Рай в неглиже - Дарья Калинина

– И еще Ленкин муженек. Эльза о нем нелестно отзывалась.

– Как она его назвала? Карасик?

– Ага. И вроде как этот Карасик у Ленки на содержании находился.

Но так как сами подруги лично не были знакомы ни с покойницей Ленкой, ни с ее Карасиком, то этих двоих они решили пока не обсуждать, а дождаться завтрашнего дня и заставить Эльзу отвести их к родителям Ленки и ее мужу.

А пока подруг ждал их уютный коттеджик в поселке «Чудный уголок». Поселок вполне оправдывал свое название. Они впрямь был чудным. И подругам очень повезло, когда им удалось купить себе дом именно в этом месте и ни в каком другом.

За то время, что они прожили тут, они обзавелись множеством друзей. В «Чудном уголке» все важные решения, касающиеся жизни поселка, принимались сообща на субботних собраниях. И там каждый имел голос согласно его заслугам.

Скажете, несправедливо? Возможно, кому-то так и казалось. Но спорить было бессмысленно, потому что устав был писан один раз и навсегда. И писал его бессменный глава поселка – Таракан, которого иногда поругивали за излишнюю жесткость политики. Но даже самые ярые критики не могли не признать, что при Таракане жизнь в поселке была на редкость благополучной, тихой и спокойной.

Итак, новички, еще плохо знакомые с жизнью в поселке и его порядками, получали лишь одну десятую голоса. Затем, если общество и сам Таракан видел, что они заслуживают доверия, им повышали степень доверия до четверти. Потом до трети. Потом доходило до половины. И наконец, после года жизни в поселке они становились равноправными членами общества и имели один целый голос на каждого совершеннолетнего члена семьи.

Но были и такие счастливчики, что имели два, а то и три голоса. Например, подруги имели по три голоса. Но получили они их не за красивые глазки или обаятельные улыбки, а за проведенные расследования, в которых им приходилось рисковать жизнями и не раз доказывать свою преданность общему делу превращения «Чудного уголка» в поистине райское и безопасное местечко на этой земле.

Да, Таракан выказывал подругам свое расположение. А девушки искренне привязались к этому внешне суровому, но такому мягкому и сердечному в глубине души старику. Таракан был отставным генералом разведки. А бывших генералов, как известно, не бывает. Своих командирских привычек Таракан не оставил, и каждый его день был боем с дурными привычками, с ленью, с развратом и прочими нехорошими вещами, которые проникали в «Чудный уголок» извне.

– Добрый вечер, девушки! – поздоровался с подругами охранник у шлагбаума. – Как дела? Все в порядке?

Одновременно его взгляд цепко ощупывал лица подруг на предмет обнаружения на них следов смущения, смятения или страха. Если бы охранник заметил что-то неладное, достаточно было со стороны подруг малейшего знака, чтобы он осмотрел и багажник, да и саму машину.

Ну а как же иначе? А вдруг в машине спрятались террористы, взявшие подруг в заложницы. Или другие злодеи, которые угрожают жизни и благополучию обитателей поселка? Поэтому стража на въезде всегда была начеку. И за это тоже надо было благодарить Таракана, который не терял бдительности и постоянно устраивал охране учебные проверки, держа охранников в нужном для их профессии тонусе.

Поэтому, чтобы избежать дальнейшей проверки бдительной охраны, Кира растянула свой рот во всю ширь и отрапортовала:

– У нас все в полном порядке!

– А хмурые чего такие?

– Дел на работе много. Устали.

Леся постаралась тоже улыбнуься. И наконец охранник отступил, пропустив сияющих улыбками девушек в поселок.

– Уф, – пробормотала Кира, когда они проехали ДПП. – Честное слово, чувствую себя каждый раз, словно прохожу границу.

– Это для нашего же блага, – напомнила ей Леся. – И собачки у наших охранников такие миленькие. Я всегда покупаю им в городе косточки, а в этот раз забыла. И что ты думаешь? Они все равно меня обнюхали и хвостиками повиляли.

Миленькие собачки, о которых говорила Леся, были еще одним из последних приобретений Таракана, направленных на то, чтобы сделать жизнь в поселке совершенно безопасной и стабильной. Маленький спаниель и его беспородный приятель были специально натасканы на поиск взрывчатки и наркотиков. Работали эти милые собачки в паре дружно и очень хорошо. Подозрений ни в ком не вызывали. Но помогли только в прошлом месяце уличить в курении анаши сразу двух подростков. И задержали компанию взрослых молодых людей с наркотиками уже более серьезными.

С детьми была проведена разъяснительная работа, а ко взрослым нарушителям Таракан применил карательные меры в виде исправительных общественных работ сроком на целую неделю. Наркотические вещества, разумеется, были изъяты и прилюдно уничтожены в зоне выброса мусора после очередного воскресного заседания.

Кира до сих пор помнила пламенеющие от стыда уши подростков и злобный скрежет из рядов более взрослых правонарушителей. Но никто и словечка против не пикнул. Все понимали, что еще легко отделались. Таракан обошелся своими силами. Он взял нарушителей на заметку, но и только. А если бы он передал их в руки закона, то дело запросто могло бы кончиться тюрьмой или, уж точно, уголовным наказанием.

Насчет взрывчатки, найденной собаками, разговоров пока что не шло. Но пару глушилок с динамитом, которые пытался провесзти в поселок дядя Митя – ярый рыбак и всем известный браконьер, собачки все же унюхали. Динамит был также реквизирован. Но какие меры будут применены к дяде Мите, пока что оставалось неизвестным. Динамит был обнаружен всего пару дней назад, и собрания с разбором проступка соседа еще не проводилось.

– Так что не обольщайся особенно, Лорик тебя не обнюхала, а обыскала. Языком сняла пробу с пальцев. А что потом хвостиком повиляла, так это потому, что у тебя ничего не обнаружилось. И теперь она может со спокойной совестью дружить с тобой дальше.

Леся ничего не возразила. К этому времени они уже подъехали к своему дому и были атакованы собственными животными – кошачьей супружеской парой Фантиком и Фатимой. Кошки были очень привязаны к своим хозяйкам, и с возрастом эта их привязанность стала только глубже. Обзаведясь к старости кучей капризов, как и положено всем пожилым существам, к какому бы виду они ни относились, кошкам были позарез нужны те, кто их капризы будут исполнять.

Например, Фатима теперь желала кушать только из мисочки желтого цвета, а пить из красной пластмассовой. Спать она в своей нарядной корзинке не хотела, а забиралась высоко на шкаф, каждое утро громогласно оповещая весь дом о приступе головокружения и полной своей неспособности слезть.

У Фантика были другие задвиги. На старости лет его вдруг потянуло на путешествия. И подруги замучились, извлекая кота с соседских участков, снимая его с деревьев и терпя постоянные укоры в дурном обращении с животным, которое в сильнейший ливень вынуждено искать пристанища у соседей. Объяснять, что у Фантика старческий маразм, диагноз, который ему поставил вполне уважаемый специалист, подруги просто устали. Да и к чему размахивать медицинскими справками, когда перед глазами соседей стоит сильное и крупное животное, которое никак не заподозришь в какой-либо болезни.