Василий немедленно заподозрил, что тетка решила присвоить себе дефицитное и особо дорогое лекарство, чтобы потом продать его другим пациентам втридорога.

– А что это ты там спрятала? – поинтересовался он, вызвав у тетки бешеную злобу.

Ее прямо перекосило от злости.

– Пошел ты! Не твоего ума дело!

– Дайте посмотреть, – еще тверже произнес Василий, который убедился в том, что тетка задумала что-то неладное.

Теперь он твердо вознамерился не дать противной бабе забрать дорогое лекарство себе. Он схватил ее за руку и принялся выкручивать.

– Молокосос! Да как ты смеешь!

Тетка отбивалась от Василия, но и он был не лыком шит. Недаром каждую весну и осень, экономя на тракторе, они с мамой вдвоем перепахивали все картофельное поле, обеспечивая урожаем себя на весь год, да еще и на продажу или обмен оставалось.

По части сельского хозяйства тетя Зоя была настоящим знатоком, картошка у нее ежегодно урождалась крупная и здоровая. Так что с каждым годом поле, которое засевали сын с матерью, становилось хоть на несколько борозд, да длиннее. Спасибо, что примыкало оно вплотную к пастбищу для скота. А пастух дядя Федя за бутылочку самогона ежегодно же переставлял жерди, отделяющие это поле от картофеля.

Разумеется, Василий ему тоже помогал. Да и вообще он не чурался никакой работы, потому и в доме у них всегда был достаток, хотя отец Василия помер, когда мальчику не было еще и десяти лет. И с тех самых пор всю мужскую работу по дому Василий по мере сил старался делать сам. Что не мог сделать в этом году, делал в следующем, когда становился на год взрослее и, следовательно, сильнее.

От физического труда у Василия накачались мышцы. Так что, несмотря на то что противная медсестриха была теткой жилистой и нехилой, Василий без труда с ней справился. Он отнял у тетки шприц, и она ушла, пригрозив парню расправой и жалобой на него врачу. Василий снова напомнил себе о деньгах, которые он заплатил врачу и которые, по его разумению, были невероятно огромной суммой, и стал ждать визита врача.

Но к его удивлению, тот не явился разбираться с буйным родственником ни через полчаса, ни через час, ни через два часа. Появился он лишь ближе к утру. И все это время Василий преданно дежурил возле Анфисы, не смыкая глаз и держа ее за руку, в которую была воткнута иголка с лечебной смесью. Лекарство капало очень медленно. Но Василий надеялся, что каждая его капля приносит в организм любимой целебное снадобье.

Он искренне молился об этом. А когда закончились все молитвы, которым его научила мать еще в детстве, Василий постарался припомнить все то, что говорила ему сама Анфиса.

– Поди боль прочь, а к нам в гости приди мощь, – шептал Василий заговор, которым Анфиса когда-то заговаривала его сломанную ногу.

Нога зажила очень быстро, поселковый врач искренне удивлялся и радовался этому. Ну а Василий на всю жизнь поверил в то, что Анфиса с бабкой не просто дурачат людей за деньги, а реально помогают им, хотя и не вполне понятно, каким образом.

Врач вошел в палату под утро и сразу же предупредил:

– Мое дежурство заканчивается. Скоро придет ваш лечащий врач, с ним и договаривайтесь о платной палате. Вы тут всю ночь были?

– Да.

Врач глянул на приборы, к которым была подключена Анфиса, и с удовлетворением кивнул:

– Состояние стабильное. Что же, это уже само по себе неплохо!

Затем он заметил капельницу, которая уже была пустой, и возмутился:

– Что же вы иглу из катетера не вынули?

– Я не знал.

– Раз уж все равно сидите, могли бы и сообразить!

С этими словами он ловко выдернул иголку из руки Анфисы и повернулся, чтобы уходить, но Василий его остановил:

– Доктор, у меня тут ночью был небольшой инцидент с вашей работницей.

– С кем?

– Ну, медсестра приходила, капельницу Анфисе поставила.

– Вот эту?

Врач брезгливо ткнул пальцем в опустевшую бутылочку.

– Да.

– Это простой физраствор. Не помню, чтобы я назначал его пациентке, но в любом случае повредить ей он точно не мог.

– А вот это?

И словно по наитию, Василий протянул врачу шприц, который он отнял прошлой ночью у противной медсестры.

– Это что такое?

– Лекарство. Она не захотела его Анфисе ввести, спрятала. Вот я и подумал, может, украсть задумала?

– Кто она?

– Тетка, которая сюда ночью приходила. Страшная такая. И голос противный.

– Какая тетка?

Врач явно не понимал, о чем говорит Василий. И парень попытался объяснить еще раз:

– Медсестра ваша приходила, в белом халате.