Трефовый интерес - Татьяна Бочарова

– Да что я могу сделать, ирод ты, окаянный, – тоже завыла та. – Ты ж притронуться к себе не даешь. Как тебя, кабана такого, выудить оттуда?

– Мамка, не плачь. – Младшая, Катюша, зарыдала и бросилась к Марине. – Не плачь, а то я боюсь.

– Дура! – Старшая, Аня, схватила ее за руку. – Только твоих соплей тут не хватало!

– Тихо вы обе, – рявкнула Марина и опустившись в изнеможении на пол, обхватила голову руками.

– Надо «Скорую» вызвать, – тихо подсказала Лиза.

– «Скорая» через час приедет, а то и больше. Больница в райцентре. Он до этого времени окочурится здесь. – Марина безнадежно вздохнула и посмотрела на Лизу с мольбой: – Лизавета, где твой Тарас? Дома он?

– Уехал.

– Эх, чтоб его… Далеко уехал-то?

– Да как раз в райцентр.

– Будь другом, позвони ему! Скажи, чтоб приезжал срочно. Больше некому подсобить. Иван третьего дня в Москву укатил. Дед Клавдиин старый, не справится.

– Хорошо, сейчас. – Лиза достала телефон и набрала номер Тараса.

Он ответил тотчас же.

– Да, любимая!

Лиза вспыхнула от радости, несмотря на драматическую ситуацию.

– Солнышко, ты далеко? Надо, чтобы ты срочно вернулся.

– Зачем?

– Тут такое дело: соседкин муж в подпол провалился. Поранился, не можем вытащить его.

– В подпол? – Тарас насмешливо хмыкнул. – Ну вы даете. Небось нажрался до поросячьего визга?

Лиза деликатно промолчала.

– Что, никого больше нет на всю деревню? – недовольно поинтересовался он.

– Никого. Ты же знаешь, у нас мужиков раз-два и обчелся.

– Ладно, сейчас приеду.

Тарас бросил трубку. Лиза ободряюще кивнула:

– Сказал, что едет. А в «Скорую» все-таки нужно позвонить.

– Позвоню сейчас, – устало согласилась Марина.

Через пятнадцать минут Тарас был на месте. Он одним махом, не обращая внимания на рев и стоны Артема, ухватил его за здоровый бок и вытянул на свет божий, точно опытный акушер непутевого младенца, запутавшегося в пуповине. Вид он имел устрашающий: одна рука висела вдоль туловища как плеть, плечо и ключица были вывернуты и торчали под странным углом. Он кричал и скрежетал зубами, напоминая разъяренного ослепленного быка, попавшего на пику матадора. Через два часа приехала «Скорая», определила у несчастного сложный вывих плечевого сустава и ключицы и забрала в больницу.

После этого все выдохнули с облегчением. Лиза помогла Марине устранить следы происшествия, напоила ее валерьянкой, и они с Тарасом ушли домой, где их уже ждала Гелена с ужином.

– Ну что там случилось у твоей соседки? – поинтересовалась она, накрывая на стол.

– Глаза с утра залил, не заметил, что погреб открыт. Свалился туда, вывихнул ключицу. Орал как резаный. Спасибо Тарасу, вызволил его, а то так бы и торчал в полу до приезда «Скорой».

Гелена ничего не ответила, продолжая сосредоточенно расставлять на скатерти тарелки и чашки. Что-то в ее лице показалось Лизе странным и необычным. Она глянула на Тараса, но тот уже с аппетитом уплетал пшенную кашу, не принимая никакого участия в разговоре. Лиза решила, что ей показалось, и тоже взялась за ложку, как вдруг Гелена негромко спросила:

– Где теперь этот алкаш? Дома лежит?

– Нет, забрали в больницу. Маринка провожать поехала. Сказали, оперировать будут. Иначе рука перестанет действовать, да и боли сильные начнутся. А… – Лиза, не договорив, вдруг осеклась, ложка застыла у нее в руке. Она подняла глаза на Гелену – та смотрела на нее и улыбалась, едва заметно, краешками губ. – Не… может быть, – пробормотала она.

– Может. – Гелена улыбнулась шире. – Вот тебе и казенный дом. Операция пройдет неудачно, потребуется еще одна, а затем еще. Пробудет там Артем месяца два или чуть больше. А Марина тем временем… – Гелена сделала выразительный жест.

– Ой, ой. – Тарас оторвался наконец от еды и скорчил пренебрежительную мину. – Кто-то здесь возомнил себя оракулом. Смотри, как бы тебе не вышло боком твое пристрастие. – Он кинул на сестру быстрый и цепкий взгляд.

Лизу снова, как в прошлый раз, обуяла тревога. О чем это он? Такое впечатление, что между братом и сестрой есть какая-то тайна, о которой Лиза и не догадывается. Она беспомощно посмотрела на Гелену, но лицо у той было спокойным и даже насмешливым.

– Не пугай, пуганые, – коротко бросила она Тарасу.

– Ну-ну. – Тот снова принялся за еду.

Лиза неловко кашлянула. Она явственно ощущала себя лишней, непосвященной и оттого глупой и наивной, как карась, с охотой бросающийся на червяка, который подсовывает ему хитрый рыболов. Гелена заметила Лизино смущение, и ее лицо смягчилось. – Ты что не ешь? Не нравится?

– Нравится. Все очень вкусно. Просто… – Лиза, недоговорив, покосилась на Тараса.

– Не слушай его, – спокойно проговорила Гелена. – Он болтает, сам не зная что. Верно, братишка? – Последние слова она произнесла с едва заметным нажимом, подкрепив их направленным на Тараса внимательным и выразительным взглядом.

Тот, по обыкновению, хмыкнул и кивнул:

– Верно, сестренка. Не бери в голову, Лизавета. Лучше ешь, а то остынет.

Лиза, немного успокоившись, принялась за еду. Поужинав, они уселись смотреть фильм, в котором лилось море крови и была гора трупов. Фильм, разумеется, выбрал Тарас. Лизе было совершенно неинтересно и даже противно, но, чтобы не обидеть Тараса, она, превозмогая себя, делала вид, что в восторге. Гелене фильм тоже не понравился – Лиза это отлично видела. Однако и она послушно сидела перед экраном, периодически позевывая и клюя носом.

А ночью Лизу снова охватил страх. Она лежала рядом с тихонько похрапывающим Тарасом, но сон никак не шел. В голове в сотый раз прокручивались мысли о Гелене и ее гадании. Напрасно Лиза успокаивала себя тем, что любой дурак мог предсказать: выпивающий сверх меры Артем может получить какую-нибудь травму и отправиться в больницу. Нужно еще дождаться второй части предсказания – убедиться в том, что у Марины появился любовник. Лиза была абсолютно уверена, что это обязательно произойдет. Гелена – колдунья! Ей подвластны потусторонние силы, она знает то, что не ведают обычные люди. И она опасна. Тарас в курсе того, кем является его сестра, но не хочет говорить Лизе. А она находится в полной власти Гелены. Выгнать ее не может – вместе с ней уйдет и Тарас. Остается только смириться и поставлять для нее клиентов, надеясь, что она не причинит зла…

Лиза ворочалась с боку на бок, кряхтела, вздыхала. То ей вдруг чудились тихие шаги за дверью, и она покрывалась холодным потом, представляя, как Гелена во тьме бродит по дому и общается с нечистой силой. То перед глазами возникал Женька – он грустно улыбался ей, укоризненно качая головой. Иногда из-за толстых стекол едва слышно долетал крик Пети, которого в другие ночи она давно перестала слышать. Уснула Лиза лишь на рассвете, промаявшись всю ночь и заработав сильную головную боль.